только Чарли.
Мадлен заметно расслабляется и выходит из машины.
– Мог бы и сразу сказать. А когда мы соберемся объявлять родителям о нашей свадьбе, я оденусь поприличней.
– Ты выглядишь сногсшибательно, – шепчу ей на ухо.
– Так, так. – Чарли стоит у входа и с улыбкой наблюдает за нами. – Так увлечены беседой, голубки, что не заметили испортившуюся погоду.
Действительно, на улице заметно похолодало и начал капать дождь. Взяв Мадлен за руку, я веду ее в дом.
Мы проходим на кухню, где Ханна уже умытая, сидит за столом с полной тарелкой еды.
– Стайлз, твоя сестра не хочет есть. И почему она была такая грязная? Неужели вы за весь день ни разу не умылись?
– О, Чарли, это моя мама угостила Ханну кексами. Она испачкалась по дороге. Клянусь, весь день она была абсолютно чистенькой.
Чарли с улыбкой бросает взгляд на Мадлен.
– Вот как? Что ж, отлично. Я верю тебе, юная леди.
– По крайней мере, я не покупал ей жвачку, – язвлю я, усаживаясь рядом с Мадлен.
– Не бухти. Вы голодны?
– Мы собрались в кино, так что, думаю, стоит поесть, – говорю я.
– Я так объелась за весь день. Не думаю, что еще смогу что-нибудь в себя впихнуть. Покажи мне свою комнату, и поедем смотреть фильм. – Мадлен встает со стула и подходит к Ханне. – Пока, Ханна.
Я немного нервничаю, зная, что моя сестра ничего не ответит. Мадлен заметила это давно, но она ни разу не спросила об этом.
Ханна улыбается и кивает головой.
Мы с Чарли обмениваемся обеспокоенными взглядами. Я прикрываю глаза, давая понять, что все в порядке. Схватив Мадлен за руку, я веду ее к лестнице.
– Пока, Чарли, – кричу на ходу. – Кстати, мы с Мадлен решили пожениться.
Глаза Чарли буквально лезут из орбит, а Мадлен заливается громким смехом. Мы заходим в мою комнату, и Мадлен сразу подходит к полке с книгами и дисками.
– Ну, ничего себе, – еле слышно бормочет она. – The Beatles, The Rolling Stones, Ping Floyd.
Мадлен разглядывает самую верхнюю полку, и ее глаза округляются.
– Стайлз, это невероятно. У тебя настоящая коллекция.
Кончиками пальцев она касается грампластинок, аккуратно расставленных в алфавитном порядке на верхней полке.
Я наблюдаю за ней, за каждым ее движением и вдохом. Глаза Мадлен горят. Очевидно, она не равнодушна к такой музыке. Я подхожу к большому шкафу–купе и достаю оттуда большую коробку. Открыв ее, вынимаю содержимое и смотрю на реакцию Мадлен.
– Включай немедленно, – теряя терпение, она чуть ли не подпрыгивает.
Я смеюсь и протягиваю руку, и Мадлен вручает мне пластинку группы Nazareth. Когда из патефона начинает звучать знакомая мелодия, я понимаюсь на ноги и осторожно притягиваю Мадлен к себе. Мы начинаем раскачиваться под песню «Love Hurts».
– Я начал собирать их в восемь лет, – говорю я на ухо Мадлен, вдыхая аромат ее волос. Мои руки непроизвольно опускаются ей на бедра и слегка сжимают их. – Я почему-то знал, что ты придешь в восторг.
– У моего брата была такая же коллекция.
– У тебя есть брат? – Я не знал этого. Возможно, он остался в Англии.
– Он остался в Англии. Навсегда.
Я останавливаюсь и внимательно смотрю на Мадлен.
– Он умер три года назад. Я его плохо знала, но благодаря ему пристрастилась к классике рок-н-ролла. Все пластинки остались в Лондоне, и я часто жалею, что не забрала их с собой.
Я открываю было рот, чтобы сказать, что мне жаль ее брата, и вообще очень многое хочется сказать, но Мадлен кладет свой пальчик на мои губы.
– Как-нибудь я расскажу тебе эту историю. Но не сейчас. И ты расскажешь мне о Ханне, когда будешь готов.
Я прижимаюсь к ней. Она оказалась даже лучше, чем я представлял. И я люблю ее. Действительно люблю.
* * *
– Ты спала весь фильм. – Я укоризненно смотрю на Мадлен.
Мы вышли из кинозала несколько минут назад и сейчас сидим на кожаных диванах в холле рядом с кафе-мороженым.
– Это был фильм про роботов. Я не люблю роботов, кроме Алекса Мерфи[2], – деловито заявляет Мадлен.
– Так, добавим в мой «список идеальной девушки», – своим пальцем я начинаю двигать по ладошке, импровизируя ручку и блокнот. – «Не лю-бит ро-бо-тов, кроме Робо-копа». Записал.
– Спасибо.
– Идем. – Я срываюсь с дивана и тащу Мадлен через людный зал.
Сегодня суббота. В развлекательных центрах не протолкнуться. Мы останавливаемся возле игровых автоматов, где поменьше людей, и целуемся.
– Фильм был такой длинный, – шепчу ей в губы.
– Точно. Ох, черт, – оторвавшись от моих губ, произносит Мадлен, глядя через мое плечо.
Я поворачиваю голову и вижу интересную картину: Стив, Мэтт, Кирстен, Мэг и еще несколько ребят из нашей школы стоят, раскрыв рты и таращатся на нас. У Стива буквально отвисает челюсть. Кирстен прожигает взглядом Мадлен, затем демонстративно разворачивается и убегает в другую сторону. Мэг секунду раздумывая, уходит вслед за ней. Парни, кроме Стива, небрежно махнув мне рукой, посмеиваясь, направляются к билетной кассе.
Через секунду Стив стоит возле нас и разглядывает нас обоих.
– Ну что? – не выдерживаю я.
– Что? – удивляется он. – Черт, Стайлз. Ты весь день не отвечаешь на мои звонки, вечером не появляешься на ужине, твои родители были чертовски злы на тебя. И сейчас я встречаю тебя здесь с новой девчонкой. Написал бы хоть эсэмэску.
– Стив, перестань. Поговорим позже.
– Стайлз – ты мой лучший друг. Я выглядел сейчас глупо.
– Ты знаешь, я не люблю трепаться.
– Знаю. – Он бросает взгляд на Мадлен. – Привет, Мадлен. Рад тебя видеть. Я давно заметил, что он на тебя запал. Держи его в узде. Парень не промах. Что ж, увидимся. И попробуй только не ответить в следующий раз.
Он убегает в направлении кассы и скоро скрывается из виду.
– Ты обидел лучшего друга и пропустил какой-то важный ужин, –
