Если похоже на то, что у Востока одна или две пики, а у Запада три или четыре, то поищите даму пик у Запада. Вы не всегда будете угадывать, но это будет происходить настолько часто, что вам не придется жалеть, что вы взяли на себя труд запомнить это правило. Но все это довольно просто. Куда сложней определить у кого же все-таки больше пик. И эта маленькая проблема уводит нас в далекие земли, куда не рискуют забираться большинство бриджистов – это страна счета.
Мое отношение к счету
Счет карт это такое действо, которое некоторые игроки производят не задумываясь, другие же не умеют считать вовсе. Средний игрок оказывается прямо-таки в шоке, когда играя в компании с экспертами, вдруг обнаруживает, что по истечении нескольких кругов розыгрыша весь стол уже знает его руку. Однажды ко мне подошел один игрок и с упорством повторил несколько раз, что каким-то непостижимым образом Хелен Собел видит его карты насквозь. Он рассказал мне: «Я сделал лишь второй ход, и она спросила: «Почему вы не торговались? У вас ведь все есть для открытия торговли?» И самое удивительное, что у меня на самом деле было открытие, но откуда ей это было известно, когда все, чем я ходил до этого были король и девятка».
Счет – это оккультное искусство, в котором сильны не более десяти процентов всех играющих в бридж. Способность остановиться посередине розыгрыша контракта и, с точностью Собел, подсчитать, сколько треф, бубен, червей и пик вышло у Севера, Юга, Запада и Востока, какие карты остались на чьих руках и какие карты упали с чьих рук, очень походит на талант, позволяющий жонглировать шестью мячами, вращая поверх щиколотки одной ноги хула-хуп, и балансируя, стоя другой ногой на скачущем пони, и при этом исполнять песенку «Меланхоличная девочка». Что касается меня, то я никогда не был особенно силен в этом компоненте игры. Естественно, я знаю, как вычислить все руки, и я сделаю это, если не останется ничего другого. Но в большинстве случаев я слишком ленив, чтобы делать это слишком часто и предпочитаю менее сложные приемы. Под «менее сложными приемами» я имею ввиду, конечно, не те способы расчета рук, которыми пользовались в далеком прошлом. В тридцатых, например, некоторые игроки садились за стол, имея перед собой пятьдесят две пуговицы. Каждый раз при сносе очередной карты все игроки снимали со стола соответствующую пуговицу, ведя таким образом, счет картам. Этот подход делал бриджистов похожими на квартет аккордеонистов и пал под собственной тяжестью. Затем настал черед «запоминающих колод». Каждый раз, играя очередной картой, вы вытаскиваете точно такую же карту из запоминающей колоды, что позволяет вам, в конечном итоге, полностью учитывать сыгранные вами карты. Это было полегче, чем таскать с собой шкатулку с пуговицами, но, тем не менее, запоминающие колоды почили быстро и безболезненно.
Более заслуживающий доверия подход заключается в запоминании некоторых основных правил и их своевременного употребления в тех разумных пределах, о которых я не устаю говорить. Сначала о вероятностях:
Если у противника четное число карт, интересующей вас масти, то вероятнее всего поровну они не разделятся. Если же их нечетное число, то они, вероятно, разделятся поровну настолько, насколько это возможно.
Уже, буквально, со следующего раза, когда вы окажитесь за столом, это правило точно засядет у вас в голове, но без вашего активного участия оно будет мертво, как и любая догма, и не принесет никакой пользы. Предположим, у вас отсутствует пять карт червовой масти, а вас интересует их развал у противников. Правило говорит, что этот развал состоялся в виде два-три, что в большинстве случаев окажется справедливым. Но если один из оппонентов называл в торговле пику и бубну, то, следовательно, у него остается слишком мало места еще и для червовой масти, а значит не так много шансов на развал два-три. Не взирая на это простое и здравое рассуждение, большинство игроков «упрутся» лбом в правило, ожидая его буквального действия. Они забывают, что с учетом фактов, полученных из торговли, значения вероятности меняются, а если говорить о только что приведенном примере, то приготовьтесь к развалу четыре–один или даже пять–ноль. Вот, что я подразумеваю под использованием вашей головы. Где-то в бесконечной бриджевой галактике ненужных усложнений имеется на этот счет положение. Оно гласит, что, если игрок заявил две масти и поддерживал партнера в третьей, то в четвертой у него синглетон или ренонс. Добро пожаловать к использованию этого правила, если вам нравится его формулировка. Но мне по душе другой подход, более простой и логичный: если вы слышите, как человек называет две масти и поддерживает партнера в третьей, то вам не к чему забивать голову какими-то правилами, так как после такой торговли вряд ли есть смысл ожидать в его четвертой масти более синглетона.
Советую запомнить вам те два правила, которые я дал:
– четное количество карт не развалится;
– нечетное количество карт развалится настолько ровно, насколько это возможно
Теперь вы готовы разыгрывать такие масти как, например, эта:
ТКД42
52
Как бы вы подошли к решению этой проблемы? Редкий бриджист не положит одну за другой три фигуры, уповая на развал три-три. Но это разделение встречается лишь в 36% всех случаев. Следовательно, 64 раза из 100 вы потерпите неудачу. Следуя вероятности, что масть вряд ли развалится, лучшим будет сыграть малыми с обеих рук, после чего не остается ни малейшего сомнения, что оставшиеся взятки в этой масти ваши.
Похожая ситуация:
ТКВ6
5432
Конечно, вы не собираетесь «ронять» даму, а будете ее импасировать, следуя древней поговорке об импасе: «Девять – никогда, восемь – всегда.» Но что за логика стоит за этой поговоркой? У вас отсутствуют пять карт в этой масти и развалиться они должны три-два. Далее, среди этих пяти карт где-то лежит дама и вероятнее всего – в триплете. Следовательно, ходы тузом, а потом и королем не «уронят» ее. Итак, импас!
Хорошо, а если у вас:
ТВ102
К974
Опять-таки рассуждение начинаем с предположения, что «развал» оставшихся карт будет три–два, но далее все зависит от вас. У вас имеется выбор направлений, в которых можно проводить импас, и поэтому стоит остановиться и проанализировать известные факты о руках оппонентов.
Пусть, к примеру, вышеназначенные карты представляют червовую масть.
Если один из игроков агрессивно торговал пику, то, вероятнее всего, черва у него пропорционально короче. Если один из игроков называл в торговле трефу и бубну, следовательно, он не богат червами. Таким образом, вы определяете направление импаса. Если же вы такой тонкий психолог как П. Хал Симс, то можете вообще не беспокоиться о каком-то анализе, а просто сидите и ждите, кто из оппонентов первый обронит слово.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
