– Дурацкий тесный диван, – посетовал Ричард, расправляясь с пуговицами ее рубашки. – Пойдем, милая.
Он легко поднял полуобнаженную женщину на руки. Длинные медно-золотые волосы Сузан струились, подобно огненному водопаду, белая кожа мерцала в мягком полумраке.
Несмотря на силу сжигающего их желания, обретя наконец друг друга, эти двое не торопились. Они словно бы исполняли некий сложный ритуал, в котором не было места торопливости.
Ричард, пройдя по темному коридору, толкнул плечом дверь спальни. Та послушно распахнулась. Войдя в комнату, он осторожно опустил Сузан на широкую кровать.
– Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу, – прошептал он на ухо изнывающей от желания женщине.
Когда он нес ее на руках, прижимая к горячей обнаженной груди, Сузан ощущала пьянящий терпкий аромат… Голова ее закружилась, до боли знакомый и желанный запах придал безумную беспечность. Жара… Алый цвет, алый, как страсть. Пылающее на закате море…
Сузан в блаженной истоме отпустила темные ресницы, прислушиваясь к шорохам в комнате. Не нужно было подсматривать, чтобы понять: темноволосый высокий мужчина, ее возлюбленный, сейчас с кошачьей грацией движется по комнате, расставляя и зажигая свечи. Сузан даже знала, какие они – матовые, белые, превращающие любое помещение в волшебный чертог.
За окнами шумел дождь. Или ветер… Или розы, сотни кустов алых роз. Сейчас они распахнут ветвями окна и проникнут в дом, множество благоухающих цветков, тяжело свисающих с колючих стеблей.
– Сью…
Ричард в одних облегающих джинсах стоял посреди спальни, залитый светом нескольких десятков трепещущих огоньков. Тени и свет подчеркивали рельефность его сильного тела. Серые глаза мерцали, отражая сияние, разлитое вокруг, темные волосы спадали на плечи. Он был как рыцарь перед поединком – собран, сосредоточен, готов ко всему. И с пылающим сердцем в груди.
Ричард жадно смотрел на раскинувшуюся на кровати женщину, словно пытаясь вобрать в себя ее образ, навеки запомнить эти тонкие руки, очертания ладных плеч и округлых грудей, каждую линию гибкого тела. Изумрудные глаза, затуманенные страстью. Страстью к нему, к Ричарду Райвену. Это его сокровище лежит здесь. Это его возлюбленная. И он никогда никому больше ее не отдаст.
Помедлив еще мгновение, он шагнул вперед, навстречу своей судьбе.
Потом, пытаясь припомнить эту ночь, он мог выловить в памяти только какие-то отрывки. Их захлестнул ликующий водоворот чувств, в котором не осталось места рассудку. Ричард помнил только, как стоял на кровати на коленях, склонившись над Сузан, покрывая ее жаждущее тело сотнями поцелуев, лаская нежные бедра, живот, грудь, скользя губами по шее и подбородку, снова и снова проделывая этот сладостный путь.
Сколько огня сокрыто под этой шелковистой кожей! Сузан еле слышно постанывала от наслаждения, обнимая любовника за плечи, проводя ладонями по широкой груди, чувствуя, как бьется его сердце.
Но вот изумрудные глаза широко распахнулись. Это Ричард коснулся губами затвердевшего розового соска, лаская его губами и нежно покусывая, заставляя пульсирующие волны наслаждения расходиться по всему телу.
– Ричард! О, Ричард! – прошептала Сузан, откидывая голову на подушки, и длинные огненные пряди в беспорядке рассыпались по белоснежной ткани.
– Да, моя дорогая? – промурлыкал он, продолжая умело разжигать в ней пламя желания. Эта женщина снова принадлежала ему, была покорна его ласкам, трепетала в его руках, словно экзотическая бабочка.
– Ричард, я хочу… хочу тебя. Немедленно. Здесь и сейчас.
– Не спеши, малышка, не спеши. У нас впереди целая ночь. Бесконечная ночь. Как же я соскучился по тебе…
Но Сузан не желала ждать. Она и так слишком долго ждала. Прильнув к Ричарду всем телом, она ласкала его лицо, волосы, что-то бессвязно лепеча, увлекая за собой в водоворот страсти.
Трепещущее от малейшего движения воздуха пламя свечей выхватывало из полумрака то смуглое и сильное тело мужчины, то гибкое и нежное, словно лепесток белой розы, тело женщины.
Ричард заставил себя на мгновение разомкнуть объятия. Он задыхался. Эта женщина свела его с ума, заставила полностью потерять контроль над собой.
Приподнявшись на колени над распростертой Сузан, он щелкнул пряжкой ремня, опоясывающего бедра.
– Только ты и я…
– Эта ночь – наша…
Освободившись от стеснявшей его одежды, Ричард дал наконец волю сжигающему его вожделению.
– Пожалуйста, прошу тебя…
Сузан не могла больше ждать. Быть рядом с этим великолепным мужчиной, видеть его обнаженным, склонившимся над ней… Видеть его страсть, чувствовать сильные руки на своей коже – это было наслаждение, граничащее с болью, близость, готовая перейти в умопомешательство. Они слишком долго были разлучены и теперь, как два изголодавшихся дракона, набросились друг на друга, сплетаясь воедино.
– Сейчас Сью, не торопись… – Хриплый голос Ричарда лишал ее рассудка.
– Но почему? – запротестовала она. – Почему мы должны сдерживаться? Я…
Сузан осеклась, так как возлюбленный неожиданно придавил ее к кровати, крепко сжав запястья одной рукой и лишая возможности двигаться.
– Не хочешь сдерживаться? – с интересом спросил он, и в серых глазах зажегся хищный огонек. – Прекрасно, моя милая. Это мне подходит.
Сузан лишь беспомощно застонала, когда Ричард опустился на нее. Она ощутила, как сильно он желает ее, как напряжена и тверда его плоть, что непроизвольно сжала бедра.
– Сью… если будешь продолжать в том же духе, то я не смогу остановиться…
– Так не останавливайся! Я и не хочу, чтобы ты останавливался, – лихорадочно прошептала она, чувствуя, что еще мгновение, и у нее разорвется сердце от неудовлетворенного желания. – Сейчас не время контролировать свои чувства!
– Разве?
В глазах Ричарда мелькнуло непонятное выражение. Предупреждение об опасности – вот что это было. Она нечаянно бросила ему вызов, но все равно не успела бы отреагировать.
– Теперь-то ты не убежишь! – прорычал Ричард, крепко удерживая тонкие запястья и сжимая ее бедра своими.
Господи, каким невыносимым наслаждением было ощущать под собой гибкое, податливое тело, округлые бедра, сжимать ее руки в своих!…
Сузан выгнулась и что-то простонала, когда Ричард вошел в нее. Стиснув зубы, он двигался все быстрее и быстрее, доводя возлюбленную до исступления. С закрытыми от наслаждения глазами, с пылающими щеками, она могла лишь выкрикивать его имя словно волшебное заклинание. С его же губ не сорвалось ни звука, слышалось лишь тяжелое дыхание охваченного страстью мужчины.
Поняв, что Сузан близка к экстазу, он заставил себя остановиться и резким движением отстранился.
