Я слышу кого-то снизу! — Эраис притих, вытягивая шею и прислушиваясь к тишине.
Чернота взгляда стала пугающе бездонной, а вокруг глазниц появились темные сплетения сосудов.
— На востоке неспокойно. Трофей, что заточен в подвале — не из наших, Эраис. Думаю, ты уже это понял. Я прошу тебя спуститься и взглянуть самому. А мы пока потолкуем с этим милым созданием небес, — наконец, он перевел взгляд в мою сторону.
— Хорошо. Но знай, я слышу всё, о чем она думает, — уже у выхода ответил маг.
— А она? Слышит тебя? — тут же поинтересовался император, дабы убедиться в подлинности нашей связи.
— Почти нет.
Эраис исчез в дверях. Мне стало тут же некомфортно, никакой родственной связи я не ощущала, а наоборот — страх.
— Как поживают твои родители? — с интересом спросил император.
— Хорошо, спасибо. Правда, я уже давно их не видела, и нет возможности узнать как они, даже взглянуть издалека…
Я зажмурила глаза, пытаясь сдержать нахлынувшие слезы, ведь этот человек настолько сильно походил на отца, что взорвались разом все воспоминания о доме, томящиеся болью глубоко в душе.
— Я знаю причину, по которой ты здесь, с колдуном, — начал Альберт, быстро и тихо. — Он забрал тебя силой, так?
Я кивнула в ответ.
— Не верь половине того, что слышишь от Эраиса… И…Я могу помочь тебе бежать от него, если ты согласна?
Казалось, что дядя хочет помочь мне от чистого сердца. Я замялась, терзаясь с выбором в душе. Но император поспешил сделать выбор сам и немедленно окликнул Диану.
Императрица появилась очень скоро, словно стояла за дверью и ждала приказ войти. Невысокая блондинка, с едва заметными морщинами на лбу разглядывала меня с отвращением, пренебрежением и толикой ненависти, что ли.
— Диана, немедленно спрячь ее в зимнем саду, распорядись седлать лошадей на север. Сию же минуту!
«Опять на север!» — вспомнила про себя я, — «мама тоже надеялась, что север убережёт меня от мага, но ошиблась.»
— Ваш план точно сработает? — я подобрала юбки и уже направилась к Диане.
— Пока что колдун клюнул на приманку. Осталось дело за малым — не думай о нем сейчас, не называй его имени, оборви связь.
— Ладно.
Вообще-то не ладно! Решилась согласится на первую встречную помощь! Страшно было, но мечты увидеть родных брали верх над здравым смыслом. Да и жить то хотелось, а не вот- вот стать агнцем на алтаре жертвоприношения.
— Пойдем, милая. Следуй за мной.
Шурша длинными юбками, императрица быстрым шагом повела по коридорам. За нами шли двое стражей.
— Так твою маму зовут Лантана? — словно невзначай произнесла женщина.
— Да, это было ее имя во дворце. А вообще она Элеонора, — без обиняков ответила я.
— Хм, ясно, милая… Сюда, за мной….
* * *
Мы остановились у большой металлической двери, очень плотно прикрывающей вход в какую-то комнату. Диана кивнула и стражник сдвинул толстый засов. С тяжелым скрипом, дверь отворил второй стражник. Чистый мрак выглядывал из-за той двери.
— Я думала те слухи враньё, но теперь вижу, что ошиблась! — совсем другим тоном послышалось за спиной, жестко и ненавистно начала императрица.
— Что? — развернулась я тотчас.
— Ходили слухи, что двадцать лет назад наложница понесла от императора. Но как только разнеслась молва — её и след простыл… А теперь заявилась та самая наследница, дочь наложницы, мерзкая самозванка! — прошипела Диана и скрипнула зубами.
— Послушайте, я…
— Замолчи, отродье! Хочешь трон? Пришла через двадцать лет, потому что услышала новости?! Ноги твоей не будет больше здесь!
— Какие новости, о чем вы?
— Брось прикидываться, дрянь! Ни я, ни мои дети не позволим отобрать у нас то, что принадлежит по праву!
Диана подала знак стражам. Два здоровяка начали наступать, я сделала шаг к двери. Затем последовал болезненный пинок рукоятью копья в живот. Отпрянув назад, я очутилась на пороге зловещей комнаты. Затолкав глубже во мрак, стражи быстро закрыли дверь. Корчась от боли, лежа на холодном каменном полу, я разглядела лишь одно маленькое круглое отверстие, диаметром с монету, из которого сочился свет.
— Вы подготовили пыльцу?..Скорее, качайте, пусть эта девка задохнется! Немедленно!
Императрица отдала приказ, и кто-то вставил в это единственное светлое отверстие большой металлический стержень. Под звуки работающего насоса, я попятилась назад. Зацепилась о что-то и, подвернув ногу, снова упала. Боль пронзила тело, а слепота довела рассудок до паники. Уже не слёзы, а рыдания, вместе с криками о помощи, заполнили пространство. Но рядом играли музыканты, народ шумел и танцевал. Никто не слышал меня, даже если б я завыла как волчица.
Эраис...Я не хотела, чтоб он узнал обо всем, о моем предательстве, об обмане… Могла ли я так поступить с ним? Приняла помощь сразу, как он отвернулся, решила сбежать, без сожалений…
А теперь, когда я такая жалкая, обманутая, сижу в темнице, на волоске от смерти, смотрю как комната погружается в тошнотворную ядовитую дымку, — думаю лишь о нём.
— Эраис, помоги мне, Эраис… — сквозь накаты рыданий, я повторяла единственные слова, которые могли меня спасти.
Никто не появился. Только звуки толчков насоса.
— Эраис, приди за мной, спаси меня! Я обещаю, что больше никогда не допущу мысли покинуть тебя …Знаю, я такая малодушная… Эраис…
Сил говорить уже не хватало. Лежа на полу, я глубоко задыхалась от яда, наполняющего закрытую комнату и мои легкие, все больше и больше с каждой секундой.
Я вспоминала поле цветущих одуванчиков весной. Любимое место, где мы вместе с братом и сестрой любили играть, бегать, собирать яркие желтые цветки. Я и Аврора плели венки для себя и мамы, одевали на голову, воображали себя принцессами и думали, что мы самые красивые девочки на свете. Адриан же плел драконов и змей, и всегда носил показывать отцу в надежде на похвалу…
Несколько минут показались вечностью Хриплое дыхание прерывалось всхлипыванием. Полежав так еще какое-то время, я решилась последний раз призвать силу богов и возможно высвободиться. Я вспомнила, как Лайго пробудил силу в ответ на отвращение и ненависть. Сейчас я хорошо представила портрет этой злобной императрицы, что сейчас убивает меня, глаза и морщинки, всё, что запомнила. И направила всю обиду, злобу и ненависть на этот образ. Представила, как в руках формирую горящую сферу, сплетенную из мелких молний. И вот я со всей силы швыряю прямо в ее аристократическое лицо. Еще и еще…
Я пришла в себя, когда часть комнаты уже пылала в огне. Я по-настоящему разожгла огонь, только швырнула его не в императрицу, а подожгла все убранство вокруг.
Деревянные стулья с треском развалились
