выводами. Но говорить ему правду она не собиралась. Еще чего доброго пристанет к ней, довольный, что может воспользоваться ситуацией и станет предлагать свою кандидатуру в женихи. А она этого не хотела.
— Ну как же? — не унимался он, и призывно улыбнулся. Белозубая улыбка преобразила его итак приятное лицо, и он даже показался ей привлекательным. — Для чего же еще девушки ездят на бал? Чтобы найти жениха, разве не так?
— Возможно…
— Я был бы совсем не против, если бы вы, Екатерина Александровна, удостоили меня своим повышенным вниманием, — заявил он уже ей правду в лицо, похоже решив действовать напролом, раз она не понимала его намеков.
Но она прекрасно все понимала. Что сильно нравится эту виртуальному персонажу. Ведь она отчетливо видела опять этот его наглый взгляд, как тогда наедине в его карете: раздевающий, горящий и совершенно неприличный. Нет надо было поставить этого Строганова на место раз и навсегда!
— Неужели, — пропела она как-то ехидно и вперив в него негодующий взор холодно произнесла: — Я бесконечно благодарна вам за свое спасение, сударь, но могу я просить вас об одолжении?
— Да, я слушаю вас, моя драгоценная, — пропел зазывно он, видимо ожидая ее слов о том, что она жаждет проявить к нему «повышенное внимание», как он выразился ранее.
— Более не ищите со мной встреч, ваше сиятельство, — отрезала она почти грубо. — Ваше общество мне неприятно! И я не желаю более танцевать с вами и уж тем более говорить!
И тут в ее моих ушах раздался неприятный писк. Влада поморщилась, видя красную кнопку со штрафом в пятьдесят баллов. Конечно она сыграла роль не верно. Она же глуповатая покладистая девица, а сейчас она повела себя как строптивая надменная барышня, совершенная противоположность нужному образу. Но этот нахал не заслуживал другого.
Она резко развернулась и устремилась прочь из бальной залы, а главное от него подальше, бурча себе под нос:
— Класс! Еще не выполнила задание, а уж схлопотала минус пятьдесят баллов. И все из-за него! Осталось триста баллов всего с учетом бонусных, что добавили за знания нравов.
.
Обмахиваясь нервно веером, она вновь вернулась в соседний помпезный зал, пытаясь успокоиться. Но успокоиться она не могла. Время действовало на нее удручающе. Оставалось всего два часа до конца бала. А у нее до сих пор не только не было жениха, но и даже нормального знакомого парня или мужчины, который бы мог им стать. К тому же ее преследовал этот Строганов, который как назойливая муха не отставал и при любом удобном случае появлялся рядом.
Положение было неприятным. Все молодые мужчины избегали ее, а единственный кто жаждал с ней общения — не нравился ей неимоверно. И что было делоть со всем этим. Брать Строганова? Но она ни в какую не хотела обручаться с ним.
— Нет. Только не с ним. Он… только если совсем не будет другого выхода, — шептала она себе.
Влада понимала, что если в течение часа ей не удастся познакомиться с другим кавалером, то придется все же ответить согласием Строганову. Это было все же лучше, чем вообще провалить задание.
От переживаний в ее горле пересохло, и она сглотнула слюну, невидящим взором смотря перед собой.
Неожиданно перед ней появился лакей с подносом и чуть поклонился. Взор Влады упал на хрустальные фужеры с золотистым напитком на его серебряном подносе. Она непроизвольно схватила бокал с лимонадом в руку, поблагодарив слугу. Тот поспешил далее, разнося напитки гостям. Влада притиснула фужер к губам, и залпом опрокинула в себя содержимое бокала. Питье ей было просто необходимо сейчас. Но едва она проглотила жидкость как тут же закашлялась. Сладкое вино обожгло ей горло, и из глаз брызнули слезы.
— Йшки-кошки… Это не лимонад… — просипела она, пытаясь откашляться и хватая ртом воздух.
Но горло жгла горячительная жидкость. Только спустя минуту она откашлялась и пришла в себя. Она принялась ругать себя, не понимая, как оказалась такой дурой, совсем позабыв, что в этом веке на приемах вино был обычным делом.
Она невольно попятилась назад, проворно развернувшись, желая найти слугу и попросить воды, чтобы запить эту гадость и тут же налетела на некого мужчину в военной форме. Она неуклюже наступила ему на ногу.
— Простите! — пролепетала Влада и тут же отпрянула от него, но запнулась за подол своего платья и оступилась.
Молодой гвардеец тут же придержал ее за локоть, не давая ей упасть и с участием заявил:
— Осторожнее, сударыня!
Она подняла на него глаза и увидела перед собой молодого человека, великолепного и красивого, в небольшом белом парике с косичкой и красно-зеленом мундире гвардейца. Его голубые глаза с участием и какой-то заинтересованностью смотрели на нее. Внешняя красота его: высокий лоб, рельефно высеченные скулы, гордые крылья носа, прекрасной синевы глаза, военная выправка и величавый рост, все в нем было совершенно. Просто не оторвать взгляд. Прямо совершенный статный красавец. Влада даже замерла на миг, пораженно.
— Благодарю, — промямлила она ошарашенно оттого, что система сгенерила такого красивого персонажа.
Она вдруг снова закашлялась, чувствуя, как до сих пор горит ее горло от горячительной жидкости.
— Вам нехорошо, сударыня? — участливо спросил красавец-гвардеец, склоняясь к ней и приветливо улыбаясь.
— Нет, все нормально.
— Дмитрий! — сбоку от них раздался недовольный голосок.
Влада метнула взгляд вправо и увидела в пяти шагах красивую расфуфыренную девицу лет двадцати, которая недовольно смотрела на них. Она нервно топала ножкой и хмурилась.
— Простите, сударыня, мне надо идти, — заявил красавец. — Если вам ничего не нужно, то я вынужден откланяться.
— Нужно! — тут же выпалила Влада. — Узнать ваше имя?
— О, простите, я забылся. Дмитрий Сергеевич Голицын.
— Екатерина Александровна Миронова, — улыбнулась она ему, протягивая руку для поцелуя.
Он чмокнул ее пальчики, и выпалил:
— Рад знакомству, сударыня. Но мне действительно пора.
Быстро поклонившись, и бросив на Владу последний долгий взгляд, он поспешил к недовольной красавице.
— Дмитрий, ты итак опоздал на бал! — упрекнула его громко девица, когда он подошел к ней. Влада прекрасно слышала ее слова. — Я жду тебя уже битый час, братец, а мазурка уже началась!
Ошарашенная всем произошедшим Влада отошла чуть в сторону, дожидаясь пока слуга принесет ей воды, которую она попросила. Она внимательно следила за этим самым Голицыным
