ушах гудело. Однако она понимала, что попала в весьма неприятную передрягу. Мало того, что ее вновь увидела Анна Иоанновна, так еще и Голицын оказался фаворитом императрицы. Дело было совсем худо.
В следующий миг Влада неожиданно почувствовала, как чьи-то руки бережно поднимают ее из воды и ставят на ноги. Обернув голову, она увидела Строганова, который бесшумно приблизился к ней и теперь крепко удерживал ее за талию сильными руками, чтобы она вновь не грохнулась в озеро. Он стоял по колено в воде, а с платья и волос Влады в этот миг стекала грязная вода на его дорогой наряд.
— Чего молчишь, Катька?! Отвечай! Почему ты дерзкая, до сей поры в моем дворце?
— Я не хотела, государыня, — промямлила Влада, не зная, что и сказать в свое оправдание, и боясь разозлить царственную особу еще сильнее.
«Положение было не просто глупым, а опасным!» — подумала Влада.
— Не знаешь? — протянула Анна Иоанновна и окинув предостерегающим взглядом Голицына, недовольно заявила ему прямо в лицо: — Я достаточно видела, поручик! Вы, сударь, похоже забылись и не помните кому обязаны всем!
Императрица явно намекала на свое августейшее внимание и оказанные ему почести. Дмитрий со страху что-то залепетал, пытаясь неуклюже оправдаться:
— Простите меня, ваше величество! Бес попутал! Эта девица сама меня соблазнила, я так порывался от нее уйти, но она такая настырная. Прям жуть! Но я все время думал только о вас, государыня. С вами никто не сравнится по красоте и грации! — приторно-заискивающе пропел Голицын, вплотную приблизившись к Анне Иоанновне и покаянно склоняя голову.
— Я так всё и поняла, поручик, — уже более спокойно ответила императрица, довольная словами Дмитрия и лаская его влюбленным взглядом. — Сейчас молодые девки пошли такие наглые, никакого стыда.
— Ваше величество, но он сам, ко мне приставал, вы же видели, как… — попыталась оправдаться Влада.
— Молчать! — возмутилась императрица. — Ты еще смеешь прекословить, Катька? Мои приказы должны исполняться незамедлительно, но ты я вижу решила их игнорировать, потому ты все еще здесь! Значит отправишься в крепость под арест! Чтоб неповадно было! — добавила грозно Анна Иоанновна. — И немедля! Хватит с меня твоих выходок!
Влада ахнула от испуга, ощущая, что ее голова совсем прояснилась. Она понимала, что Голицын еще тот мерзавец, именно так называли таких типов в этом времени. Он нагло врал, льстил, лицемерил, а до этого вообще пытался с ней сделать гадость. Но Влада не привыкла к такому. В ее времени все говорили правду, люди были добры и честны друг с другом. В этой же виртуальной реальности, все как будто посходили с ума. Подлецы пытались казаться невинными, а опороченные обвинялись не весть в чем.
— Государыня, прошу вашей милости! — вдруг раздался громкий голос, до того молчащего Строганова, стоящего рядом с Владой. Тимофей Петрович так и удерживал крепкой рукой ее за талию, чтобы она вновь не упала. — Милости для моей невесты, Екатерины Александровны Мироновой.
— Ваша невеста? — крайне удивилась Анна Иоанновна, вновь оглядывая Владу инквизиторским подозрительным взглядом. — Но советник… неужели она ваша невеста?
От неожиданного заявления Строганова, Влада замерла и икнула. Она пыталась сообразить, что происходит и отчего она вдруг стала его невестой? Может она пропустила что-то в этой виртуальной реальности? Или нет? Она начала вспоминать, как представил его робот: «Тимофей Петрович Строганов служит действительным тайным советником при императрице». Она вдруг вспомнила, что во времена Анны Иоанновны таких советников было несколько, и они занимали очень высокие государственные посты при императрице. И теперь он явно мог спасти ее, ибо влияние его на императрицу было довольно сильно.
— Да, — кивнул Строганов хмуро, но твердо. — Эта девица, моя невеста. Потому любезно прошу вас помиловать ее. Она немного неуклюжа, потому и упала в озеро. Но вы же можете простить ей этот небольшой конфуз? Государыня, вы так милосердны.
— Тимофей Петрович говорит правду, Катерина? — спросила строго Анна Иоанновна, сверля взором девушку.
Влада напряглась, понимая, что Строганов отчего-то решил спасти ее. Опять спасти и помочь. Но она не желала этих его широких жестов. Она хотела послать его куда подальше. Но сейчас она была в безвыходной ситуации. И похоже он снова был единственным, кто мог спасти ее из этого комичного, глупого и опасного положения. Кто ж знал, что красавец Голицын окажется любимым фаворитом императрицы и бабником? А Анна Иоанновна вознамерится кинуть за решетку? Потому Строганов теперь точно являлся ее спасителем. И как бы ей это не нравилось, она должна была принять его помощь.
— Да, господин Строганов мой жених, — промямлила она, вздыхая и думая только о том, что если сейчас согласиться, то выполнит, наконец это трудное третье задание.
Через пять минут аттестация закончится, и она более не увидит этого неприятного ей Строганова, который всегда появлялся так вовремя, словно знал наперед, что его помощь будет нужна ей. И это раздражало ее неимоверно.
Тимофей тут же склонился к Владе, и она все поняла без слов. Продолжая поддерживать его игру, она прикрыла глаза и подставила ему лицо. Она решила предоставить ему все сделать самому, раз он такой умный и везде лезущий. К тому же Влада не особо умела целоваться, не имея достаточной практики. Те два парня из реальности, с которыми она ходила на первичные свидания не понравились ей, потому она не позволила им себя поцеловать. Мерзкие поцелуи Голицына и дерзкий поцелуй Тимофея в карете так же были не в счет.
Строганов сильнее прижал ее сильной рукой к своей груди, приобняв, и властно поцеловал в губы при всех придворных. Тем самым подтверждая, что она его невеста. После он выпрямился, отстраняясь от девушки и быстро направился на берег, увлекая за собой Владу. Она же едва держалась на ногах, и не падала только оттого, что мужчина крепко держал ее за талию.
— Мда…. — протянула царица и еще раз оглядывая мокрую Владу, прищурилась. — Вам надобно пристальнее следить за вашей невестой Тимофей Петрович, а то ведет она себя как...
— Непременно так и сделаю, ваше величество, — отчеканил Строганов, прервав речь императрицы и взглянув на нее прямо и открыто.
— Что ж, будь по-вашему, советник. Я прощаю эту девицу. Но только благодаря вам, Тимофей Петрович, и вашим заслугам перед Отечеством, — добавила Анна Иоанновна важно.
Императрица последовала со своей свитой и
