зеленого цвета. На секунду зверек замолчал.
– Обещаешь ли ты, Катрина де Морр, исполнить желание темного мага Эстерриаса в обмен на оказанную помощь Люку дель Рошш? – потусторонний голос пробирал до костей.
– Обещаю.
Пальца на мгновение коснулась лапа хомяка, а затем в воздух взлетела маленькая красная бусинка. Она кружилась в черном вихре, растворяясь. Мини торнадо на мгновение сверкнуло страшным зеленым огнем и рвануло к нашим рукам. Через секунду на моем запястье красовалась черная вязь с зеленым обрамлением. Я посмотрела на тату, потом на мага. Снова на рисунок.
– Это древний знак обещания. Пока ты не исполнишь мое желание, он не исчезнет. А если откажешься его исполнять, то он убьет тебя.
– Понятно.
– А теперь приступим к спасению твоего нареченного, иначе ты и сама в скором времени к нему отправишься.
Я только открыла рот от удивления. Хомяк спрыгнул на матрас.
– Давай переворачивай его на живот и снимай рубашку. Мне нужен контакт с проклятой раной.
Не тратя больше времени даром, исполнила все, о чем просил темный. Место ранения выглядело жутко. Кровоточащая, незаживающая, пульсирующая язва, от которой спиралями расходились черные линии, опутывая всю спину и торс мужчины. Они впивались в тело, словно шипы роз, оставляя множество микроранок, от которых тоже отходили смертельные узоры. Снова хотелось плакать. Вот она какая, магия проклятий. Жуткая.
– А теперь отойди и дай мне заняться своим делом, – властно произнес Эстерриас.
Я отошла в сторонку, но взгляда от мужчины не отвела. К сознанию снова пробился голос моего замка.
– Что же ты наделала! Как теперь выпутываться будешь?
– Как-нибудь. Кстати, замок, почему темный маг называет маркиза моим нареченным? Кто это?
Меня, наконец, немного отпустило, и я смогла более или менее нормально думать и говорить.
– Боже мой! Так вы нареченные магией! Вот почему ты согласилась! По-другому и быть не может. Ведь если связанный с тобой маг умрет, то и ты от горя жить не сможешь.
– Всё так плохо?
– Конечно, нет! Нареченные магией маги имеют одну душу разделенную на двоих. Их жизни связаны. Это человек предназначенный тебе свыше. Только с ним ты будешь абсолютно счастлива. Ваши потомки будут иметь невероятно сильную доминантную магию. Если один из пары умирает, то второй уже не может нормально жить. Часть тебя же исчезает.
– Вот дела. А ты уверен в этом?
– В чем?
– В том, что мы с ним нареченные.
– Этого я не знаю. Но раз темный так сказал, то так оно, скорее всего, и есть. Вообще-то такие пары должны чувствовать это. В первое время после знакомства со своей половинкой тебе не хочется ничего другого, кроме как быть рядом. Чтобы было еще понятнее, тебя обдает магией стихии твоего избранного. Например: если у него магия воды, ты почувствуешь прохладу и запах чистого горного ручья. В его глазах ты сможешь увидеть первозданную стихию.
– Понятно.
Все встало на свои места. Пазл сложился. Я вспомнила, как в первую нашу встречу, взглянув на него, увидела искорки костра. Как мое тело погрузилось в ласковый теплый поток. Как совершенно не хотелось разлучаться с Люком. Мое тогдашнее состояние и то, что случилось, когда чуть не упала при выходе из кареты, а он подхватил меня. Так мы с ним что-то вроде родственных душ, только замешанных на магии. Этого мне только не хватало. Я его не люблю в действительности, но магия заставляет быть рядом, переживать, помогать, спасать. Какой-то дурдом! Он же бабник. Репутация бежит впереди него. Новый мир, а грабли старые. Я снова должна пережить тот ад, что прошла с Димой? По телу пробежали мурашки, а меня объял липкий холодный страх. Не хочу! Спасите. Помогите. Где моя Вася?
– Можно ли как-то избавиться от этой связи?
– О чем ты говоришь?! Это же великий дар! Твоя половинка всегда поддержит тебя и поймет, как никто другой на свете. Ты должна быть благодарна и счастлива.
– Ага. Сейчас! Мне это не нужно. Я и так связалась с темным магом из-за этой фигни. Не просила я связывать мою душу и магию с таким… Таким засранцем.
– Великой магии виднее. Попробуй, может, узнать его получше?
– А что еще остается делать?
– Кстати. Хотела спросить. Что означают чрезмерные несвоевременные эмоции?
– Это как?
– Если человек должен быть раздраженным, но вместо этого испытывает гнев и так далее.
– А-а-а. Так это от того, что твоя магия запечатана и, к тому же, с тобой рядом находился нареченный, к которому она так же рвалась. Как только мы разблокируем твои магические потоки, все должно прийти в норму. Хотя, возможно, это еще и из-за того что твоя мана доминантного типа.
– Ясно… Стой, что?!
– Ты о чем?
– Моя мана доминантного типа?!
– Ну да. Я это почувствовал еще в тот миг, когда ты впервые здесь появилась.
– Обалдеть. Как теперь это все объяснить? – Мои руки вцепились в волосы.
– Да никак.
Ага. Никак, блин. И это совсем не подозрительно, что у бывшей баронессы была рецессивная мана и водная магия, а у меня нет. Капец. Приплыли.
От порчи волос меня отвлек тихий стон. Люк дель Рошш был успешно избавлен от проклятия, и я поспешила к нему, чтобы проверить самочувствие и вернуть на место снятую ранее рубашку. Эстерриас куда-то пропал, но свою часть сделки он уже выполнил. В дверь кто-то громко постучал, а затем послышался голос моего дворецкого Вариса.
– Леди де Морр, к вам пожаловал гость.
Не успела ни слова сказать, как дверь с громким скрипом отворилась. На пороге стоял высокий молодой мужчина. За его спиной виднелась макушка Вариса и еще одного незнакомого человека. Замечательно. Снова нежданные гости. Чтоб им пусто было.
Глава 11.
Нежданный визитер большими шагами приближался ко мне. Его голубые глаза сверкали и переливались, даже несмотря на полумрак, царивший в бывшей парадной. Светлые пепельные волосы были идеально уложены в модную столичную прическу. Сердце болезненно сжалось, а на лицо, уверена, снова выползло горько-болезненное выражение. Этого не может быть! Почему Дима здесь?
Он приближается уверенной твердой походкой, а я никак не могу взять себя в руки, которые, к слову, очень сильно дрожат. Успокойся, дура! Это не может быть он! Внутренне кричу сама на себя, а точнее на ту слабую и глупую часть себя. Я же в другом мире, а мой бывший остался на Земле. Просто человек, похожий на него, и не более того. Незачем так сильно волноваться. Но сколько бы я себя не уговаривала, успокоиться не получалось. Предательское
