Месс надулся. "Если ты заявляешься в чье-то поместье с обрезом, ты не блефуешь, парень".
Когда они услышали выстрел из дробовика, смысл был понятен. Они замолчали, широко раскрыв глаза.
Кто, черт возьми, только что поймал пулю?
Вампс подошел к краю крыши и снова посмотрел на Гайд-парк.
Гиганта уже не было, но ситуация никогда не была такой опасной.
Ричард Хониуэлл
Ричард чувствовал себя лучше, когда его семья была рядом, но все равно ощущал тяжесть на плечах, наблюдая за людьми в церкви. Их было уже около ста человек, в основном уязвимые и одинокие. Некоторые принесли с собой банки пива, что не противоречило закону, но предвещало плохой исход вечера. Пьяных людей было нелегко контролировать в панике, а паника могла настигнуть их в любой момент.
В церкви был старый телевизор, который викарий установил перед деревянным аналоем. Новости показывали постоянно, но ничего не помогало людям чувствовать себя лучше. Показывали ужас, а не надежду, но люди не могли отвести взгляд. В центре Лондона нарядный циферблат часов Биг-Бена почернел и обуглился, а в соседнем Гайд-парке бушевала битва. Армия сражалась с монстрами на улицах, монстрами из ада, если верить параноидальным заявлениям. Врата в ад были открыты, и демоны стремились очистить землю от человечества. Самое безумное было то, что Ричард верил в это. Он не мог придумать лучшего объяснения тому, что видел в новостях.
Демоны были здесь.
И они были повсюду.
За последний час по телевидению промелькнуло множество сцен разрушений от Токио до Боготы, где босоногие колумбийцы стреляли из автоматов на улицах. Сцен триумфа было немного, за исключением коротких десятисекундных кадров из Дамаска, где весь город был вооружен и готов. Мирным странам мира пришлось несладко. Женева была разрушена до основания при малейшем сопротивлении. Пацифизм Швейцарии стал смертным приговором для ее народа.
Диллону было скучно, но пожилая леди по имени Ширли делала все возможное, чтобы занять его, играя в шпионов. В такие моменты доброта незнакомца была очень сильной вещью, и Ричард испытывал прилив эмоций каждый раз, когда смотрел на старушку, заботящуюся о его сыне.
"Романтично, в каком-то смысле", - сказала Джен, держа чашку кофе между ладонями и прислонившись к обветшалой скамье. "Как то, как люди держались вместе во время Блица".
"Люди умирали во время Блица", - сказал ей Ричард. "И сегодня люди умирают".
Джен кивнула, но, похоже, не пожалела о своем замечании. Она положила руку на руку мужа и посмотрела ему в глаза. "Я просто хочу сказать, что в такие моменты люди сплачиваются. Мы все делаем друг друга сильнее, разделяя мужество и сострадание. Я горжусь тобой за то, что ты заботишься обо всех этих людях, Рич".
Ричард не чувствовал, что делает много хорошего, и сказал ей об этом. "Я просто присматриваю за детьми. Настоящая работа - в Лондоне. Мне неловко признаваться в этом, но я рад, что я не там".
"Я тоже рада, но это не значит, что ты не будешь нужен здесь. Эти люди, - она оглядела всех бездомных и чудаковатых, которые сидели на каменном полу церкви или ссутулились на скамьях, - они видят присутствие полицейского и автоматически чувствуют себя в большей безопасности. Не стоит недооценивать, насколько ты важен".
"Я не недооцениваю, Джен, но я беспокоюсь, что если ситуация ухудшится, все эти люди будут смотреть на меня в поисках направления. А у меня нет ни единой чертовой подсказки".
"Перейдем этот мост, когда он наступит".
Риаз вошел снаружи и прошелся по центральному проходу между скамьями. Он подошел прямо к Ричарду. "На улице уже стемнело, а Глен только что передал по радио с Сидр-Хилла. У нас там какие-то дети играют".
"Глен может с этим справиться?"
"Нет", - сказал Риаз. "Он один человек, и он сказал, что их там полдюжины".
Ричард кивнул. "Вы будете ему помогать?"
"Нет, мы будем помогать ему".
"Я не уйду отсюда", - сказал Ричард, бросив боковой взгляд на Диллона, которому все больше и больше надоедало смотреть в глаза.
"Послушайте", - сказал Риаз. "Ты уже однажды отказался от своего долга, чтобы забрать свою семью, и я могу это понять, но сейчас они здесь и в безопасности. Я не позволю тебе оставаться здесь и ничего не делать, пока улицы превращаются в джунгли".
Ричард выпрямился и нахмурился на своего коллегу. " Ты не в том положении, чтобы позволять мне что-либо делать".
"Может быть, и так, но как коллега-полицейский я прошу тебя о помощи, и если у тебя нет чертовски веских причин ее не оказать, я сообщу о тебе в СИ".
Ричард открыл рот, чтобы заговорить, но Джен сжала его руку. "Все в порядке, Рич. Тебе нужно идти делать свою работу. Не беспокойся обо мне и Диллоне. Мы в порядке".
Ричард проглотил комок в горле, пытаясь принять решение. Он смотрел, как Диллон встает и осматривает различные церковные атрибуты. Вскоре он начнет возиться с тем, с чем не должен был. Потом он что-нибудь сломает.
Но если позволить мародерам бесконтрольно разгуливать по церкви, ущерб будет гораздо серьезнее.
"Ладно, Риаз, хорошо. Позволь мне попрощаться с сыном".
Риаз кивнул, но выглядел раздраженным даже от того, что ему пришлось ждать еще одну минуту. Ричард проигнорировал отношение своего коллеги и подошел к Диллону.
"Привет, Дил-Дил", - сказал он. "Я просто ухожу, но скоро вернусь".
"Нет, папа, не выходи на улицу. Монстры тебя схватят".
Ричард сжал руку сына, чтобы успокоить его. "Нет, не поймают. Чудовища далеко. Я просто иду навестить друга на другом конце города. Я ненадолго. Пока меня не будет, ты должен вести себя хорошо. Не лезь туда, куда не следует, и делай то, что говорит тебе мама, хорошо?".
Диллон кивнул и одновременно надулся. "Здесь скучно, папа. Они не разрешают мне переключать канал на телевизоре".
"Я знаю, но нам всем придется остаться здесь на некоторое время, прежде чем мы сможем пойти домой".
"Из-за монстров?"
Ричард не хотел тревожить своего сына, но он также хотел, чтобы он понял. "Вроде того, Дил, да. Нам просто нужно убедиться, что монстры останутся там, где они есть".
"Ты можешь принести мои книги, папа?"
Ричард вздохнул. Его сын любил читать - то, что Ричард и Джен пытались привить ему в раннем возрасте как способ поддержки даунов. Это сработало, и Диллон часто читал книги о Гарри Поттере от корки до корки. Детские энциклопедии тоже пользовались успехом, особенно если в них были факты о животных. "Не думаю, что у меня будет время вернуться, дорогой, но если я увижу открытые магазины, я попробую купить тебе журнал".
"Хорошо, папа", - тоскливо кивнул он. "Люблю тебя".
Ричард поцеловал сына в лоб. "Я тоже тебя люблю, сынок".
Джен все еще стояла неподалеку, и он быстро обнял ее, прежде чем уйти. Он уже собирался что-то сказать ей, когда Риаз раздраженно прочистил горло.
"Я иду", - огрызнулся Ричард. Он вышел вслед за другим офицером из дверей церкви, но был остановлен викарием.
"А, офицеры", - сказал Майлз. "Я просто хочу еще раз сказать, как я благодарен вам за то, что вы здесь. Люди боятся. Часть меня жалеет, что я никогда не включал телевизор, но я полагаю, что от ужасов, с которыми мы сталкиваемся, не спрятаться".
"Нет, спасибо, преподобный. Это была огромная помощь - дать всем этим людям возможность собраться вместе для моральной поддержки".
"Полагаю, вы двое уже отправились разбираться с теми, кто менее заинтересован в таких вещах?"
Ричард кивнул. "К сожалению, в такие времена в людях проявляется самое худшее".
