В начале 70-х годов блатная элита, рэкетирующая цеховиков, принялась за создание собственных подпольных структур по производству и сбыту продукции. Такие теневые заводы, принадлежащие ворам в законе, впервые открылись в Узбекистане. Они занимались мясопереработкой и пошивом верхней одежды. Почти весь доход цехового промысла шел в региональный общак.
Долгое время общаковые деньги считались для вора святыней. Расхитителя или, того хуже, — похитителя, как правило, ждала смерть. С появлением финансовой санкции нечистоплотному кассиру выставлялся счет, который мог в три-четыре раза превысить сумму долга.
В последние годы внутренняя дисциплина в блатном клане заметно сдала. Случалось, что законника, слишком глубоко запустившего руку в общак, братва лишала воровского титула. По сравнению с блатными санкциями прежних лет, такая кара напоминает легкое общественное порицание. Говорят, что подобная участь коснулась московского законника Геннадия Корькова, заподозренного в чрезмерном пользовании общаковои кассой.
Сегодняшний общак существует не в виде сундука или сейфа (хотя и тот, и другой совсем не исключаются). Это мощная финансовая структура, которая может быть вполне легальной: она имеет продуманную систему отмывания общаковых бабок.
С появлением общаковых касс лидеры преступного мира уже не утруждают себя непосредственными кражами и хищениями, которые считались обязательными среди законников 30–50-х годов. Теневая финансовая структура в виде общака взяла их на полное содержание.
Братва, дай кличку!
Практически все воры в законе имеют уголовную кличку, а некоторые даже две или три. Клички отличаются постоянством: вор может поменять фамилию, изменить внешность, гражданство, но для блатного мира он все равно останется как «Горбатый», «Хромой» или «Косой». Принятие клички — необходимый акт перехода в воровской мир. В 30-х годах кличку или ее символ выкалывали на теле и не меняли даже тогда, когда она становилась известной не только братве, но и уголовному розыску. По кличке чекисты или милиция могли определить число прежних судимостей и криминальный рейтинг блатаря, но это не меняло установленных традиций. Несмотря на чисто случайное происхождение, в кличке содержится особая гордость вора. Она стала предметом бережного охранения.
Изучение блатных кличек представило бы любопытнейший материал, прежде всего, при сравнении их с тотемами первобытных народов. Прозвище могли дать не только конкретному человеку, но и целой преступной группе. Многие клички были заимствованы из животного мира и указывали на то или иное качество вора. Но подавляющее большинство кличек отражают фамилию, физические или психологические особенности их владельцев. Законник по кличке Блондин был абсолютно лысым, Андрей Исаев стал Расписным после того, как густо покрыл свое тело татуировками, кличку Сибиряк Сергей Липчанский получил за свое сибирское происхождение.
Часто прозвище является сокращенным вариантом фамилии: Захаров — Захар, Зверев — Зверь, Коростылев — Коростыль, Шишканов — Шишкан, Черкасов — Черкас. Может браться во внимание город, в котором родился, вырос или отбывал наказание законник. Такая участь постигла Сергея Тимофеева (Серж Новгородский), Бориса Арустумяна (Боря Бакинский), Игоря Арутюняна (Игорь Бакинский), Рафаила Багдасаряна (Рафик Ереванский), Гайка Геворкяна (Гога Ереванский), Сергея Абрамова (Серега Нежинский). Среди кавказских воров очень часто встречаются клички, которые одновременно являются именами их владельцев — Резо, Гиви, Вахтанг, Вахо, Дато, Гога и др.
Сергей Тимофеев удостоился второй клички Сильвестр за атлетическую внешность и мастерство рукопашного боя, которыми обладал и его голливудский «тезка» Сталлоне. Если вор в прошлом получил ножевое ранение, он имеет шансы стать Резаным, Колотым, Писаным.
Прямой зависимости между авторитетом вора и числом его кличек нет. Тем не менее, за символом блатного мира Вячеславом Иваньковым насчитали шесть прозвищ: Японец, Япончик, Ассирийский зять, Кириллович, Дед, Дедушка. Самое стойкое из них — Япончик — в 1996 году оказало вору в законе крупную услугу, смягчив судебный приговор.
Сын одесского биндюжника Михаил Винницкий получил кличку Япончик за раскосые глаза и скуластое лицо. Легендарный налетчик, сколотив банду из молдаванских проходимцев, громил магазины, артели, богатых купцов и скототорговцев, подкупал местных полицейских чинов, обложил налогом чуть ли не всю Одессу. Внешность бандита также не была ординарной. Ярко-кремовый костюм и желтую соломенную шляпу дополняли галстук-бабочка «кис-кис» и букетик цветов в петлице пиджака. Всегда и всюду Япончика сопровождали два вооруженных до зубов телохранителя.
Советскую власть Миша Винницкий встретил лояльно и даже организовал из своих бойцов красный полк для боевых сражений на фронтах гражданской войны. Верность Мишки-одессита новому строю уже ни у кого не вызывала сомнений. Но однажды между одесским бандитом и народными комиссарами пробежала черная кошка. Уж слишком рьяно начали распоряжаться свободолюбивым Япончиком красные командиры. Знаменитый одесский налетчик, отправившись на фронт, вдруг отказался выполнять приказы и вступил в схватку с красноармейцами. Последний свой бой он принял зимой 1920 года в городе Вознесенске и был убит. Такова краткая история одесского «тезки» Вячеслава Иванькова.
Кличку Япончик московский вор в законе получил не за легендарные подвиги Винницкого, как утверждают некоторые газеты, а за свои раскосые глаза. «У русского народа вообще принято давать прозвища, — объяснял сам Японец. — Вот сейчас, например, Лившица называют Лифчиком, Лебедя как-то называют, Ельцина. В моей родной школе все имели прозвища. Если фамилия Купцов — Купец, Бобров — Бобер. Того, кто имел большой нос, окрестили в Нос. Меня же за разрез глаз прозвали Япончиком. Что тут удивительного?».
Тем не менее, во время судебного процесса адвокаты Иванькова использовали кличку «Япончик» на свой лад. Изложив антисоветские похождения Миши Винницкого и упустив его прежние кражи, грабежи и разбои, защита выставила одесского бандита настоящим героем в борьбе с красным террором и коммунистами. Хотя Иванькова и признали виновным, но во время торгов за срок наказания образ антиреволюционера сделал свое дело. Кличку «Ассирийский зять» Япончик получил за то, что был женат на ассирийке. С возрастом к нему пришли «Кириллович», «Дед» и «Дедушка».
Существуют уголовные погремухи, основание для которых непосвященному человеку разгадать сложно.
Они не вяжутся ни с фамилией, ни с именем, ни с внешностью вора. Скажем, Тимофей (Александр Агафонов), Веревка, Гусак, Башмак, Бабай, Горбатый и др. По одной из версий, москвич Виктор Никифоров своей кличкой «Калина» обязан матери — Кале Васильевне, которая помогла родному сыну добыть высокий воровской титул.
В отличие от рядовых уголовников блатная элита почти не имеет оскорбительных кличек. С незавидной кличкой (Кизяк, Пидор, Ванек, Петух, Падло и т. п.) восхождение к воровским вершинам обречено на неудачу. Хотя история блатного мира знает исключения. Уголовными авторитетами стали Гнида, Глупый, Ванек, Баран.
Очень часто отечественный кинематограф, создавая фильмы о борьбе доблестной милиции с ворами и бандитами, раздавал своим отрицательным героям клички, которые, мягко говоря, слабо вяжутся с уголовным статусом вора. Ярким примером может служить фильм «Место встречи изменить нельзя». Консультанты в мундирах проморгали тот факт, что уголовник по кличке Промокашка сидит в малине за одним столом с авторитетами, да еще с паханом «Черной кошки». Феня трактует «промокашку» как малолетнюю проститутку. Кстати, застольный казус — не единственная неточность в этой ленте. Чердачник Копченый (чердачник, он же голубятник — это вор, крадущий белье с чердаков и балконов) играет в карты с карманником Костей Сопрыкиным и мокрушником Фоксом. Тот же бандит-одиночка Женя Фокс имеет общие дела с вором в законе марвихером Петей Ручниковым. Уголовный мир делился по узким специализациям — мастям. Каждая масть имела свои малины, хазы, притоны, катраны. Копченый, Кирпич и Фокс никогда бы не сели за один стол сооружать банчок. Да еще у ховыры Верки-модистки.
Куликанье по-свойски
Без знания воровского жаргона вор не мог рассчитывать на авторитет. Умение «куликать по-свойски» — обязательное правило для блатной элиты. Разумеется, вор не владел всем лексическим запасом уголовной среды (судя по изданным словарям, он включает свыше десяти тысяч слов и выражений. Многие из них применялись крайне редко, но все же применялись). Чтобы общаться с братвой, блатарям хватало три-четыре сотни слов и выражений, но понимать вору приходилось в десятки раз больше.
