а длинные черные волосы ниспадали до лопаток. В некоторые пряди были вплетены черные перья. На шее красовалось ожерелье из клыков хищных животных. Тело, скрытое под легким одеянием, выглядело крепким. Он опирался на посох из дерева песочного цвета, который сжимал в руках.
Мужчина дружелюбно улыбнулся и слегка наклонил голову в знак приветствия.
– Гаррет? – удивленно спросила она, решив, что рыжие волосы и зеленые глаза просто приснились ей или привиделись.
– Нет, дитя, мое имя Анункасан. Я пришел проведать тебя. Гаррет сказал, что тебе уже лучше. – Его глубокий голос с хрипотцой совершенно отличался от голоса Гаррета.
На миг она забыла, где находится, но, спохватившись, сказала:
– Вы странно выглядите. Я мало видела мужчин, всего несколько, но вы отличаетесь ото всех.
Она бестактно разглядывала его. Зрение практически восстановилось, поэтому она не скрывала своего любопытства. Любой другой человек принял бы это за грубость, но мужчина с таким же интересом рассматривал ее.
Мужчина не удивился ее словам. Видимо, слышал их не впервые.
– Да, ты права. Я не такой, как люди на континенте. Вот и прячусь здесь, в лесу. Я чужак, а таких никто не любит. Ты другой, а значит, преступник. – Его добрые глаза помрачнели. – Когда-то давно я прибыл на эту землю. Тут и остался. Моя душа не хочет покидать эти края. – Он призадумался, а потом, будто опомнившись, продолжал: – Ты уже познакомилась с Гарретом. Он помогает мне, мы по очереди присматривали за тобой. Думаю, тебе нужно еще немного отдохнуть. Наверняка ты все еще ощущаешь слабость. Не хочу утомлять тебя вопросами, пока ты не оправилась полностью, но мне лично хотелось убедиться, что тебе лучше.
– Зачем вы мне помогаете? – В ее голосе прозвучало недоверие.
– Мы всем помогаем. Особенно тем, кто нуждается в помощи. Это моя обязанность. Для того я и живу в этих краях.
Она все равно не поняла, зачем он помогает ей. Воздух вдруг снова стал душить ее.
– Я уже отдохнула. Могу я выйти на улицу? От этого запаха мне плохо. – Она схватилась за горло. Каждое слово приносило сильную боль. – Я хочу пить.
Он протянул ей один из сосудов с водой, и Сатирра начала жадно и громко глотать воду, чувствуя травяной привкус.
– Этот запах обладает лечебными свойствами. Травы, что тлеют в типи, облегчают боль. – Он помог ей присесть на кровати так, чтобы не упасть обратно.
– Типи? – Она удивленно приподняла брови.
– Ах да, на моей родной земле так называют шатры, – ответил он. – С помощью трав можно вылечить или облегчить многие болезни. Вдыхать тлеющие травы – один из способов, а другой – делать из них отвары. Еще их прикладывают к ранам, а некоторые, приготовив, можно съесть. Если использовать их правильно, даже удивительно, как быстро они исцеляют хрупкие тела.
Сатирра внимательно слушала, сидя на кровати и держа его за руку. Ее ступни едва ли касались земли. Голова все еще слегка кружилась, и она не решалась вставать, но мужчина будто читал ее мысли и не торопил.
– Мы тоже делаем из трав лечебные мази, но я никогда не вдыхала дым как лекарство. – Ей почему-то хотелось разговаривать с ним обо всем.
– Я уже изучил твои мази из сумки, они не настолько сильны, как мои, хоть и помогли облегчить страдания в той яме. Мои травы росли на родной мне земле. Теперь я выращиваю их здесь, чтобы помогать таким, как ты.
Сатирра почувствовала, что уже готова идти, и встала на ноги, опираясь на руку мужчины. После нескольких неуверенных шагов ее перестало шатать. Бок практически не болел. Травы этого необычного человека и правда оказались эффективными.
Оказавшись на улице, она глубоко вдохнула, и чистый воздух наполнил легкие. Казалось, будто все это время она задерживала дыхание. Яркий свет слепил глаза, заставляя жмуриться. Постепенно привыкнув к солнечным лучам, Сатирра осмотрела окружающий ее лес. Высокие деревья с колыхающимися от легкого теплого ветра листьями словно нашептывали песни. Они немного отличались от привычных ей видов. Были намного выше, раскидистее, листья больше и более вытянутой формы. Вдали виднелась река, не такая широкая, как в поселении амазонок, и более спокойная.
– Как далеко мы от ямы, где меня нашли? – спросила она у мужчины.
– Если идти пешим? Пара недель, может, мы находимся по другую сторону тракта от того места, – спокойно ответил тот.
– Но как такое возможно? Я не могла провести столько дней без сознания! – по-детски удивилась она.
– Конечно нет. Я нашел тебя вчера днем, а сюда мы прилетели к вечеру, – так же непринужденно отозвался он.
– Вы издеваетесь надо мной, да? Где мои вещи, я хочу уйти и найти ту проклятую яму! – вспылила она. После услышанного ей больше не хотелось находиться здесь. – Вы говорите, что помогаете людям, но умалчиваете о каких-то полетах и преодолении немыслимых расстояний! Как я могу вам доверять?
– Успокойся, дитя. Мы всего лишь помогаем тебе. О нас мало кому известно, точнее, никому, кроме нас самих. – Он оперся на посох двумя руками, когда Сатирра перестала держаться за него и отошла на несколько шагов.
– О ком это «вас»? Что происходит? Вы же варвары.
Она почувствовала слабость в ногах и поняла, что без помощи идти будет сложно.
– Я думал, ты уже мертва, когда только нашел тебя. Приземлившись, я понял, что ты еще в сознании. Раз не веришь мне на слово, скажи, что последнее ты помнишь? – спросил он, пытаясь доказать правду.
Некоторое время Сатирра не могла вспомнить, как оказалась в ловушке ямы, но воспоминания постепенно стали возвращаться. Боль в спине, пронзенной стрелой, листва и сухие ветки под телом, шум ветра, мешки с вещами, вода, мази и… свет. Яркий свет в середине дня, от которого некуда было деться. Тут она вспомнила образ, что явился к ней прямо перед тем, как она погрузилась в сон.
– Помню птицу. Она была огромная и перекрывала свет от палящего солнца, – выдохнула она. – А потом рядом со мной оказался человек. Больше ничего не помню, только как проснулась уже здесь. – В голове вдруг пронеслось, как она рассказывала Гаррету об амазонках, о себе, а значит, он доложил об этом своему вождю. – То, что вы нашли меня, – большая ошибка. Никто не должен знать о нас, о том, кто мы такие и как живем. Мы никогда не оставляем в живых мужчин, если те заметили нас или приблизились к месту нашего обитания. Я предаю ксанфат, пока так спокойно разгуливаю с вами под руку и рассказываю о себе.
– Тебя зовут Сатирра, да? Это твое
