требовалось от восьмисот до тысячи снарядов.
Предварительно следовало тщательно изучить расположение дотов; много снарядов попадут в груды камней, разбросанные повсюду, но некоторые поразят бронекупол; следовало изучать осколки, если их удастся собрать, что дало бы знания о материале брони: бетон или сталь. И еще требовалось большое терпение.
В распоряжение танкистов предоставлялись миноискатели, а идущую за танками пехоту снабжали щупами.
В целом, применяя финскую тактику, войска должны были проникать в остающиеся свободными промежутки между воинскими частями противника, чтобы наносить удары им во фланги и в тыл.
На авиацию возлагалось в первую очередь ведение разведки. Авиационный генерал Новиков перечислил задачи, ложащиеся на нее вне зависимости от погодных условий, будь то снежная буря или сильный мороз:
– аэрофотосъемка оборонительных рубежей;
– уничтожение фортификационных сооружений;
– препятствование подвозу резервов противника.
Новиков требовал обеспечить теснейшую связь между авиацией, танками и пехотой и создал информационную службу, благодаря которой летчики и сухопутчики обменивались между собой информацией.
И, что говорит о серьезных просчетах, имевших место в начале войны, были приняты меры по недопущению бомбардировок авиацией своих наземных войск и, наоборот, предотвращению обстрела с земли своих самолетов; сухопутные войска снабдили альбомами с изображением силуэтов самолетов, летчикам приказали указывать свое местоположение при заходе на атаку, чего раньше не делалось. Новиков отметил, что внедрение этих мер принесло хорошие результаты.
После того как были выработаны правила, начались тренировки: они продолжались весь январь. Целью операций являлся прорыв линии Маннергейма, поэтому людей надо было подготовить к предстоящим боям, в частности к штурмам дотов. Тренировались на брошенных финнами дотах и окопах. Отрабатывались совместные действия пехоты, артиллерии, саперов, танков: стрельба из винтовок, из пулеметов, метание гранат, скрытный подход к позициям противника.
В других местах возводились макеты дотов в натуральную величину, и штурм отрабатывался на них. Были попытки сформировать лыжные отряды.
Обновленная тактика приноравливалась к реалиям этой войны, до сих пор неизвестным или оставлявшимся без внимания: мобильность войск, их движение вне железных и шоссейных дорог, использование лыжников.
Надо было также подумать и о боевых действиях в болотистой местности. В тылу снова пришлось возводить доты возле болот. В учениях участвовали все рода войск: артиллерия, пехота, инженерные и танковые. Наиболее частой сложностью для последних являлась толщина льда, не превышавшая на болотах трех-четырех сантиметров. В задачу саперов входило разгребание покрывавшего лед снега, высота которого могла доходить до сорока сантиметров, а затем осмотр болота на предмет его проходимости для танков и, в случае необходимости, строительство дороги.
У саперов были и другие задачи; те из них, кто должны были приближаться к дотам и наблюдать за ними, тренировались ходить на лыжах, пользоваться средствами маскировки, переносить тяжести; обстоятельства не должны были застать их врасплох.
Всем рекомендовалось проявлять в бою товарищескую взаимовыручку, естественную среди братьев по оружию; взаимодействие между родами войск, в частности между артиллерией и пехотой, было темой ряда совещаний.
Танкисты тоже не пренебрегали специальной подготовкой. В тылу был обустроен танкодром, чтобы тренировать механиков-водителей и стрелков на макетах, представляющих будущее поле боя. Пехота тренировалась вместе с ними, потому что, в конце концов, решающий штурм танки и пехота должны были проводить совместно. Поэтому командование уделяло особое внимание их взаимодействию и психологической подготовке. Пехотинцев сажали на броню танков, чтобы они привыкли к этому и поняли эффективность бронетехники. Танковые экипажи водили смотреть на доты, чтобы те увидели амбразуры и попытались себе представить реакцию противника на приближение танков с десантом.
Советские авторы часто говорят о боевом духе людей, который надо поднимать или поддерживать; в принципе, эта миссия возложена на политических комиссаров. Похоже, что у командования были свои мысли на сей счет, и оно приняло надлежащие меры. Один автор указывал на то, что оборудование наблюдательных пунктов на позициях пехоты, с которых предстояло атаковать, оказало положительный моральный эффект, а генерал-танкист Баранов утверждал, что учебные схватки позволяли выработать новые методы боя и преодолеть страх советских бойцов перед противником; это очень мудрое замечание.
Линия Маннергейма
Одновременно с подготовкой войск советское командование старалось вычертить схему линии Маннергейма: каким бы поразительным это ни показалось, но все свидетели сходятся в том, что первое наступление велось почти вслепую на плохо известные или вообще неизвестные позиции.
Так что же собой представляла знаменитая линия Маннергейма?
В те дни падкие на сенсации журналисты, не смущаясь, сравнивали ее, разумеется ни разу не видев, с нашей линией Мажино и с немецкой линией Зигфрида[33], поддерживая тем самым во французской публике вредные иллюзии. В действительности она в основном состояла из цепочки эшелонированных в глубину дотов и укрытий, протянувшейся приблизительно на сто километров между входом в Финский залив и Ладожским озером, через расположенные на перешейке крупные озера и бассейн Вуокси. Невозможно занять постоянным гарнизоном сооружения, служащие главным образом опорными пунктами войскам, действующим на местности, покрытой, как мы помним, очень густыми лесами.
Согласно финским источникам, линия Маннергейма насчитывала шестьдесят шесть бетонированных дотов (из которых сорок четыре устаревшие), соединенных полевыми укреплениями. Мощные батареи, особенно в Койвисто, на берегу Финского залива, прикрывали с флангов этот комплекс, который в свою очередь прикрывал ближайшие подступы к городу Виипури (Выборгу).
Теперь рассмотрим, как советская сторона видела линию. В этом нам поможет солидная работа инженер-генерала Хренова.
Общий характер линии Маннергейма, говорит он, таков, что в ней нет мощных бетонированных сооружений, но используются глубокие леса, озера, пруды, холмы, скалы, пригодные к обороне. Главная оборонительная линия оборудована вдоль дорог и располагает рокадами; пруды и леса прикрывают фланги и исключают угрозу с тыла. Она разделена на взводные, ротные и батальонные участки, защищенные с фронта и с флангов от пехоты и танков. Траншеи соединяются с хорошо оборудованными укрытиями в тылу. Повсюду наблюдательные пункты, пулеметные гнезда; между дотами минные поля и завалы.
Линия состоит из трех позиций: передовой, главной линии и ближнего прикрытия Выборга (Виипури).
Предполье идет вдоль советско-финляндской границы на расстоянии, в среднем, от двадцати до сорока километров от главной оборонительной линии; на нем имеется двенадцать дотов и легких укрытий. Задачу предполья по замедлению темпов наступления облегчают систематическое разрушение построек, минирование обширных пространств и вырубка лесов.
Хренов напоминает, что советские войска заняли эту зону за пять – десять дней, после чего наткнулись на главную линию. Его исследование посвящено ей.
Он пишет, что она состоит из двадцати двух главных узлов обороны, разделенных рекой Тайпале, Вуокси, озером Муола, Лейпясуо, высотой 65,5, Суммой, Кархулой, Ниайоки, Муурила; она продолжается вплоть до залива у Койвисто.
