При воспоминании о пережитом унижении, настроение у Симуса испортилось. Вниз, под землю, спускаться пока не хотелось, и он, чтобы как-то отвлечься, взял бинокль (по старой привычке хвата, он всегда брал его с собой, когда выходил на поверхность) и принялся разглядывать дальние склоны и вершины.
Бинокль был мощный, хороший, еще довоенных времен, и в отличном состоянии. Десятикратное увеличение и безупречная оптика. Неожиданно внимание Симуса привлек, поросший лесом, южный склон горы Малютка.
Гора эта возвышалась над всеми остальными в округе без малого на полтысячи метров и всегда служила людям Подземелья отличным ориентиром, а также источником свежего мяса. Потому что обширный лес, произрастающий на южном и частично юго-восточном склонах Малютки, был полон разнообразной живности. Обитали там всевозможные птицы, белки, и ежи, бурундуки и зайцы, лисы, олени и даже волки с медведями. Собирали летом в лесу и грибы, и ягоды, и лечебные травы.
Симус редко там бывал, потому что не находил удовольствия ни в охоте, ни в собирательстве. Но все же – бывал и худо-бедно его знал. И вот теперь ему показалось, что в лесу происходит что-то необычное.
Первое – это птицы. Стайки пернатых там и сям вспархивали с деревьев и направлялись на юг. Да не одна или две. Складывалось впечатление, что все птицы по непонятной причине одновременно решили покинуть место своего привычного обитания.
А затем хват заметил и зверей.
Ниже по склону располагалась большая и круглая, поросшая высокой травой и кустарником, поляна и, наведя на нее окуляры бинокля, Симус Бати увидел, как на эту лесную проплешину один за другим выскакивают звери и торопятся ее пересечь, чтобы скрыться среди деревьев на другой стороне. Примерно за минуту наблюдения изумленный хват насчитал шесть оленей, двух лосей, с десяток лисиц, несколько волков, семью медведей, состоящую из взрослого самца, трех медвежат и медведицы, а также два-три десятка зайцев. По активному шевелению травы было понятно, что более мелкая живность, вроде бурундуков, ежей и белок тоже стремится покинуть родной лес.
Симус опустил бинокль и задумался. Он, проведший всю жизнь в пещерах под горами и засадах на окраинах городов сестер-гражданок, не очень хорошо знал и понимал живую природу. Но ему было понятно, что просто так птицы и звери из мест своего обитания бежать не станут. Значит, скорее всего, их гонит какая – то смертельная опасность. Какая самая страшная опасность может грозить лесу? Пожар? Но что-то ни дыма, ни огня не видать.
Для очистки совести он еще раз осмотрел в бинокль близкие и дальние окрестности.
Нет, вроде бы, ничего и нигде не горит. Может быть, за горой, на северной стороне? Но, во-первых, там и лес-то, практически, не растет, а во-вторых, далеко это, и вряд ли бы звери кинулись спасаться от огня, который не то что увидеть – почуять не могут.
Или могут?
Как бы там ни было, а предупредить, кого следует, надо. Мало ли что. Подземелье сейчас, когда две с лишним тысячи лучших бойцов находятся в городе, прямо скажем, защищено не самым лучшим образом и лучше перестраховаться, чем потом горько жалеть о том, что ничего не предпринял.
Опираясь рукой о ствол, Симус осторожно поднялся на ноги и, стараясь не очень потревожить рану, торопливо заковылял к ближайшему входу-выходу в Подземелье. Скучающий рядом с подъемником за столом с телефоном охранник, совсем еще юный – не более шестнадцати лет – трудень машинально поднялся с места при его проявлении – после дуэли с Бесом Тьюби, Симус быстро стал легендой среди мальчишек, чьих щек еще не касалась бритва. Хват остановился напротив и тяжело оперся рукой о стол.
– Как вы себя чувствуете? – с тревогой в голосе спросил юноша.
– Нормально, – успокоил его Батти. – Ну-ка, соедини меня со Шнедом Ганном. Это срочно.
– Понял. Может, вы присядете? – юноша предупредительно пододвинул ему свой стул.
– Да, спасибо.
Охранник снял трубку, и через полминуты, кивнув, передал ее Симусу.
– Шнед Ганн на проводе, – почтительно сообщил он.
– Алло, это Симус Батти, – сказал хват в трубку. – У меня новости.
– Слушаю тебя, – голос пожилого начальника Штаба был еще слаб после болезни, но достаточно тверд.
По возможности кратко Симус рассказал о том, что видел наверху.
– Это может быть все, что угодно, – помолчав, сказал Ганн.
– Разумеется, – согласился хват. – Но хорошо бы знать, что именно. На всякий случай.
– Береженого бог бережет, хочешь сказать? Верно, подстраховаться не мешает. Тем более что около часа назад со мной связался Рони Йор и попросил о том же.
– О чем?
– Посмотреть, что происходит вокруг. Особенно на севере.
– Может быть, послать на разведку вертолет? – предложил Симус.
– Уже думал, – ответил Шнед Ганн. – Но, увы, вертолет сейчас на ремонте. После того, как они… Впрочем, не важно. Важно только, что в данный момент лететь он не может.
– Тогда… – Симус запнулся, стараясь на ходу ухватить, промелькнувшую мысль.
– Да?
– У нас остались в запасе воздушные шары? Из тех, что использовал Хрофт Шейд в качестве десантного средства?
– Воздушные шары? – удивленно переспросил начальник Штаба. – Честно говоря, не знаю. Но мысль неплохая. Вот что, Симус… э-э… как ты себя чувствуешь?
– Нормально, – теперь пришел черед удивляться хвату. – Только ходить долго не могу пока. А что?
– Ходить тебе и не придется. Давай-ка, спускайся ко мне, и мы вместе попробуем разобраться с тем, что происходит или не происходит наверху. Одна голова, как говорится, хорошо, а с двумя ответственности меньше. Это я так шучу – сообщил он. – На самом деле мне действительно нужен помощник с хорошей головой. Рони Йор и остальные офицеры Штаба сейчас с Шейдом, а у тебя мозги, как мне кажется, работают неплохо. На что еще годятся старик и раненый хват? Только на то, чтобы думать и отдавать приказы.
– Я понял, – сказал Симус Бати. – Через десять минут буду у вас.
Он положил трубку, поднялся со стула и сказал охраннику:
– Спустишь меня на третий уровень. И не спать на посту, осознал?
– Не имею такой привычки, – обиделся юнец и, не сдержав любопытства, спросил. – Как вы думаете, чего они испугались?
– Надеюсь, скоро узнаем, – сказал хват и шагнул к дверям подъемника.
Глава десятая
Чтобы хватило всем, из соседних помещений в кабинет Йолике Дэм принесли еще несколько стульев, и начальница самой могущественной службы города за последние полтораста лет с тоской подумала, что ее жизнь за последние дни окончательно перестала ей принадлежать и превратилась в бесконечную цепь мало контролируемых и совершенно не прогнозируемых событий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
