слышали все: от первого до последнего слова. – Лилия аккуратно убирает волосы Мэри с лица. – Кстати, ты выглядишь потрясающе.
На лице Мэри нет никакой реакции на комплимент. Оно безжизненно. Как бывает при ПТСР (посттравматическом стрессовом расстройстве).
Я беру ее за плечи и заставляю посмотреть мне в глаза.
– Что нам сделать? – быстро спрашиваю я. – Просто скажи.
Думала, она мне ответит, но Мэри вырывается из рук и бежит прочь.
Я прикусываю палец и говорю:
– Что-то с ней не то.
Идеальный балетный пучок на голове Лилии съехал на бок, но она этого не замечает.
– Давай оставим ее в покое, если она так хочет.
– Знаешь… А вдруг она что-нибудь с собой сделает?
Лилия уже не так уверена.
– Господи… Ты считаешь, что это возможно?
Она делает глубокий вдох.
– Бедная Мэри.
Я сама не понимаю, как это получилось, но я наклоняюсь, как будто хочу обнять Лилию Чоу. И она тоже двигается мне навстречу.
– Лилия! Лил! Мы уходим!
Это Эшлин.
– Иди, – шепчу я. – Попробую ее найти.
Лилия хмурится, но послушно делает шаг назад.
– Давай завтра зайдем к ней и проверим, как она. – Я киваю.
По дороге к выходу на меня бросается какое-то привидение. Я настолько злая, что отталкиваю его и говорю:
– Хватит уже.
Несколько посетителей смотрят на меня, как на сумасшедшую. Именно так я себя и чувствую – схожу с ума от тревоги за подругу.
Глава четырнадцатая. Лилия
Я иду на голос Эшлин и, в конце концов, догоняю ее и несколько других девчонок из нашей команды. Эш пьяная и счастливая, она выкрикивает мое имя и распахивает мне навстречу объятия. Ну конечно, Ренни ведь еще далеко, и она может вести себя, как ей хочется, как будто ничего не произошло. Мне абсолютно плевать, только бы с Мэри было все в порядке. Как бы мне хотелось искать ее вместе с Кэт, но у меня даже машины нет – она так и осталась стоять у младшей школы.
Все идут на парковку, чтобы отправиться на большое кладбище в Каноби Блаффс. Народ начинает рассаживаться по машинам, и я замечаю Рива. Он стоит в полном одиночестве, прислонившись к кроссоверу Алекса, и смотрит перед собой. От одного его вида мне становится дурно. Я ничего с собой не могу поделать.
Отхожу от подруг, направляюсь прямиком к нему и говорю:
– Привет, Рив.
Рив поворачивается ко мне и улыбается. Этот урод и впрямь улыбается!
– Привет, Чоу. Ты едешь на кладбище?
Мой голос дрожит.
– А ты оказывается жестокий. Я знала, что ты иногда бываешь подлым, но никогда не думала, что ты можешь быть настолько жестоким.
– Что ты имеешь в виду? – удивленно отвечает он.
– Я все слышала. Слышала, как ты разговаривал с той девочкой в лабиринте. Иди ты, сука? Так кажется?
– Погоди-ка…
– За что ты ее так? – Мой голос становился громче с каждым мгновением.
Его лицо каменеет.
– С чего ты беспокоишься о той девчонке? Это не твоя забота.
– Я и не беспокоюсь.
– Тогда займись своими собственными делами.
Мне хочется закричать: «Это мое дело!», но я не могу, мне нужно защитить Мэри. И вместо этого я говорю:
– Знаешь что? Я рада, что ты сломал свою гребанную ногу. Рада, что ты не можешь играть в футбол и что ни один из колледжей не берет тебя в свою команду. Ты плохой человек.
Рив становится белым, как простыня, но мне его ни чуточки не жалко. Я кидаю на него полный презрения взгляд, разворачиваюсь и бегу к машине Эш.
Глава пятнадцатая. Мэри
Я несусь по полю, лавируя между рядами машин и группами людей, стараясь убежать как можно дальше от лабиринта. Каблуки то и дело цепляются за камни и мягкий грунт, в какой-то момент я даже падаю между машинами. Мне хочется немедленно вскочить и бежать дальше. До леса осталось всего несколько десятков метров, но у меня совершенно нет сил. К счастью, поблизости никого нет, поэтому встаю на колени прямо в грязи и начинаю рыдать. Иди ты, сука.
Неужели я сюда вернулась, чтобы услышать эти слова?
Неужели после всего, что со мной случилось, я это заслужила?
Прорыдав еще несколько минут, вдруг слышу голос Лилии. Сначала мне показалось, что она меня зовет. Но вдруг поняла, что она кричит на Рива.
Согнувшись в три погибели, ищу их взглядом сквозь стекла машин. Они в нескольких рядах от меня. Лилия и Рив нос к носу. Я не разбираю, что она говорит, поэтому крадусь, прячась за машины и подбираясь ближе.
– Знаешь что? Я рада, что ты сломал свою гребанную ногу. Рада, что ты не можешь играть в футбол и что ни один из колледжей не берет тебя в свою команду. Ты плохой человек.
Ох, Лилия. Ты настоящий друг.
Она уходит, а я наблюдаю за его реакцией. Сейчас он станет защищаться, выкрикнет ей в спину что-то обидное.
Но нет. Он просто стоит и смотрит ей вслед.
И самое ужасное то, что он вытирает глаза рукавом. Я как будто получила еще один удар под дых. Риву было глубоко наплевать, что он встретил меня, плевать на то, что он меня обидел, ему и в голову не пришло извиниться. Но Лилия Чоу назвала его плохим человеком, и он заплакал.
Я знаю, почему. Она ему нравится.
Может, он даже влюблен в нее.
Ненавижу себя за то, что ревную. Но все равно ревную. Какое-то безумие. Я сошла с ума.
Мне хочется вернуться домой, но не могу. Только не в таком состоянии. Все еще чувствую, что в любой момент могу взорваться. Встаю и отправляюсь прямиком в лес.
Глава шестнадцатая. Лилия
Каноби Блафф – старейшее кладбище на острове, здесь даже есть могилы восемнадцатого века. Все старожилы Джар Айленда имеют здесь фамильные склепы. Здесь можно встретить очень странные имена: Эбезенер, Деливеранс и Джедайда.
Ребята стали гонять в футбол, используя могильные камни, как ворота. Кто-то поставил «Триллер» Майкла Джексона. Ренни, Эш и еще несколько девочек начали танцевать танец зомби. На Ренни очень сексуальный костюм медсестры. Они выстраиваются в ряд и, высоко задирая ноги в белых чулках, пляшут канкан. Еще несколько недель назад я бы непременно к ним присоединилась и встала рядом с Ренни. Но сейчас я сижу в одиночестве на расстеленном одеяле и потягиваю «ведьмино зелье» Эш – ромовый пунш с имбирно-апельсиновыми палочками и сидром. Он такой сладкий. Я
