чаем – отцепился.
2 декабря
Пятеро нас ночует. Симпатичные. Одеяла расстелили – как в первом классе.
7 декабря
Пурцман с семейством устроился. Завесили одну половину – дамское – некурящее. Рамы все замазали. Электричество – не платить. Утром так и сделали: как кондукторша пришла – купили у нее всю книжку. Сперва ошалела от ужаса, потом ничего. И ездим. Кондукторша на остановках кричит: «Местов нету!» Контролер влез – ужаснулся. Говорю, извините, никакого правонарушения нету. Заплочено – и ездим. Завтракал с нами у храма Спасителя, кофе пили на Арбате, а потом поехали к Страстному монастырю.
8 декабря
Жена приехала с детишками. Пурцман отделился в 27-й номер. Мне, говорит, это направление больше нравится. Он на широкую ногу устроился. Ковры постелил, картины известных художников. Мы попроще. Одну печку поставил вагоновожатому – симпатичный парнишка попался, как родной в семье. Петю учит править. Другую в вагоне, третью кондукторше – симпатичная – свой человек – на задней площадке. Плиту поставил. Ездим, дай бог каждому такую квартиру!
11 декабря
Батюшки! Пример-то что значит. Приезжаем сегодня к Пушкину, выглянул я на площадку – умываться, смотрю – в 6-м номере с Тверской поворачивает Щуевский!.. Его, оказывается, уплотнили с квартирой, то он и кричит – наплевать. И переехал. Ему в 6-м номере удобно. Служба на Мясницкой.
12 декабря
Что в Москве делается, уму непостижимо. На трамвайных остановках – вой стоит. Сегодня, как ехали к Чистым прудам, читал в газете про себя, называют – гениальный человек. Уборную устроили. Просто, а хорошо, в полу дыру провертели. Да и без уборной великолепно. Хочешь – на Арбате, хочешь – у Страстного.
20 декабря
Елку будем устраивать. Тесновато нам стало. Целюсь переехать в 4-й номер двойной. Да, нету квартир. В американских газетах мой портрет помещен.
21 декабря
Все к черту! Вот тебе и елка! Центральная жилищная комиссия явилась. Ахнули. А мы-то, говорит, всю Москву изрыли, искали жилищную площадь. А она тут…
Всех выпирают. Учреждения всаживают. Дали 3-дневный срок. В моем вагоне участок милиции поместится. К Пурцману школа I степени имени Луначарского.
23 декабря
Уезжаю обратно в Елабугу…
1924
Египетская мумия
Рассказ члена профсоюза
Приехали мы в Ленинград, в командировку, с председателем нашего месткома.
Когда отбегались по всем делишкам, мне и говорит председатель:
– Знаешь что, Вася? Пойдем в Народный дом.
– А что, – спрашиваю, – я там забыл?
– Чудак ты, – отвечает мне наш председатель месткома, – в Народном доме ты получишь здоровые развлечения и отдохнешь, согласно 98-й статье Кодекса Труда (председатель наизусть знает все статьи, так что его даже считают чудом природы).
Ладно. Мы пошли. Заплатили деньги, как полагается, и начали применять 98-ю статью. Первым долгом мы прибегли к колесу смерти. Обыкновенное громадное колесо и посередине палка. Причем колесо от неизвестной причины начинает вертеться с неимоверной скоростью, сбрасывая с себя ко всем чертям каждого члена союза, который на него сядет. Очень смешная штука, в зависимости от того, как вылетишь. Я выскочил чрезвычайно комично через какую-то барышню, разорвав штаны. А председатель оригинально вывихнул себе ногу и сломал одному гражданину палку красного дерева, со страшным криком ужаса. Причем он летел, и все падали на землю, так как наш председатель месткома человек с громадным весом. Одним словом, когда он упал, я думал, что придется выбирать нового председателя. Но председатель встал бодрый, как статуя свободы, и, наоборот, кашлял кровью тот гражданин с погибшей палкой.
Затем мы отправились в заколдованную комнату, в которой вращаются потолок и стены. Здесь из меня выскочили бутылки пива «Новая Бавария», выпитые с председателем в буфете. В жизни моей не рвало меня так, как в этой проклятой комнате, председатель же перенес.
Но когда мы вышли, я сказал ему:
– Друг, отказываюсь от твоей статьи. Будь они прокляты, эти развлечения № 98!
А он сказал:
– Раз мы уже пришли и заплатили, ты должен еще видеть знаменитую египетскую мумию.
И мы пришли в помещение. Появился в голубом свете молодой человек и заявил:
– Сейчас, граждане, вы увидите феномен неслыханного качества – подлинную египетскую мумию, привезенную 2500 лет назад. Эта мумия прорицает прошлое, настоящее и будущее, причем отвечает на вопросы и дает советы в трудных случаях жизни и, секретно, беременным.
Все ахнули от восторга и ужаса, и действительно, вообразите, появилась мумия в виде женской головы, а кругом египетские письмена. Я замер от удивления при виде того, что мумия совершенно молодая, как не может быть человек, не только 2500 лет, но даже в 100 лет.
Молодой человек вежливо пригласил:
– Задавайте ей вопросы. Попроще.
И тут председатель вышел и спросил:
– А на каком же языке задавать? Я египетского языка не знаю.
Молодой человек, не смущаясь, отвечает:
– Спрашивайте по-русски.
Председатель откашлялся и задал вопрос:
– А скажи, дорогая мумия, что ты делала до февральского переворота?
И тут мумия побледнела и сказала:
– Я училась на курсах.
– Тэк-с. А скажи, дорогая мумия, была ты под судом при советской власти и если не была, то почему?
Мумия заморгала глазами и молчит.
Молодой человек кричит:
– Что ж вы, гражданин, за 15 копеек мучаете мумию?
А председатель начал крыть беглым:
– А, милая мумия, твое отношение к воинской повинности?
Мумия заплакала. Говорит:
– Я была сестрой милосердия.
– А что б ты сделала, если б ты увидела коммунистов в церкви? А кто такой тов. Стучка? А где теперь живет Карл Маркс?
Молодой человек видит, что мумия засыпалась, сам кричит по поводу Маркса:
– Он умер!
А председатель рявкнул:
– Нет! Он живет в сердцах пролетариата.
И тут свет потух, и мумия с рыданиями исчезла в преисподней, а публика крикнула председателю:
– Ура! Спасибо за проверку фальшивой мумии.
И хотела его качать. Но председатель уклонился от почетного качания, и мы выехали из Народного дома, причем за нами шла толпа пролетариев с криками.
1924
Игра природы
А у нас есть железнодорожник с фамилией Врангель.
Из письма рабкора
Дверь, ведущую в местком станции М., отворил рослый человек с усами, завинченными в штопор. Военная выправка выпирала из человека.
Предместком, сидящий за столом, окинул вошедшего взором и подумал: «Экий бравый»…
– А вам чего, товарищ? – спросил он.
– В союз желаю записаться, – ответил визитер.
– Тэк-с… А вы где же работаете?
– Да я только что приехал, – пояснил гость, – весовщиком сюды
