– Но с другой – все это могло быть подстроено и разыграно специально, так? – закончила за подчиненную Йолике. – Ради какой-то, только мутантам ведомой, цели.
– М-м… вряд ли, – покачала головой Кася. – Будь так, они не стали бы посылать в погоню ворон, крыс и собак. Зачем разыгрывать представление перед теми, кто через несколько часов все равно перестанет жить? Они ведь никак не могли знать о том, что мы нашли этот корабль. И, уж тем более, о том, что нам удастся в нем спрятаться.
– А может быть, и нападение животных и птиц тоже было не совсем настоящим? – не унималась Йолике. – Ты извини, но я обязана учесть все варианты.
– Ага, как же, – не выдержала Тепси. – Вас бы туда. С таким же успехом, наверное, можно сказать, что и «дикие» вчера город взяли понарошку. Немного порезвятся и отдадут, ничего страшного…
– Тепси Лау! – Йолике не повышала голос, но что-то в нем заставило светловолосую оперативницу встать со стула и опустить руки по швам.
– Я!
– Держите себя в рамках. Совсем, гляжу, распустились за время самостоятельного рейда. Вы на службе, ясно? Если нет, то я вам живо об этом напомню.
– Так точно, ясно. Больше не повторится!
– Надеюсь. Садитесь.
Тепси села и покосилась на сидящего по другую сторону стола Рэя Ровего. Тот одобряюще ей улыбнулся и незаметно подмигнул.
– Хорошо, – подвела итог Йолике. – В общем и целом картина ясна. Думаю, в район Северного хребта надо отправить патруль на гравикоптере – пусть оценят обстановку. Хотя, возможно, Полла Нэзи это уже сделала. Я узнаю.
– Можно также попросить это сделать наших, – предложил Рони Йор.
– Тех, кто остался в Подземелье? – уточнила Дэм.
– Да. Это не отменяет надобности в патруле, но в качестве подстраховки не помешает.
– Согласна. Займетесь этим?
– Конечно.
– А нам что делать? – осведомилась Кася.
– Вы полны желания что-то делать? – приподняла брови Йолике. – Это похвально.
– Честно говоря, не очень, – призналась Кася. – Последние дни и ночи выдались не самыми легкими. Отдохнуть бы немного. Если, конечно, есть такая возможность.
– Возможность есть, – сказала Йолике. – Пока, во всяком случае. Значит, отдыхайте. Скажем… – она посмотрела на часы, – до семнадцати часов. А в семнадцать тридцать жду вас здесь. У меня сейчас каждая оперативница на счету, так что дело вам найдется, не переживайте. Разумеется, к мужчинам все вышесказанное не относится – у них свое начальство.
– И что же скажет наше начальство? – с легкой усмешкой поинтересовался Бес Тьюби.
– Начальство не будет оригинальным, – сказал Рони Йор. – Отдыхайте тоже. И до тех же семнадцати тридцати. Вообще, мне кажется, что раз уж у вас сложилась настолько эффективно действующая женско-мужская команда, то грех было бы ее разбивать. А? – он посмотрел на Йолике Дэм. – Как вы считаете? Отличный пример взаимодействия! Как раз то, к чему все мы сейчас и стремимся.
– И опять согласна, – кивнула начальница Службы FF. – Тут, правда, есть одно «но».
– Какое же? – спросил Йор.
– Сами-то они ощущают себя таковой командой? А то ведь знаю я эти дела. Перед начальством все, как один, а только за двери и снова, будто кошка с собакой… А, товарищи девочки и мальчики, бывает такое?
– Бывать-то, конечно, бывает, – вздохнула Кася. – Но у нас не тот случай. Мы действительно сработались. Это факт.
– Или судьба, – улыбнулся Бес.
Тирен и Барса переглянулись и едва заметно вздохнули в унисон.
– Тогда все свободны, – сказала Йолике.
– А что будем делать с кораблем? – спросила Кася, поднимаясь и отодвигая стул.
– Я еще не решила, – ответила Йолике. – Но думаю, что в городе ему не место – слишком ценная вещь. Не говоря уже о том, что внутри него, возможно, еще живые инопланетяне.
– Корабль нужно тщательно исследовать – это несомненно, – сказал Рони Йор. – У нас найдется пара-тройка умельцев, которые – я уверен – смогут разобраться в его устройстве.
– У нас тоже. И даже не пара-тройка. Но здесь, по-моему, как раз тот случай, когда торопиться не стоит. Надежную охрану мы вокруг выставили и этого пока достаточно. А дальше посмотрим. Не забывайте, что у Первой и Хрофт Шейда могут возникнуть какие-то особые соображения на этот счет.
До Коммуникационного Центра Лилу добралась на полицейской машине, – патрульные как раз возвращались из ночного оцепления вокруг стадиона и согласились подвезти коллегу.
На первый взгляд город внешне за сутки изменился мало. Те же улицы, те же дома. Вот только улицы, практически, пусты – те из сестер-гражданок, которые не покинули вчера в панике город, сидят по домам и ждут дальнейшего развития событий, а те, кто покинул, еще не успели или не захотели вернуться. Кое-где в домах выбиты стекла, тротуары неметены, большинство магазинов и общественных заведений закрыто. Официальные учреждения, во всяком случае, те из них, которые не отвечают непосредственно за жизнедеятельность городского организма, и, практически, все производственные, торговые и прочие фирмы и компании тоже не работают – сотрудницы отправлены в бессрочный отпуск до особого распоряжения, а рабы-мужчины отпущены просто на все четыре стороны.
Правда, рассказывают, что мало, кто ушел от своих прежних хозяек. Ведь что такое свобода? Это значит, что ты сам должен искать себе и пропитание, и ночлег, и защиту. А как это сделать, если родился и вырос рабом, привыкшим, что хозяйка и накормит, и крышу над головой предоставит? Конечно, и работой тяжелой загрузит и накажет строго, если за дело, не без этого. Но ведь и позаботится! А то и приласкает, если раб не оскоплен и способен доставить своей госпоже удовольствие. А что теперь? Идти к «диким»? Некоторые, кто побойчее, так и сделали. Но там ведь они будут чужими, неужели это непонятно! И смотреть на них будут, как на чужих. И не просто чужих, а как на людей низшего сорта, бывших рабов. Да не просто рабов, а рабов женщин, что, с точки зрения «диких», особо унизительно. Так что все только начинается, и нахлебаемся, мы еще этой заварухи по самое горло, да как бы не стошнило… И «дикие» нахлебаются, помяните мое слово. Десять раз проклянут тот день, когда решились на нас напасть и силой изменить порядок вещей. Это сейчас им кажется, что они победители и могут решать любые проблемы. Но посмотрим, что они запоют через неделю-другую, когда их воинственный запал пойдет на убыль. Потому что воевать – это одно, а строить нормальную жизнь – совершенно другое.
Все эти соображения чуть ли не на одном дыхании вывалила на Лилу женщина-патрульный, лет около сорока на вид, с нашивками старшего сержанта полиции.
Было видно, что события прошедших суток изрядно потрясли ее мировоззрение, и теперь она ищет любые аргументы, чтобы доказать самой себе всю нелепость, абсурдность и даже невозможность происходящего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
