я собираюсь подняться выше.
– Мне бы твои амбиции, – расплылся в улыбке парень, порадовав меня видом ямочек на щеках.
– Поверь, – я кинула ладонь ему на плечо и потрепала белоснежную рубашку. – Амбиции доставляют мне больше проблем, чем выгоды! – мы оба прыснули со смеху, тихо, скрывая своё веселье от остальных. Спустя секунду Миша скользнул глазами за мою спину и предупредил меня о приближении начальства:
– Тихо, высшие уши.
Я снова посмеялась, на этот раз от нелепого словосочетания. А в следующий момент в поле моего зрения возник владелец клуба.
– Доброе утро! – поздоровался Миша. Его приветствие подхватили остальные сотрудники, готовящие клуб к открытию. Даниил безразлично кивнул и бросил взгляд на мою руку на Мишином плече, будто сотрудникам было запрещено касаться друг друга.
Неизменно гремя тяжестью ботинок по полу, он подошёл и сел на стул, чуть подальше нас. Под его привычным черным свитером пряталась белая рубашка. Пряталась безуспешно. Её ворот стоял вдоль шеи, пол выглядывал снизу, нависая на черных джинсах, причём асимметрично, с одной стороны опускался до бедра, а с другой чуть тянулся полоской вдоль кармана.
Я посмотрела на него и подумала: значит, так одеваются на твоей родной планете? На нашей так тоже одеваются, вот только идёт это единицам. Или всё дело в фигуре? Или, может, в угловатых чертах лица?
Пожевав губу, я пришла к выводу, что и в том и в том. А ещё, в этой абсолютной уверенности на лице. Да хоть что на него напяль, с его фирменным спокойствием в глазах все примут это за стиль. После такого вывода, я начала генерировать самый нелепый наряд, какой только можно представить. Мамин цветастый халат, синий с красным узором? Добавила ботинки, куда же без них, и не смогла сдержаться – залилась хохотом.
Даниил перевёл на меня взгляд и сверкнул веками, оставляя их чуть прищуренными. Я отмахнулась от своего приподнятого настроения и поняла, что пора отсюда сбегать, ведь ход своих мыслей я была не готова раскрыть всем присутствующим.
– Всё в порядке? – поинтересовался Даниил. Я подумала, что это самый последний вопрос, который задают смеющемуся человеку.
– Да-да. – Я подняла вверх руки, словно меня рассекретили, и выдала объяснение, которое, в общем-то, было похоже на правду. – Просто немного схожу с ума.
Миша нахмурился и взглядом просверлил дырку в моей голове.
Даниил постучал пальцами по стойке. Не прошло и десяти секунд, как перед ним возникли сто миллилитров золотистого виски в угловатом стакане.
– Ладно, езжай отсыпаться, – улыбнулся мне Миша.
– Так и сделаю. Хорошей смены, ребят! – я обвела взглядом стойку и задержала внимание на мужчине, который гипнотизировал уже пустой стакан, развернулась и отправилась за сумочкой в свой новый кабинет.
Обдумывая, как же уместить всю пятничную бронь, я вывернула из кабинета к лестнице. Именно в тот момент, когда я вспомнила, что должна быть дома уже двадцать минут, перед моими глазами возник он.
– Как ты…? – промямлила я и сжала пальцы в кулаки. – Как вошёл?
– Никаких преград между мной и тобой, солнышко! – проговорил Костя и, сделав пару шагов, загородил мне проход к лестнице.
Голос в голове говорил мне: «Ты не жертва! Один взмах твоей руки и охрана будет здесь. Они скрутят его и вышвырнут меньше чем за минуту!» – голос, будто не мой, тихий и успокаивающий. В ответ ему я кричала уже своим, хриплым и жалким: «Тогда он дождется меня за дверью, где охраны нет!»
– Что тебе нужно? – спросила я, собрав два голоса в один, но преобладал всё же второй, трясущийся.
Костя рассмеялся. Смеялся он так, что этот звук отражался от глянцевой стены и бил мне по ушам. Даже его смех меня ударял.
– Ты. Разве не понятно? – он сделал шаг вперёд и моё сердце, которое уже сжалось, спряталось ещё дальше за стиснутыми ребрами. – Тебя не научили манерам? Нельзя так просто взять и уйти! – он наклонился и прошептал мне прямо в лицо. – Тем более с моими деньгами.
Я почувствовала запах, от которого меня начало тошнить, его запах: горечь сигарет и дорогой цитрусовый парфюм, абсолютно не стоящий своих двадцати тысяч. Договорив, он так и остался вблизи моего лица, но послышались шаги с лестницы и Костя был вынужден отступить. Мимо прошёл охранник, почтительно мне кивнув. Мои губы дёрнулись, распахнулись, но сердце забилось к самому горлу и не пропустило слова.
Как только охранник зашёл за угол, Костя поднёс руку к моему лицу, медленно, его пальцы чуть потряхивало от напряжения.
– Я забираю тебя домой. – Проговорил он с улыбкой и коснулся горячей ладонью моей ледяной щеки. От прикосновения его кожи к моей я почувствовала боль. Он едва коснулся, но в моей памяти всплыли только воспоминания о боли. Снова донеслись шаги, и он был вынужден вновь отпрянуть, а я вздохнуть.
Миша улыбнулся мне. Я выдавила в ответ улыбку и боялась представить, как она выглядит на моем испуганном лице. Бармен притормозил и бросил взгляд на человека рядом со мной:
– Рит, всё в порядке?
– Немного неприятный разговор. – Ответил Костя и продолжил пристально смотреть в мои глаза мерзким, подавляющим взглядом.
– В порядке. – Подтвердила я, не узнав свой голос.
– Точно? – Миша косился то на меня, то на незнакомого мужчину.
– Ага. – Я кивнула и стала смотреть, как бармен продолжает свой путь, ни разу не оглянувшись.
– Прямо сейчас мы идём к машине. – Обманчиво спокойно сообщил мне Костя.
– Я не пойду. – Сказала я со страхом, но страх снова впустить этого человека в свою жизнь был гораздо сильнее.
– Повтори? – Костя нахмурился и сжал руки в кулаки.
– Я отдам тебе деньги, все до копейки, даже больше, чем взяла. Но с тобой никуда не поеду. – Я увидела, как гнев заливается в голубые глаза, его челюсть напряглась, и губы задрожали, выплевывая слова:
– Мне плевать на деньги! – Костя спрятал кулаки в карманы, и я поняла, что он боролся с желанием их применить. Мои ноги онемели, мурашки на спине потянули вниз так, что я прижалась к стенке, чтобы не упасть.
В этот самый момент до моих ушей донёсся стук громоздких подошв по стальным ступеням. Костя громко выдохнул и вновь принял дружелюбный вид для очередного свидетеля. А глубоко внутри меня зародилось странное ощущение спокойствия. Мурашки осыпались с меня на пол, сердце отскочило на своё анатомически правильное место. Мои инстинкты поразили меня больше, чем когда-либо.
Смотря прямо перед собой, Даниил шагал по площадке, на нас не обратив внимания, будто мы пустота. Его лицо – сама сосредоточенность. А моя внезапная уверенность таяла с
