Так, например, бой на ножах — одна из основных дисциплин этого стиля. Так же вполне применима техника фехтования на копьях, практически полностью совпадающая с прикладным фехтованием на штыках. Но этим дело не ограничивается. Вполне понятно, что в эпоху главенства огнестрельного оружия было бы недальновидно не уделять этому типу вооружения должного внимания. Для боя против использующих стрелковое оружие на ближней дистанции тоже существует свой объемный тактико-технический раздел. Однако не стоит утрировать и думать, что одно только владение рукопашным боем способно вас гарантировать от всех опасностей, подстерегающих солдата на войне. Нужно признать, что свое значение рукопашный бой сохранил, в основном, только в частях внутренних войск и милиции, то есть в структурах, которые ставят своей целью взятие противника живьем, а не только уничтожение его всеми возможными способами. Время, когда войны представляли собой массовые сходы в рукопашную, безвозвратно кануло в Лету с приходом оружия, способного уничтожать массы людей с огромного расстояния. Хорошо это или плохо — судить вам, уважаемый читатель.
А в заключение я предлагаю схему, иллюстрирующую нынешнее состояние славяно-горицкой борьбы (См. рис. 68).
Рис. 68
Мы закончили беглый обзор стилей, видов и направлений русской профессиональной драки. Славяно-горицкую борьбу сейчас называют феноменом России. И как любой истинный феномен национальной культуры, борьба эта не имеет ни малейшей поддержки среди государственных чиновников, ответственных за развитие спорта в России. Наоборот, за всю историю существования русской национальной системы рукопашного боя (а это более десяти лет) со стороны ответственных лиц не прекращается травля и нападки на ее сторонников. Взять, к примеру, анонимные статьи в прессе, ставящие в вину славяно-горицкой борьбе даже пристрастие к национальной культуре и тут же обвиняющие нас в фашизме. Хотя я больше чем уверен, что авторы этих «уток» прекрасно осведомлены, что русские фашисты занимаются восточными системами, а зачастую кулачным боем с питерской спецификой или рукопашным боем в краснодарской версии. Однако по данному поводу почему-то никто не расстраивается.
А вот пример из провинции. В Саратове, где абсолютно все спортивные единоборства пытается подобрать под себя небезызвестная школа каратэ, заблокированы практически все каналы развития славяно-горицкой борьбы. К травле через газеты и радио присоединяется усиленная пропаганда восточных направлений. Причем наши бойцы, обвиняемые вначале в небоеспособности, после проведения соревнований по штурмовой системе вызвали обратную реакцию. Теперь нас (т. е. клубы славяно-горицкой борьбы) обвиняют в жестокости, бездуховности и склонности к насилию. Ну разумеется, на нашем фоне каратэ выглядит как общеразвивающая гимнастика. Такое положение, с большими или меньшими нюансами, практически во всех российских клубах.
Вероятно, наши рекламные возможности (имеется в виду федерация славяно-горицкой борьбы России) скоро превратят горицу в «закрытую», так сказать, вынужденно-клановую систему. Да, наша борьба не имеет ничего общего с восточными направлениями, в нее никогда не смогут попасть чужеродные элементы. Такое же слабое, общепонятийное сходство существует и с современными «русскими» направлениями рукопашного боя, основанными зачастую на модификации каратэ и джиу-джитсу. Славяно-горицкая борьба независима от этих искажений. Поэтому не стоит тратить время на выборочное изучение и самостоятельную компиляцию «совершенных», лишенных национальной окраски систем, привлекая наш технический базис. Трезвомыслящим, способным бойцам славяно-горицкая борьба даст возможности для реализации, не подавляя их творческую индивидуальность.
Глава 4. Культ Перуна[18]
Почти любой человек, более или менее осмысленно относящийся к факту своего существования, в определенный период жизни сталкивается с проблемой выбора духовного пути.
Как правило, к пониманию необходимости становления на этот путь приходят под давлением обстоятельств. Вслед за осознанием потребности приходит желание найти форму духовной жизни. Разумеется, в деталях этот процесс у каждого отдельного человека протекает по-разному. Одинаковы только ключевые этапы. Впрочем, данную ниже последовательность можно оспаривать, хотя бы потому, что контекст моих рассуждений предусматривает обращение к духовному кризису человека, не столько ищущего, сколько обдумывающего и находящего. Но, к сожалению, для некоторого процента людей вышеупомянутое качество представляется ничем не оправданной роскошью. Значит, мой взгляд на проблему духовного поиска будет близок, в первую очередь, тем, для кого потребность размышлять — насущная необходимость.
Момент душевного кризиса — благоприятная пора для начала поиска. Кризис всегда взвинчивает психическое напряжение до максимально возможного уровня. Такое напряжение просто обязано выразиться во внутреннем конфликте и понести за собой стремление найти, как говорится, свое место под солнцем.
Что касается жителей современной России, то подавляющее большинство моих сограждан прошло хорошую школу атеизма и материализма в привычной нам коммунистической упаковке. Хорошо это или плохо — решать вам. Но сейчас другая ситуация. Представим себе человека, от которого отвернулось "всё и вся". То есть, нет главенствующей идеи, пропали на время "ловцы человеков", пропала неуемная забота, отступил тотальный контроль, нет жестко поставленной цели, да и опора в идеологии тоже растворилась. (Считаю нужным оговориться: нарисованная мною «мрачная» картина имеет больше отношения к внутреннему отображению душевного конфликта). Ясное восприятие внешних обстоятельств в этой фазе зачастую невозможно.
Оно лишено конкретности. Реальное положение вещей искажается разбалансированным сознанием, которое судорожно ищет точку опоры где угодно и в чем угодно.
Для человека, которому ближе к 60-ти, это может показаться концом света в самом худшем его проявлении — неожиданном, в то время как молодежь обрадовано смотрит в будущее, предвкушая торжество свободы и окончательную и бесповоротную победу над "зашоренностью предков". Но это вначале. За осознанием прихода свободы начинает нарастать ощущение не подлинности этого состояния, постепенно складывается впечатление личной «ненужности». Многие пытаются опомниться. Обычно это те, кому за 30. Они с новой силой начинают верить в «поруганные» идеалы недалекого прошлого. Загвоздка в том, что прошлое это настолько недавнее, что не имеет даже своих традиций и не обладает нужным запасом прочности. Поэтому и сторонников этого пути не так уж и много. Более либеральная часть этой уважаемой публики находит себя уже в реформации разрушенной идеологии. Остальные, не мыслящие себя вне политики, создают свои новые партии. К слову сказать, программы некоторых из них сильно напоминают идеи душевнобольного. Читатель, возможно, уже определил для себя, что ни к одной из вышеуказанных категорий не относится, ибо остальные уже давно в негодовании отринули от себя "это претенциозное чтиво".
Мы же постараемся понять, что происходит с теми людьми, которые не попали в классификацию и жизненный путь которых богаче внутренними проявлениями. Относящиеся к этой категории молодые люди (так же, как и не вполне молодые) зачастую останавливают свой выбор на каком-либо из религиозных объединений, которые более всего их привлекают. Если обратиться к отечественным примерам, вновь привлеченные[19] попадают в широко распространенные и идеологически удобные конфессии. Такие, например, как христианство и ислам, а в последнее время к ним присоединился буддизм. Выбор формы духовной жизни часто не зависит от собственной воли искателя и не всегда соответствует его запросам. Молодежи особенно тяжело сопротивляться посторонним влияниям. На нее давит авторитет семьи, нации, исторической традиции, сбивает с толку реклама, даже не имеющая, в данном случае, права на существование.
Зачастую ортодоксальная религия является промежуточным звеном между возвращением к последовательному материализму, или переходом в другую религиозную организацию. Так, например, из православной церкви зачастую переходят в изобилующие разнообразием секты христианского толка и даже напрямую в католическую церковь.
Сами по себе направления, в которых развиваются различные религиозные ответвления, нельзя оценить однозначно. Многие объединения помогают людям отыскать себя. Хотя, чаще всего, лидеры этих обществ пользуются своим влиянием для достижения целей, весьма далеких от бескорыстного служения идеалу. Как же разобраться? У кого спросить совета? У молодых ведь нет не только теоретических знаний, но и жизненного опыта пока не хватает.
