хотел, чтобы ты знала, — отвечает с печальным вздохом. — Видишь, как вышло, и тебя обидел и своего счастья не построил.
— Андрей, у тебя маленький сын подрастает! Какое ещё тебе нужно счастье?
— Настоящее, Крис. Как у нас было.
Мне и припомнить нечего из нашего настоящего счастья. Почему-то на ум приходят только последние три года нашей совместной жизни, в которых я только и слышала, какая я толстая недоженщина пустышка.
— Спасибо, конечно, что вспомнил, — говорю негромко. — Но мне нечего тебе на это ответить.
Андрей бросает на меня печальный взгляд и выдаёт:
— Крис, может, сходим куда-нибудь вечером и поговорим по душам?
— Нет.
— Почему?
— Я не подрабатываю в нерабочее время семейным психологом, но могу посоветовать парочку хороших специалистов.
— А просто как с другом ты тоже не хочешь поговорить? У нас с тобой много общего, даже проблемы одинаковые имеются.
— Эм, это какие например?
— Крис, я тоже бесплоден, — разводит он руками и при этом выглядит таким беспомощным и несчастным, что меня затопляет внезапная жалость к нему.
— И как давно ты узнал?
— Пару недель назад, когда мать притащила мне тест ДНК, и ткнула носом, что к ребёнку Ани я не имею никакого отношения. Я пошёл и проверился. Оказывается, шанс зачать ребёнка у меня составляет менее десяти процентов.
— Сожалею, — говорю довольно резко.
Нет, мне действительно жаль его, потому что я не понаслышке знаю, насколько ужасно это чувство безысходности. Но, чёрт возьми, где он был раньше, когда я просила его провериться и изводила себя?
— Почему-то решил поделиться этим именно с тобой. Всё-таки, у тебя такая же проблема.
— Андрей, мне, правда, жаль. Но, я не готова с тобой говорить на подобные темы.
— Значит, не простила, — хмурится он. — Ну да ладно. Если вдруг взгрустнётся, звони, Крис. Я всегда буду готов тебя поддержать.
— Андрей, я на работе. Уходи, пожалуйста, — стараюсь быть вежливой.
— Так у тебя же рабочий день заканчивается, разве нет?
— Ты готова? — в кабинет без стука заглядывает Аристарх и замирает, впиваясь взглядом в моего бывшего.
Первые пару секунд он его даже не узнаёт, но вскоре его в его глазах резкой вспышкой проносится раздражение. Андрей поднимается, тоже признав моего спутника, с которым мы штурмовали его фирму, и неприязненно морщится.
— Ладно, не буду мешать, — говорит, отряхивая невидимые пылинки с пиджака.
Затем помешкав мгновение, он демонстративно сжимает мою руку, что лежит на столе, словно территорию перед появившимся самцом метит. Руку я конечно убираю, но Аристарху этого неоднозначного жеста достаточно, чтобы гневно прищуриться.
— До встречи. Позвони, Кристин, я буду ждать, — Андрей забивает последний гвоздь в крышку своего гроба.
Аристарх встаёт в проходе, не давая моему бывшему пройти, и уточняет:
— Объясни-ка, любезный, зачем тебе должна позвонить моя невеста?
Я подхожу к окну, и распахиваю форточку настежь. Потому что уже задыхаюсь от приторного и слишком резкого аромата лилий.
— Н-невеста? — теряется Андрей, и поворачивается ко мне с таким видом, будто я его только что бессовестно обманула. — Ты не говорила! — обвиняет.
— А должна была? — возмущаюсь такой претензии.
Только что мне руку сжимал, на котором кольцо, и глазом не моргнул!
— Значит так, — грозно начинает Аристарх. — Звонить тебе Кристина не будет — это раз. Ещё раз тебя здесь увижу — спущу с лестницы — это два. Свой веник ты забираешь с собой — это три. Ведь если моей беременной невесте из-за него станет плохо, я сверну тебе шею прямо сейчас.
Я без лишних слов беру букет и на вытянутой руке вручаю его обратно дарителю. Он забирает, непонимающе хлопая глазами, произносит:
— Ты беременна?
— Представь себе, и не с твоей помощью, — отвечает за меня Аристарх. — Проваливай.
Он отходит в сторону, выпуская Андрея, и до последнего испепеляет его сердитым взглядом. Как только златовласая шевелюра моего бывшего скрывается за поворотом на лестницу, Аристарх недовольно бурчит мне:
— Кажется, тебя пора переселять в мой кабинет под личный контроль.
— Идём лучше вниз, — смеюсь над этим невозможным ревнивцем. — А то я действительно сейчас задохнусь…
На ужине собираются только самые близкие семейства Бакуцких. Трое сыновей со своими жёнами (правда я ещё не официальная), Марк Геннадьевич и бабушка. Мы сидим за огромным столом из белёного дуба и ужинаем, причём не светскими деликатесами, названия которых не выговоришь, а вполне обычной пищей: очень вкусная рыба, картофель, овощи на гриле и лёгкий салат. На десерт бисквитные рулетики с джемом. Атмосфера вокруг царит по-домашнему тёплая и уютная. Мне нравится мысль, что я скоро стану частью этой семьи.
Естественно, мне, как новенькой в родном кругу Аристарха, достаётся всё основное внимание. Особенно для бдительной прямолинейной бабушки.
— Арик, вы со свадьбой не затягивайте, — поднимает она сухой заострённый палец перед собой. — Я ещё хочу погулять как следует перед смертью!
— В следующем месяце, бабушка, — заверяет «Арик» свою старушку. — Не успеем иначе подготовить тебе достойный пир.
— Ладно уж! Столько лет ждала, уж месяц потерплю как-нибудь, — разрешает великодушно пожилая дама. — Так, а дети? Надо же ещё внуков от вас дождаться!
— Не переживай, у нас процесс на прибыль в семействе в полном разгаре, — выдаёт Аристарх с довольной усмешкой, вынуждая меня зардеться.
Суровое морщинистое лицо бабули удивлённо вытягивается. Даже Марк Геннадьевич, что предпочитал отмалчиваться, когда говорила его матушка, засиял довольной улыбкой и подмигнул мне.
— Вот как?! Надо же, я думала ты на пенсию раньше выйдешь, чем о продолжении рода задумаешься! — качает она головой, но при этом в скрипучем голосе пляшут радостные нотки. — Ну что же, девять месяцев я тоже потерплю, не привыкать мне!
Все за столом рассмеялись. И кто бы в тот вечер знал, что самая старшая из семейства Бакуцких не только нашего первенца дождётся, но и первые шаги его сестрёнки успеет увидеть!
Конец
