— Хорошо, — с готовностью кивает Даша.
Листовок много, и перебить контакты из них быстро не получится. Вот и будет, чем заняться в дороге, на автобане все равно ничего интересного за окном не увидишь.
Я, конечно, собирался по приезду просто отдать их снабженцам, но решил, пусть девчонка займется хоть чем-то. Для человека, привыкшего к работе, безделье хуже смерти. Нужно будет придумать ей какое-нибудь занятие, когда вернемся домой.
— Готово, — через полчаса Даша возвращает мне листовки и телефон, а я как раз заканчиваю просматривать отчеты.
— Спасибо, малыш, — пробегаюсь глазами по экрану своего коммуникатора, на котором появилась целая лента исходящих сообщений с аккуратно оформленными контактами компаний, на ощупь нахожу и слегка сжимаю Дашину ладонь. — Ты умница.
Когда отрываю взгляд от экрана и смотрю на нее, вижу смущенную улыбку, и просто не могу не улыбнуться в ответ.
Вскоре мы въезжаем в Кёльн, и девушка с любопытством прилипает к окну, разглядывая открывающиеся виды. Спустя еще некоторое время водитель оставляет нас у пешеходной улицы, я помогаю Даше выйти из машины, беру за руку, и веду сквозь разноцветную толпу туристов в сторону площади, на которой стоит знаменитый Кёльнский собор.
Когда многочисленные здания вокруг расступаются перед нами, и открывается вид на это потрясающее монументальное строение, Даша замирает на месте, её восторженный взгляд с жадностью скользит по нему вверх и вниз.
— Боже… Олег… — потрясенно шепчет моя девочка, а я не могу не умиляться её таким сильным эмоциям.
Я и сам каждый раз испытываю священный трепет, когда вижу эту высоченную готическую громадину, поражающую воображение своей масштабностью и красотой. В голове не укладывается, как подобное строение могли возвести несколько столетий назад, без помощи современной умной техники и достижений науки, полагаясь на одну лишь голову и голые человеческие руки. Подобное кажется абсолютно невозможным, и невольно начинаешь верить в правдивость легенд о сделке главного архитектора с дьяволом, отчего мощное впечатление, производимое собором, только многократно усиливается.
— Что это за место? — Даша смотрит на меня широко распахнутыми глазами, в которых плещется самый настоящий восторг.
— Это Кёльнский собор, третий в мире по высоте среди церквей.
— Это церковь?! — потрясённо переспрашивает девушка. — Я думала, это какой-то замок!
— Это церковь, римско-католическая, — не могу сдержать улыбку, настолько потрясенной она выглядит. — Давай посмотрим, что там внутри, а потом еще прогуляемся вокруг.
Рука об руку мы заходим в здание, где нас поджидает приятный сюрприз — огромное пространство собора изнутри заливает ни с чем не сравнимое звучание одного из самых потрясающих музыкальных инструментов в мире — органа.
У меня и самого мурашки по коже, а когда я перевожу взгляд на Дашу, вижу, как в её широко распахнутых глазах застыли слезы.
— Эй, ты чего? — притягиваю её к себе, и не могу удержаться от шутки. — До такой степени не понравилось?
— Ты что?! — возмущенно шепчет она в ответ. — Это лучшее, что я видела в своей жизни… После такого, и умереть не страшно!
— Умирать пока рано, — провожу большими пальцами по её щекам, стирая слезы. — Ты не представляешь, сколько еще классных вещей есть в мире, которые тоже определенно стоит хоть раз в жизни увидеть. Ну и… попробовать.
25
В Дюссельдорф мы вернулись уже затемно. Посмотрев собор, отправились гулять уже по Кёльнской набережной, поужинали в одном из местных ресторанов, а на обратном пути заехали в салон связи, и я купил Даше смартфон. Сразу переставил сим-карту, пополнил баланс и подключил роуминг, чтобы она смогла позвонить маме и поговорить, не вдаваясь в подробности о своём местонахождении.
На этот раз подарок девушка приняла насупившись, несмотря на то, что до этого момента весь вечер была улыбчивой и вела себя раскованно.
— Не нужно было, — пробурчала она себе под нос, без энтузиазма принимая гаджет из моих рук. — Я бы хотела оставить свой старый телефон. Он… дорог мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты можешь носить оба, — достал из кармана и протянул ей её старую трубку. — Я не представляю, как в наше время можно обходиться без этой вещицы. И потом, когда ты восстановишься в университете, без интернета под рукой будет сложно.
Даша непонимающе посмотрела на меня.
— Только не говори, что не собираешься восстанавливаться, — предупредительно вскинул брови.
— Собираюсь, конечно, — сдержанно ответила девушка. — Но я пока не могу позволить себе платить за обучение…
— Об этом не переживай.
— Олег, — Даша осуждающе покачала головой. — Ты так много делаешь для меня. И я очень благодарна тебе за все это, правда. Но я… не хочу потом всю жизнь чувствовать себя обязанной тебе. Потому что я никогда не смогу вернуть такой долг.
Устало вздохнул и строго посмотрел на неё.
— Послушай меня, Даша, и запомни. Я делаю это только потому, что сам так хочу. Считай это моей прихотью. Ты меня ни о чем не просила, и ты — ничего мне не должна взамен.
— Но… я так не могу, — расстроено выдохнула она.
— Почему?
— Я все равно буду чувствовать себя обязанной.
— Хорошо, — терпеливо кивнул я. — Представь себе ситуацию: рядом с тобой находится человек, который нуждается в помощи. И для тебя ничего не стоит ему помочь. Как бы ты поступила? Помогла бы?
— Думаю, да, — согласилась она с обреченным видом.
— А после того, как помогла, ты бы ждала взамен какую-либо благодарность от этого человека?
— Нет. Не ждала бы.
— Так в чем проблема, Даш?
— Наверное, проблема во мне, — грустно усмехнулась девушка.
Мягко взял её за подбородок и заставил посмотреть мне в глаза.
— Чтобы ты понимала, я не пытаюсь купить тебя. Я всего лишь забочусь о тебе, как любой нормальный мужчина должен заботиться о своей женщине. В этом нет ничего плохого, Даша.
— А я — твоя женщина? — растерянно захлопала она глазами.
— Я привёл тебя в свой дом, мы делим с тобой одну постель. Ты — моя женщина. Ещё не до конца, правда, но сегодня я планирую это исправить, — лукаво улыбнулся ей. — Если ты, конечно, не возражаешь.
Даша мгновенно покраснела и сразу сделалась очень милой. Оказывается, я уже успел заскучать по её смущенному румянцу.
— Не возражаю, — тихонько выдохнула она, продолжая пристально смотреть мне в глаза.
Это её «не возражаю» с придыханием сработало как самый мощный афродизиак. Воображение тут же услужливо нарисовало, как именно я буду её брать, и терпеть до того момента, как мы окажемся в номере стало невыносимо. Положил руку ей на шею, притянул к себе, и захватил её губы жадным поцелуем. Она подалась мне на встречу, несмело обняла за плечи и самоотверженно ответила на поцелуй, как сумела. Это окончательно снесло мне крышу. Мои руки тут же проникли под её пальто, нашли грудь, нашли бедра, живот, и лапали все по очереди, сквозь одежду, едва не разрывая её, а Даша ни капли не возражала. И даже не дрожала.
Оторвался от её губ и увидел в её поплывшем взгляде то, чего так долго хотел. Я увидел желание. Она смотрела на меня из-под расслабленных век, слегка приоткрыв сильно порозовевшие губы, и её взгляд притягивал меня, как магнит. Она словно просила меня продолжать, не произнося при этом ни слова. Но я точно знал, чувствовал, что она просит. Этот взгляд невозможно с чем-то перепутать. Каждый мужчина знает его на уровне инстинктов.
Если бы мы были в машине одни, до отеля бы точно не добрались. Но каким-то чудом я смог взять себя в руки и оставить девушку в покое до того момента, пока мы не поднялись в свой номер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Не дав даже раздеться, я захлопнул дверь ногой и прижал Дашу к стене.
— Олег, мне надо в туалет… — выдохнула она мне в губы за секунду до того, как я снова поцеловал её.
— Давай потом…
Мне не терпелось, и это мягко сказано. Я слишком долго хотел этого момента, и когда он, наконец, наступил, не мог больше ждать ни минуты.
