Читаем без скачивания Отродье ночи (Шорохи) - Дин Кунц

Тони смотрел на Фрэнка и, чем дольше он слушал, тем отчетливее понимал, что этот человек впервые делится горем с посторонним. Барбара умерла в 1958-м, двадцать два года назад, и двадцать два года Фрэнк носил в себе эту боль. Боль не успокоилась и не могла успокоиться за столько лет: она жгла изнутри ровным огнем, как и прежде. Фрэнк пил виски, но это не помогало найти нужных слов, чтобы выразить всю тоску, накопившуюся в душе; и Тони поразился бездне, которую так умело скрывал от других Фрэнк.

Смерть жены ошеломила его, но он сумел загнать боль внутрь, чтобы люди не видели его слабости. У него появились мысли о самоубийстве; теперь ему хотелось опасных приключений, дисциплинированный водитель, он стал превышать скорость. Фрэнк хотел забыться в работе. Смерть жены пробила брешь в его жизни, и лишь на время, полностью выкладываясь на службе, ему удавалось притупить боль. Так он просуществовал девятнадцать лет, находя забвение в монотонной работе. Будучи патрульным, он не мог оставаться на службе дольше определенного времени, поэтому пошел учиться на вечернее отделение — пять раз в неделю — и через какое-то время получил степень бакалавра криминологии. За этим последовало повышение. Так Фрэнк стал детективом. Он добился своего: теперь можно было задерживаться на работе сколько угодно. По четырнадцать часов в сутки он проводил на службе, но даже и дома, принимал ли он душ, завтракал ли рано утром или ужинал ночью, он постоянно обдумывал очередное дело, размышлял над уликами. Читал он только книги по криминологии и изучал снимки преступников.

За все это время он ни разу не подумал о возможности жениться во второй раз. Он не хотел оскорбить память Барбары Энн. Неделями он жил затворником, потом неожиданно окунался в жуткий разврат. Здесь другое дело, думал он, я плачу за услугу, но мое сердце при этом остается верным Барбаре. Потом он встретил Вильму Комптон.

Откинувшись назад, Фрэнк, как показалось Тони, хихикнул, произнеся имя. Он вытер рукой вспотевшее лицо и, откинув со лба мокрую прядь волос, пробормотал:

— Я хочу еще двойное виски.

Язык у него заплетался, и каждое слово ему удавалось произнести с трудом.

— Конечно, — согласился Тони. — Но нам следует при этом и закусывать.

— Я не голоден.

— Здесь делают замечательные чизбургеры.

— Нет. Мне только виски.

Тони все-таки настоял на своем, и Фрэнк согласился на бутерброды. Пенни приняла заказ, но, услышав о двойном виски, засомневалась.

— Я не за рулем, — ответил Фрэнк, старательно выговаривая каждое слово. — Я приехал на такси, потому что знал, что напьюсь. Обратно я тоже поеду на такси. Пожалуйста, дорогая, принеси мне еще замечательного двойного виски.

Она поставила заказ на столик и ушла.

Итак, Вильма Комптон. Вильма была на двадцать лет моложе Фрэнка, она вышла за него в тридцать один год. Она тоже была привлекательна и темноглаза. Стройные ноги, прекрасное тело. Полная грудь. Конечно, она не была так красива, как Барбара. Вильма не отличалась остротой ума и деятельной любовью к семейному уюту. Но Фрэнка поразило внешнее сходство Вильмы с давно умершей женой, и он очнулся после двадцати лет забытья.

Вильма работала официанткой в кафе, куда часто заходили перекусить полисмены. Их участок находился неподалеку. Придя в кафе в шестой раз, Фрэнк предложил ей встретиться с ним, и она согласилась. Через месяц они оказались в постели. Вильма была такой же страстной любовницей, как и Барбара. Временами он замечал, что любовь его новой подруги эгоистична, но говорил себе, что это пройдет. Ему казалось, что сейчас он заново переживает те чувства, которые ему посчастливилось испытать много лет назад с Барбарой. Через два месяца он сделал Вильме предложение. Она отказала, с того дня прекратились их встречи. Единственным местом, где он мог видеть ее, было кафе.

Вильма знала, что делает. Она, действительно, хотела выйти замуж. Но не за Фрэнка. Ей нужен был богатый, с хорошей работой. Полицейский, сказала она, никогда не обеспечит меня тем, что я хочу. Она развелась с первым мужем главным образом из-за денег. Тогда она поняла, что недостаток средств убивает любовь и оставляет от нее лишь горку пепла и горечь на губах. Вильма после первой неудачной попытки решила действовать осторожнее. Не только любовь, но и деньги — вот каким правилом она руководствовалась в дальнейшем. Она не могла без слез и дрожи в голосе рассказывать о первом замужестве. Как ни странно, это не охладило любовного пыла Фрэнка. Он, во что бы то ни стало, даже если бы пришлось надеть розовые очки, чтобы не видеть правды, хотел встречаться с ней: так он устал от одиночества. Фрэнк предложил ей заглянуть в его сберкнижку и показал депозитные сертификаты, всего на сумму тридцать две тысячи долларов. Он сказал, сколько получает, и объяснил, что имеет право уйти в отставку, чтобы завести свое дело и к тому же получать приличную пенсию. Тридцати двух тысяч долларов и пенсии было мало для Вильмы Комптон.

— Это мелочь, — сказала она ему. — У тебя нет ни дома, ни вообще никакой независимости. — Вильма некоторое время водила пальцем по записям в сберкнижке, потом вернула ее Фрэнку. — Прости, Фрэнк. Я хочу зацепить кого-нибудь побогаче. Я еще молода, да еще выгляжу лет на пять моложе своего возраста. У меня еще есть время осмотреться. В наше время тридцать две тысячи — это не деньги. Боюсь, что этого будет недостаточно, если разразится кризис. Я не хочу опять оказаться... в отвратительной... ужасной ситуации.

Он был уничтожен.

— Боже, какой я был дурак! — взвыл Фрэнк и ударил кулаком по столу, словно подчеркивая тем самым свою безграничную глупость. — Я вбил себе в голову, что она, как Барбара. Как бы она ни оскорбила меня, как бы ни унизила, я готов был все простить. Ослепленный любовью. Дурак, дурак! Господи!

— Твое поведение вполне понятно, — сказал Тони.

— Это была глупость.

— Ты столько лет жил один. У тебя были два таких прекрасных года с Барбарой Энн, что ты не верил, что подобное может когда-нибудь повториться, а на меньшее ты бы не согласился. Поэтому ты отгородился от мира. Ты сказал себе, что тебе никто не нужен. Но так не прожить, Фрэнк. Без человека, который всегда думает о тебе. Человеческому роду не прожить без любви. Потребность любить накапливалась в тебе долгие двадцать лет, и когда ты встретил женщину, похожую на Барбару, то уже не смог удержать в себе силы нерастраченной любви. Только очень жаль, что Вильма Комптон оказалась совсем не той, о которой ты мечтал.

— Какой остолоп!

— Нет!

— Идиот!

— Нет. Ты просто человек. Вот и все. Такой же, как и я.

Пенни принесла чизбургеры. Фрэнк заказал еще виски.

— Хочешь знать, почему все-таки Вильма сдалась? — спросил Фрэнк. — Хочешь знать, почему она согласилась выйти за меня замуж?

— Конечно, — согласился Тони. — Но почему ты не ешь?

— Мой отец, умирая, оставил мне тридцать тысяч и еще кучу страховых полисов на пять и десять тысяч. После выплаты налогов у меня было девяносто тысяч.

— Черт побери!

— Этой суммы было достаточно для Вильмы.

— Может быть, все бы образовалось, если бы твой отец ничего не оставил.

Красные глаза Фрэнка повлажнели, казалось, он сейчас заплачет, но, сморгнув, Фрэнк сдержал слезы. С отчаянием он сказал:

— Мне страшно признаться, но, получив деньги, я тотчас же забыл об умиравшем отце. Полисы я нашел через неделю после его смерти. Первая мысль была о Вильме. От радости я не находил себе места. Я вдруг подумал: «О, если бы папаша умер лет на двадцать раньше!» Сейчас мне стыдно об этом вспоминать. Господи, какой же я сукин сын!

— Все позади, Фрэнк, — успокаивал его Тони.

Фрэнк закрыл лицо руками и несколько минут сидел неподвижно, лишь плечи слегка подрагивали. Наконец он опустил руки и взглянул на Тони.

— Когда она узнала, что у меня сто двадцать пять тысяч, то сразу же согласилась выйти за меня.

За восемь месяцев Вильма обчистила меня до нитки.

— Но ведь по закону она имела право не более чем на половину суммы.

— О, при разводе она ничего не взяла.

— Что?

— Ни пенни.

— Почему?

— К этому времени денег не осталось.

— Не осталось? Она их потратила?

— Украла, — промычал Фрэнк.

Тони положил недоеденный бутерброд и вытер салфеткой губы.

— Украла? Как?

Вдруг голос Фрэнка приобрел твердость и уверенность. Фрэнк словно протрезвел, приблизившись к самой важной части рассказа. Негодование с новой силой проснулось в нем.

— Когда мы вернулись из свадебного путешествия, она заявила, что берет на себя труд следить за семейным бюджетом. Вильма даже записалась на курсы в бизнес-школу и разработала детальную картину доходов и расходов в доме. Она деятельно принялась следить за материальной стороной нашей жизни, и я только радовался, все больше узнавая в Вильме черты Барбары.

— Ты рассказывал ей о Барбаре?