Бессмертные. Я могу перевоплощаться в птицу. Гаррет в лошадь. Даже не знаю, с чего начать.
– На меня тогда напал ваш ванпул? – Она с прищуром взглянула на него.
– Это был Мато. Раньше его звали Артур. Он был сильным работящим мужчиной, пока однажды тяжелая болезнь не подкосила его вместе с его семьей. Он умер, а я даровал ему второй шанс и помог обрести бессмертие. Да, знаю, в это трудно поверить. – Он замолчал, но, чувствуя на себе пристальный взгляд, требующий объяснений, продолжил: – Мато в переводе с моего родного языка означает «медведь». Артур выбрал это имя в знак почтения к моему народу. Души животных сами выбирают себе достойного человека, чтобы идти с ним бок о бок всю жизнь. Но не всех людей можно воскресить, ведь стать достойным пристанищем для души животного – большая редкость. Он был хорошим человеком, но дух медведя оказался ему не под силу. Всего через месяц после того, как я вернул его, он пропал.
Сатирра громко дышала, не веря своим ушам. Сердце в груди громко стучало.
– Артур… Его и вправду убила твоя ксанфа, но после смерти человека животное, чей дух разделял с ним тело, просто теряет бессмертие. Правда, стареет гораздо быстрее своих обычных сородичей. Если у человека есть наследники, дух животного вселяется в одного из них, даруя бессмертие, вместо того чтобы в одиночку доживать короткий срок. Если же убивают животное, то человек проживет еще несколько лет, стремительно старея.
Он сделал небольшую паузу, чтобы Сатирра могла осмыслить его слова.
– Помню, как медведь вернулся сюда в поиске помощи. Мы не знали, что произошло с Артуром, но одно поняли точно – он мертв. Поскольку наследники Артура тоже были мертвы, духу медведя не с кем было разделить бессмертие и спустя пару лет его не стало. Мне очень жаль, что так все случилось, но мы не можем контролировать всех животных и тех, кто разделял с ними души. Я до сих пор виню себя за это. В день нападения Артур наверняка боролся с медведем и не желал причинить вреда маленькой девочке, но к тому времени, когда смог вернуться в человеческий облик, тебя уже нашла ксанфа. История и правда кажется загадочной. Девочка, покалеченная медведем, оказалась посреди леса с мужчиной, но теперь все встало на свои места.
Сатирра молча слушала, но все это звучало слишком странно. Начиная с того, при каких обстоятельствах ее нашла Арда, и заканчивая тем, что она переместилась на огромное расстояние всего за несколько часов вместо двух пеших недель. Ей в грудь будто вонзили кинжал – настолько больно было принять правду. Она собрала волю в кулак, стараясь не заплакать, и прижала правую ладонь к шраму на лице.
– Хотите сказать, что на меня напал человеко-медведь, а потом вы, человеко-птица, по воздуху перенесли меня сюда? И много вас таких? – наконец выдавила Сатирра, но в ее голосе слышалась горечь.
– Так и есть. Я перенес тебя из ямы с помощью моего ванпула.
Анункасан все больше рассказывал ей о себе и ванпулах. Оказалось, ему уже больше семисот лет, и прилетел он сюда с другого континента, который находится по другую сторону океана. Бессмертных проводников, как он, было еще трое, и они разбрелись по другим трем континентам. Они и обладали силой проводника, и разделяли тело с духом животного, подарившего им вечную жизнь. За все свое существование Анункасан встречался лишь с одним из себе подобных, с проводником-ванпулом по имени Куву с другого континента. Оказалось, люди и животные за океаном сильно отличались друг от друга. Анункасан и сам был другой. Животное проводника Куву, с которым ему удалось повидаться, было подобно диким кошкам – львам, которых нет на этом континенте. Но ванпул проводника Куву тоже отличался от обычных сородичей. Он назывался лефан, и сила его была немыслимо велика. Он был намного больше самого крупного медведя из тех, что встречались на этом континенте, а огромные клыки торчали из пасти, доставая до самой груди.
После встречи с Куву, Анункасан перебрался на этот континент и остался жить, потому что здесь не было ни одного магического существа. За столетия проведенные здесь, он обзавелся собственным племенем воскрешенных, которые вместе с ним помогали бедным и больным людям в других поселениях.
На этой земле не было таких птиц, которых он именовал орлами. Так как Анункасан обладал даром проводника духов в этот мир, его птица тоже немного отличалась от сородичей: она гораздо больше, с четырьмя когтистыми лапами и огромными размашистыми черными крыльями, а ее сила так велика, что она в одиночку может унести несколько людей или даже вместе с конем. Это существо он называл орлеан.
Оказалось, что магическая способность воскрешать людей передавалась по наследству от проводников, но их дети не были бессмертными. Однако если что-то случалось с человеческим телом ванпула, дух животного мог передаться одному из наследников, делая его следующим вождем.
Сатирра долго и внимательно слушала его рассказы и вдруг спросила:
– Вы ведь тоже были когда-то простым человеком? – поинтересовалась она.
– Да, это так. Долгая история, как я стал проводником-ванпулом. Может, поведаю об этом в другой раз.
Выросшая среди жестоких женщин, которые даже маленьким девочкам не рассказывали сказок перед сном, Сатирра с восхищением слушала его. От обилия информации у нее закружилась голова, но она впитывала все его слова, как ребенок, и запоминала каждое мгновение этой встречи.
– Тогда почему обычные люди не знают о вас? Почему вы скрываетесь? – Вопросов к странному человеку становилось еще больше.
– Потому что у нас есть то, чего мы не можем им дать. Нас могут сжечь, как нечистую силу. Магия на этом континенте пропала много веков назад. Прознав, что я могу возвращать людей, да еще и дарить бессмертие, короли возжелают этого. Но не я выбираю, кому остаться в этом мире, – это решает дух нашего Владыки. Вернувшиеся с того света живут не среди людей, а со мной, в этом лесу, скрывая дар от человеческих глаз.
– Какой еще Владыка? Где он сейчас? Как выглядит? – сыпала вопросами Сатирра.
– Владыка. Именно он давным-давно создал проводников-ванпулов, таких, как я, и наделил людей с разных земель даром возвращать мертвых. От него пошло наше превращение в животных. Владыка разделил свою душу надвое, и вторая часть его могла перевоплощаться в другое существо, как ванпулы в своих животных. Но обе ипостаси погибли. Никто не знает как, потому что не нашлось останков ни магического
