Ну ты, Андрей, и идиот, определился бы уже, а то желания идут вразрез со здравым смыслом.
Карина двигалась на мне. Сразу снова неуверенно, но когда я прекратил решать дерьмо, которое называется дилеммой, и подключился к процессу, началось то же безумие, что и на кухне.
Да я бы, наверное, с ней каждую деталь моего интерьера проверил на прочность!
Точно старый дурак.
Не хватало, чтобы мне еще вскружила голову какая-то девчонка...
Работы студентов я все-таки проверить успел. Карина сидела по-турецки перед телевизором спиной ко мне и молчала. Наверное, мое небольшое представление отбило у нее охоту к провокациям. Я опять поступил, скажем так, некрасиво. И придется поступить еще раз, чтобы наверняка сжечь все мосты, пока все не зашло слишком далеко.
Сложив доклады, я сказал Карине:
- Иди спать.
Она обернулась и посмотрела на меня снизу вверх, улыбнувшись одним уголком губ.
- Снова отправишь меня на диван?
- Нет, сам здесь останусь.
- Ты серьезно?
- Абсолютно, - подтвердил я.
- Ты трахался со мной!
Да, я полностью понимал ее удивление.
- Трахаться с женщиной и спать вместе - совершенно разные вещи.
Глава 5 Карина
Я не сразу поняла.
А потом... Черт возьми, меня как будто окатили с ног до головы холодной водой!
Передо мной снова был тот преподаватель из институтской аудитории, которого я увидела впервые. Как будто не он меня вчера заботливо отпаивал жаропонижающим, как будто не он сегодня так дико меня целовал, как будто не он занимался со мной самым бешеным сексом в моей жизни, как будто... Впрочем, это все уже неважно.
Грудь неприятно сдавило, но я старалась казаться равнодушной. Даже попыталась сострить:
- Может, все-таки, Андрей Григорьевич, я здесь останусь, а то вы и так сегодня подвергли свою спину большой нагрузке?
- Хватит запускать в меня свои шпильки.
В моей голове было столько мыслей, что я не успевала из этого хаоса выхватить хотя бы одну.
Что ж, раз так, то и черт с ним.
Я прошла мимо Калинина и, закрыв дверь в комнату, еще немного постояла, прислушиваясь к звукам. На что я надеялась? На то, что это очередное его представление? Нет, не похоже.
Но зачем?.. Мне не понять этого человека. Я пыталась, но не смогла. Мы просто слишком разные и неподходящие друг другу. Местами приятно провели время, местами не очень, но он сам захотел расстаться на такой ноте.
Ваше право, Андрей Григорьевич.
Я легла на кровать и обняла подушку, не понимая, отчего же тогда так тошно. Еще и чертова наволочка пахнет морем и цитрусами. А может, этот запах от меня? Но как бы то ни было он наталкивает на воспоминания, да к тому же такие, что ноги непроизвольно поджимаются.
Проворочавшись целую ночь, я лишь ненадолго проваливалась в какое-то подобие сна и, едва начало светать, поднялась. Не могу больше.
Рюкзак мой был в коридоре. Там же я переоделась, стараясь не шуметь и не включать свет, открыла входную дверь. Мой номер телефон у Калинина есть. Только я сомневалась, что он позвонит. Но если вдруг... Даже не знаю, отвечу ли я в таком случае, если заслуживаю лишь того, чтобы со мной трахаться, но не спать.
На улице было прохладно. Я обняла себя за плечи и осмотрелась. Небольшой туман, но в нем было неуютно и как-то одиноко, что ли.
Не раскисай, Карина!
С чего мне должно быть одиноко? Я вообще прилетела с другого конца света в незнакомый город, и все же было нормально. И сейчас ничего не изменилось. Наличие секса или отсутствие с одиночеством никак не связано. Как и отсутствие Калинина. Возможно, он был прав: скоро отпустит. Моя привязанность к нему была всего-то обусловлена тем, что он единственный человек, оказавшийся рядом в трудную минуту.
Как он там говорил? Чувства никак не связаны с благодарностью? Надо запомнить это.
Я бесцельно бродила по просыпавшимся улицам, пока не дошла до круглосуточной кофейни. Устроившись за столиком у панорамного окна, сделала заказ и, подперев подбородок, стала наблюдать за спешившими на работу, учебу, ну, или по другим делам людьми. Привычка эта у меня от Лили. Хоть я и не видела так глубоко, как она, но все равно иногда интересно подумать, кто, куда, зачем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Это меня отвлекло от мыслей об одном несносном... Ну вот опять!
Сонный официант принес дымящуюся чашку, и я, обхватив ее ладонями, вернулась к тому, на чем закончила. Правда, старательно контролировала мысли, не дай бог, Калинин там промелькнет.
Что делать дальше? Вот в чем вопрос.
Дима не перестанет меня искать, с дедом бы хотелось еще пообщаться, надо понять, что отчиму от меня надо... Кажется, что дел-то и не так много, но именно в этот момент я чувствовала себя потерянной маленькой девочкой. А все из-за... Да что же это такое?!
Я даже обожгла губу, когда делала глоток. Если бы я была поэтом, то сказала бы, что сильнее жжет в груди. Да ну, бред. Мама говорила, что жгут нас изнутри собственные мысли, а не эмоциональная боль. Так что главное - не думать. А не думать пока получалось из рук вон плохо.
Надо вернуться к вопросам не сердечного характера.
Лиля давала мне телефон какого-то полицейского. Может, позвонить? А чем он мне поможет?
Достав смартфон, я набрала в поисковике запрос «Ставров Евгений Алексеевич». Странно, конечно, что Лиля больше десяти лет не была в России, а знает его номер телефона, место работы. Наверное, у меня проснулся интерес к чужой личной жизни, чтобы не зацикливаться на своей.
Всемогущий гугл не помог. Имя мелькало то тут, то там, но фотографий не было.
Решив Евгения Алексеевича пока не беспокоить, начала искать по кармашкам рюкзака визитку Дины. Ну вот, не одного Калинина я здесь знаю. А город мне нравится, вполне хорош, чтобы обосноваться здесь. Не хочу возвращаться в Нью-Йорк. И не только из-за Димы.
Наверное, как в той песне, что часто слушала мама, что-то в родимой глуши тихо коснулось души (прим.автора строка из песни «Малиновый звон»). Или кто-то...
Дождавшись девяти часов и выпив несколько литров кофе вперемешку с чаем, я позвонила Дине. Она ответила сразу, хоть и запыхавшись:
- Слушаю!
- Дина, это Карина, если помнишь...
- Помню. Девушка, которая смогла довести Калинина.
Зачем снова про него?!
И я замолчала. Честно говоря, уже даже забыла, что хотела от нее. Предложу хоть кофе выпить.
- Дина, может, кофе?
Она даже не спросила, что нужно малознакомому человеку. Только спросила:
- Ты где?
- Минуту, - попросила я и обратилась к официанту, спросив адрес. - Красноармейская, дом восемь, кофейня на углу.
- Недалеко. Через двадцать минут буду.
Снова понимаю, что в ней нашел Калинин. А ведь он с ней, скорее всего... Не волнует! Абсолютно!
Но опять что-то предательски кольнуло в груди.
Глава 6 Андрей
Я слышал, как она уходила. Слышал и ничего не сделал.
Человек волен в своем выборе - мешать не стоит.
Хотел ли я ее остановить, думал ли, что перегнул? Да, несомненно. Но я понимал, что у девочек после секса влюбленность, у мужчин - желание продолжить, а нам пора было завязывать. И пусть завязка была неприятной, но это пройдет. У нас обоих пройдет.
Я вообще не думал, что меня так зацепит, казалось бы, обычный секс. Сколько его было за мою жизнь. Что-то отпечаталось в памяти, что-то прошло как привычный утренний кофе, вкус которого и не вспомнишь к обеду.
Карина оказалась умной девочкой: ни слез, ни истерик, ни обвинений. Даже не скажешь, что ей двадцать пять. Было вместе хорошо, но можно разбегаться по делам - скорее для женщин после тридцати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но хорошо, что все так получилось. Или плохо? Да черт уже не разберет! Впрочем, и не так важно.
Да уж... Настолько не важно, что я около часа смотрел в потолок, забыв о неудобном диване.
В итоге решил, что у меня всего-навсего кризис среднего возраста, и начал собираться на работу. Но не хватало... Нельзя же за сутки - ладно, чуть больше - привыкнуть к человеку. Не хватало очередной шпильки, спадающей с плеча бретельки, эффекта неожиданности - в общем, присутствия этой несносной девочки в моей квартире.
