Оба англичанина также были направлены вначале в Заксенхаузен, а затем в Дахау. Здесь они и были освобождены в апреле 1945 года американскими войсками.
Загадки, загадки… Почему Гитлер покинул пивную раньше намеченного времени? Почему взрывное устройство не было своевременно обнаружено и обезврежено специалистами службы безопасности, оснащенными необходимой аппаратурой? Почему после покушения не был отдан под суд, не разжалован, не понижен в должности ни один сотрудник СД, гестапо или крипо, отвечающий за безопасность фюрера?
Наконец, почему Эльсера за столь тяжкое преступление, как покушение на Гитлера, не осудили или просто не пристрелили в каком-нибудь гестаповском подвале, а всего лишь направили в лагерь, даже обеспечив ему достаточно сносные условия существования, чтобы тот смог выжить?
Единственное объяснение – какая-то из служб СД или гестапо, в любом случае – узкий круг лиц, своевременно выявила факт подготовки покушения и позволила Эльсеру довести его до конца. Разумеется, обезопасив жизнь фюрера, уведя его из пивной ранее заведомо известного времени взрыва. А может быть, об этом знал и Гитлер, но санкционировал акцию для того, чтобы показать нации, как оберегает его само Провидение?
Естественно, осуществлявшая следствие очень компетентная зондеркомиссия не была во избежание утечки информации посвящена в эту хитрую игру. А решение всего лишь направить государственного преступника в концлагерь объяснила себе лишь гуманностью и незлопамятностью фюрера? Видимо, кто-то из посвященных в тайну хорошо выполнил данную ему когда-то установку: жизнь Эльсеру сохранить (вдруг он понадобится для каких-нибудь разоблачений?), но в случае крайней нужды – в данном случае близкого освобождения армией союзников – ликвидировать.
Увы, тайна Иоганна Георга Эльсера истекла голубым дымком из трубы крематория Дахау…[51] .
После оккупации Германией Польши и освобождения Красной Армией Западной Украины и Западной Белоруссии, вхождения в СССР Бессарабии (с образованием Молдавской ССР), а также Латвии, Литвы и Эстонии, с этих мест на основании соглашения между двумя государствами в Германию беспрепятственно выехали сотни тысяч этнических немцев. Сегодня ни для кого не является секретом, что в этом потоке репатриантов были сотни мужчин и женщин, завербованных органами госбезопасности СССР.
Многие из них, очутившись в фатерланде, немедленно явились с повинной к германским властям. Еще часть советских агентов, наскоро подготовленных и совершенно неопытных, контрразведчики Шелленберга выявили и арестовали. В первые же дни по прибытии. Правда, советскую разведку эти победы IVE4 не очень огорчали. Все развивалось по ее тайному плану: в этом агентурном потоке затерялись не тысячи, не сотни, самое большее – несколько десятков подлинных, хорошо подготовленных и соответственно прикрытых надежными документами, обеспеченных связями и материальной поддержкой на местах опытных разведчиков. (И совсем не обязательно немцев по национальности.)
Шелленберг в своих воспоминаниях с гордостью писал: «…Работа против русской секретной службы успешно продвигалась. Мы раскрыли многочисленную агентуру, маршруты курьеров и местонахождение секретных радиопередатчиков».
На самом деле кроме сомнительной ценности массового улова немцам удалось обезвредить только одну семейную группу (два брата и жена старшего из них) профессионально подготовленных агентов, и то лишь потому, что брошенная младшим невеста, тоже репатриантка, движимая чувством мести, донесла на них в гестапо.
Правда, гестапо арестовало по всей стране довольно много уцелевших от разгрома и ушедших в подполье групп и ячеек коммунистической партии Германии. Некоторые из них действительно ранее были связаны с советскими спецслужбами. (Примечательно, что немецкие коммунисты называли сеть внешней разведки НКВД «Гретой», а разведупра Красной Армии «Кларой».)
Как бы то ни было, эти успехи позволили Гейдриху доложить Гитлеру, что на территории Третьего рейха советская разведывательная сеть более не существует. Свою роль сыграло еще одно обстоятельство, способствовавшее введению шефа в заблуждение. Дело в том, что, довольный заключением Пакта о ненападении, Сталин распорядился, чтобы действующие на территории Германии советские разведчики, дабы не раздражать Гитлера, активную работу свернули, радиопередатчиками не пользовались, минимально необходимую информацию пересылали в Москву дипломатической почтой. Часть разведчиков, работавших под легальным прикрытием, была отозвана на Родину.
Тем большей неприятностью для Гиммлера, Гейдриха, Мюллера, Шелленберга стал понедельник 23 июня 1939 года, когда из многих географических точек на карте самой Германии и оккупированных ею стран в эфир вышли десятки советских «пианистов»![52] Выходит, широкая и глубоко законспирированная сеть советской внешней и военной разведки хоть и понесла определенные потери, но вовсе не была разгромлена и тем более полностью искоренена. Вплоть до лета и осени 1942 года немецкие спецслужбы даже не подозревали о существовании на территории Германии, в том числе в ее столице Берлине, и оккупированных ею стран, в первую очередь во Франции и Бельгии, нескольких центров советской разведки.
Однако поскольку немцам позднее удалось захватить ряд советских «пианистов» и заставить некоторых из них работать на себя, они стали практиковать так называемые «радиоигры», то есть передавать в Москву выгодную для себя информацию, вопреки распространенному мнению, вовсе не обязательно ложную, наоборот, большей частью соответствующую действительности, но особым образом препарированную. Серьезных успехов немцы при этом не добились, однако Шелленберг сделал для себя принципиально важный и верный вывод, давно, впрочем, сделанный советскими спецслужбами: главное в радиоигре не столько введение противника в заблуждение, сколько выяснение того, что именно его интересует.
Советская разведка в ходе войны использовала радиоигры куда более эффективно, поскольку еще с 20-х годов обладала огромным опытом дезинформации своих врагов. Достаточно сказать, что в ходе знаменитой операции ВЧК-ОГПУ «Трест» и «Синдикат-2» в СССР был образован мощный аппарат специально для составления внешне абсолютно достоверной дезинформации противника. Этим занимались кроме профессиональных разведчиков крупные гражданские и военные специалисты, в том числе, к примеру, будущий маршал Советского Союза М. Тухачевский.
Куда большего добились Шелленберг и его сослуживцы в борьбе против англичан и французов. В конечном счете они почти свели на нет усилия британцев активизировать движение Сопротивления в оккупированных Германией странах Западной Европы, особенно во Франции. В частности, в результате радиоигр немцы без труда захватили десятки тысяч единиц огнестрельного оружия и боеприпасов, которые англичане сбрасывали с воздуха тем, кого они считали борцами Сопротивления. Примечательно, что гораздо меньше других отрядов Сопротивления пострадали группы, возглавляемые коммунистами. Объяснение тому простое: англичане чурались иметь дело с «красными», а потому и не выводили невольно гестаповских ищеек на их след.
…Как бы то ни было, положение с AMT-VI становилось нетерпимым. Шефом этого управления с самого начала был бригадефюрер СС и генерал-майор полиции Гейнц Иост, член НС ЛАП с 1928 года, СС и СД – с 1934 года. С руководством он явно не справлялся. К тому же в первой половине 1941 года в AMT-VI были обнаружены грубые нарушения в расходовании иностранной валюты, в чем был замешан лично начальник управления, Иост от должности был отстранен, и 22 июня 1941 года исполняющим обязанности шефа AMT-VI был назначен оберштурмбаннфюрер Вальтер Шелленберг. Ровно через год он был в этой должности утвержден…
Глава 7. Австрия – «Проба пера»
Программу НСДАП – пресловутые «Двадцать пять пунктов» – Адольф Гитлер впервые огласил в феврале 1920 года на собрании немногочисленной группы своих единомышленников в одной мюнхенской пивной.
Уже первый пункт нацистской партийной программы был, по сути, откровенно агрессивен, возможность его осуществления мирным путем заведомо исключалась:
«Мы требуем объединения всех немцев на основе права на самоопределение народов в Великую Германию».
Это означало возвращение Германии Саарской области, находящейся в управлении Лиги Наций, присоединение Судетской области Чехословакии, западной части Польши, наконец, целого суверенного государства – Австрии.
Достаточно подробно и откровенно изложил Гитлер свои претензии в книге «Моя борьба». К сожалению, этот многостраничный труд не удосужился прочитать, тем более отнестись к нему серьезно, ни один политический деятель Западной Европы. Иначе многие решения и поступки Гитлера в качестве фюрера и рейхсканцлера Третьего рейха не стали бы для них трагической неожиданностью.
