кто-то сверлил ему затылок очень тяжёлым взглядом. А ещё этот сигнал пикапа… — Да откройте вы ему уже кто-нибудь!
Кто-то из охранников имения дёрнулся к воротам, но стоявший рядом Артём незаметно удержал дружинника на месте. На парня никто особо не обращал внимания и тот привычно этим пользовался, непрерывно анализируя ситуацию.
Граф подозвал к себе главу охраны и приказал открыть ворота. Только после этого пара автомобилей въехала на территорию. Ворота располагались почти в сотне метров и чем ближе подъезжали ржавые колымаги, тем хуже становилось магам гостей. В какой-то момент сын Михаила Юрьевича с треском дёрнул ворот модной рубашки и на землю полетели пуговицы. По лицу мага стекали струйки пота и никто не мог понять, что происходит.
А потом машины остановились и все увидели на пассажирском сиденье пикапа громадного чернокожего мужчину. Лицо, обнажённые руки и грудь гиганта были покрыты жуткими ритуальными шрамами, складывавшимися в пугающий серый рисунок. От этого человека исходила такая тяжёлая аура неотвратимой смерти, что даже дышать рядом с пикапом было тяжело. За рулём же сидел хмурый человек с цветными татуировками на лице и сложно было понять, как эти двое вообще помещались в такой маленькой машинке.
— Разумовский… — разом осознав, кто именно прибыл в гости к его соседу, выдохнул Истомин. Всё преимущество и показная сила Михаила Юрьевича превратилась в дешёвый фарс. Его маги задыхались от одного присутствия чернокожего монстра, которого молодой Разумовский притащил из глубин Африки. Многие даже пошевелиться боялись, потому что те люди с цветными татуировками, которые вышли из машин, могли без колебаний убить всех присутствующих. Это было понятно по взглядам и движениям. Так матёрые тигры смотрят на домашних левреток.
— Доброе утро, господа, — прозвучал из-за спины африканского мага, невозмутимый голос князя Разумовского. — Мы вам не помешали?
— Помешали, — в жалкой попытке сохранить лицо, хрипло произнёс Истомин.
— Вовсе нет, Ярослав Константинович, — в то же время произнёс Олег Сергеевич. Артём озадаченно переводил взгляд со стен, окружавших поместье на крышу особняка и обратно, будто видел каких-то призраков. — Рад вас видеть? Какими судьбами?
— Если гора не идёт к Магомеду… — тонко улыбнулся Ярослав Константинович и продемонстрировал стопку листов, запаянную в прозрачный файл. — Не стал откладывать наши переговоры. Михаил Юрьевич, не ожидал что станете распоряжаться на чужой земле. Всегда считал, что только владетель территории может говорить о том, мешает ли кто-то ему у него же дома.
— Я имел в виду, что вы не очень вовремя, Ярослав Константинович, — постепенно приходя в себя, уже более напористо произнёс Истомин, но тут ожил стоявший без движения африканец.
— Еда… — шумно втянув носом воздух, рыкнуло это чудовище и повернулось в сторону магов Михаила Юрьевича. Олег Сергеевич вдруг подумал о том, что он не раз видел зверей третьего и даже четвёртого рангов, но они ему такого ужаса не внушали. — Кот не против перекусить.
— Подпишите, Олег Сергеевич, — подойдя к графу и протянув ему документы и ручку, попросил Разумовский.
Корчаковский без колебаний открыл нужную страницу, поставил свою подпись и подкрепил её родовым перстнем. Истомин только презрительно фыркнул, когда увидел, что его сосед в очередной раз не читает те документы, которые ему дают. Может даже хотел что-то сказать по этому поводу, но внезапно увидел пристальныей взгляд молодого Разумовского. Позади Ярослава маячила угрожающая тень его мага, но и сам князь не выглядел беспомощным мальчишкой. Скорее, он казался таким человеком, который мог повелевать людьми вокруг, а африканец при этом был не более, чем карающей дланью этого человека. Смертельно опасной и неотвратимой.
— Если вы закончили, то я хотел бы вернуться к нашему вопросу, Олег Сергеевич, — собрав волю в кулак, решительно произнёс Истомин.
— А могу я полюбопытствовать, что у вас за дело к Олегу Сергеевичу, Михаил Юрьевич? — поинтересовался Разумовский. — Дело в том, что я рассчитывал на совместный завтрак с главой рода Корчаковских…
— Это наши соседские дела, Ярослав Константинович, — проглотив «нет», чуть не сорвавшееся с языка, ответил Истомин. Сейчас было не время конфликтовать со странным мальчишкой, от которого веяло ужасом и смертью и князь это прекрасно понимал. — Мы сами в этом разберёмся.
— Боюсь, решение всех вопросов с князем Истоминым займёт у меня некоторое время, Ярослав Константинович, Если вы располагаете свободным временем, то я предлагаю вам прогуляться по территории моего имения и пообщаться с моим сыном Артёмом, — хмуро произнёс Корчаковский. — Михаил Юрьевич прибыл ко мне с требованием полного расчёта по всем ранним контрактам и долгам предков.
— Вот как? — удивлённо поднял брови Разумовский, а потом ослепительно улыбнулся. — Какой, однако, интересный момент вы выбрали, Михаил Юрьевич. Что ж, тогда у меня у меня для вас есть встречное требование.
Глава 10
Второй круг Тверской аномальной зоны.
Имение рода Корчаковских.
Мне оставалось только надеяться, что никто из подчинённых Михаила Юрьевича не сорвётся. Судя по дребезжанию Источников всех магов вокруг, многие были на грани обморока. А Кот только рад стараться. Морда кирпичом, ауру чуть отпустил и направил куполом на всех потенциальных врагов. Даже не угрожал ещё толком никому, а одарённые уже в полуобморочном состоянии. Хотел одёрнуть Аларака, но потом передумал. Сотня Витязей, которые стояли на стенах и даже на крыше имения графа Корчаковского точно оказались лишними. Похоже, дипломатический талант Кота вышел на новый уровень.
— На каких основаниях вы мне хотите предъявить какие-то требования, ваша светлость? — впервые с момента нашего прибытия, нагло улыбнулся князь. Надо признать, что стоило это Истомину очень дорого. Он тоже был магом и не мог игнорировать давление Аларака. Вот только князь отлично знал, что мы не на войне и я не стану его убивать. А это полностью меняло ситуацию. Трясти мускулами можно было сколько угодно, но атаковать кого-то было уже за гранью разумного. Особенно если на это не было серьёзного повода. Однако, сражаться другими методами я тоже умел.
— На правах полноценного союзника и представителя интересов нескольких благородных родов первого и второго кругов Тверской аномальной зоны, — предельно холодно ответил я и увидел, как улыбка на лице собеседника медленно угасает. Зато Корчаковский воспрял и словно бы даже стал выше ростом. — Я требую своего участия в этих переговорах в качестве гаранта законности и справедливости всех требований к участнику союза.
— Но союз… —
