моей шее, целуют. Сначала медленно и нежно, потом всё жарче и яростнее, поднимаются по подбородку выше, пока не находят мои губы. Я издаю глухой стон и отвечаю. Дрожу от захватившей меня эйфории. Откликаюсь на каждое прикосновение рук, что жадно скользят по моему телу, сжимают всё крепче, не дают сделать вдох.
Аристарх подхватывает меня, жадно впиваясь пальцами в бёдра, и выносит из ванной комнаты. Оказываюсь на простынях, придавленная сильным телом и не могу больше ни о чём думать. Близость с этим мужчиной — моё личное сумасшествие, та самая точка невозврата, достигнув которой до победного рвёшься только вперёд.
Тихий шёпот раздаётся у самых губ, но я ничего не слышу за своим сбивчивым дыханием. Веду пальцами по мускулам плеч, спускаюсь по твёрдому прессу, чувствуя как он сокращается от моих прикосновений, и расстегиваю пуговицу на ширинке. Низ живота простреливает сладким предвкушением, когда я снова вижу Аристарха полностью раздетым.
Он снова вжимается в меня, словно боится, что я сейчас ускользну, но я только целую в ответ, едва ощутимо царапая его спину ногтями. Даже если бы хотела, не убежала. Сейчас для этого слишком поздно. Слишком силён магнит между нами.
— Какая же ты сладкая, с ума сводишь… — хрипло шепчет Аристарх, продолжая целовать меня, словно не может насытиться.
Этот шёпот, параллельно с пламенными прикосновениями, плавит меня изнутри. Я сама сойду с ума, если ласки этого мужчины продолжат дразнить меня.
— Не боишься, что твоя сладкая растает от нетерпения? — выдыхаю я, прильнув к нему сильнее.
Кожей чувствую его усмешку. За ней следует ещё одна дразнящая дорожка поцелуев к ключице. А его беспощадные пальцы начинают ласкать меня так, что я забываю дышать.
— Мне нравится твоя фраза… Моя… — он жадно произносит последнее слово, продолжая терзать моё тело губами.
Пульсирую каждой клеточкой, боясь взорваться сверхновой. Я хочу большего, хочу раствориться в нём полностью. Сама нападаю на него, пытаясь забрать инициативу — не позволяет. Тонко и умело подводит меня к грани безумия. И когда это, наконец, происходит, я не сдерживаю стон и замираю, впитывая нереальные ощущения. Всё слишком остро, на грани, и это немного пугает. Так ведь не бывает, так почему же сейчас происходит? Наше дыхание разрывает воздух, сливаясь в унисон. Плавные движения становятся резкими — мы воспламеняемся одновременно, словно кто-то сверху щёлкает переключатель и лишает нас остатков самоконтроля. Даже в нашу первую восхитительную ночь всё было не так.
Дорвались.
Выгибаю спину, чувствуя как жар затопляет меня, как близка вспышка удовольствия и следом взлетаю к звёздам, переставая чувствовать своё тело. В тот же момент оказываюсь в кольце сильных рук, но даже шевельнуться не в силах. Дрожу, пытаясь выровнять дыхание, и вернуться в реальность.
— С тобою слишком хорошо... — даже не замечаю, как произношу эти слова вслух.
Раскалённый вокруг нас воздух разрывает довольный тихий смешок, лёгким ветерком касающийся губ.
— Спасибо маленькой ящерке, что дала тебе стимул осознать это, — слетает с его губ самодовольная фразочка, на которую так и хочется ответить колкостью.
Открываю глаза, встречаясь с тлеющим огнём его глаз. Аристарх смотрит так, будто впитывает меня до последней капли.
— Жаль, ты можешь доказать это только с помощью ящерки, — замечаю я, пытаясь выскользнуть из-под него.
— Ого, — Аристарх с ухмылкой припечатывает меня к подушке, не давая пошевелиться. — А это, пожалуй, вызов… который я с удовольствием принимаю!
* * *
Я просыпаюсь от звонка телефона и приподнимаю голову с подушки. Щурюсь от яркого солнца, что бьёт в глаза сквозь незашторенное окно, и я не глядя хватаюсь за телефон. Кто бы мог подумать, что ночью дождь лил как из ведра! Сладко спящий Аристарх не понимает, почему я ускользаю из-под его руки, которую он удобно устроил на мне, и тянет обратно, крепче сжимая объятия. Неуклюже падаю на него и прикладываю телефон к уху.
— Алло… — хрипло отвечаю, всеми силами стараясь подавить зевоту.
— Кристиночка? — слышу удивлённое воркование большого босса и моментально просыпаюсь. — А где Аристарх?
— Здравствуйте, Марк Геннадьевич! — тараторю я бодро и говорю первое, что приходит в голову, то есть — правду: — Он спит!
Рука Аристарха моментально напрягается и он тоже открывает глаза.
— Вы ещё спите? — ещё больше удивляется Бакуцкий старший и я поднимаю взгляд на настенные часы.
Начало двенадцатого. Вот чёрт!
— Эм… — даже теряюсь, не зная что сказать в своё оправдание. Не рассказывать же, что из-за его ненасытного сына мы уснули только под утро! — Да, вчера очень поздно вернулись в отель, но зато не с пустыми руками. Завтра же будет материал.
— Я даже не сомневался, — мягко посмеивается он, и я буквально вижу его лукавую улыбку. — А почему он сам трубку не поднял?
— А? — не понимаю вопроса, и отрываю от уха телефон.
Пару секунд моргаю, пытаясь заставить свой мозг работать, и хлопаю себя по лбу. Спросонья я схватила телефон Аристарха. Вот как бывает, когда ты и твои знакомые не меняют стандартный рингтон на звонок! Он у всех звучит одинаково! Закусываю губу и кошусь на Аристарха, который сверлит меня задумчивым взглядом. Вчера мне пришлось вернуть ему сим-карту, предварительно выслушав лекцию о краже личного имущества. Нужно было ещё немного оттянуть сиё событие, глядишь не опозорилась бы этим утром!
— Ох, — лепечу я. — Я по ошибке его телефон схватила. Извините, сейчас дам трубку Аристарху.
Кладу смартфон в руку истинному владельцу и падаю на подушку, закрывая лицо ладонями.
— Слушаю, — голос Аристарха звучит недовольно, даже сердито. Он поднимается с кровати и, натянув на бёдра шорты, собирается выйти из бунгало. — Неплохо… — отвечает на недоступный моему слуху вопрос. — Тебе во всех подробностях описать, или только по делу?
— Аристарх, — зову его, хмурясь. Уж не собирается же он отцу докладывать, как бурно мы тут время проводим?
Тот оборачивается, глядя на меня не менее сердито, чем звучит его голос в разговоре с отцом. Понимает меня без лишних слов и тоже хмурится. Закрывает рукой динамик и бросает мне:
— Позже поговорим.
Он выходит на улицу, а я так и сижу, прикрываясь простынёй и глазами хлопая. Кажется кто-то сегодня поднялся не с той ноги!
Не теряя времени, соскакиваю с постели, чтобы успеть привести себя в порядок. Это только в кино девушки просыпаются накрашенными, расчесанными и
