Мне почему-то было жалко и стыдно рушить его надежды на наше совместное будущее. Меня грызло чувство вины за свой поспешный побег, который повлек за собой все последующие события. Мысленно ругала себя, даже начала ненавидеть за это бесконечное притворство, но поделать ничего с собой не могла!
Все разрешилось внезапно. Однажды довольный, разомлевший от близости Сергей заглянул в мое лицо и застыл увидев на моих щеках слезы. Понимание, неверие, боль мелькали в его глазах.
— Зачем ты так со мной?! — горько воскликнул он.
Тут меня провало. Я кричала и била кулаками в крепкие мышцы на его груди. Я рыдала и рассказывала о том, что чувствовала когда увидела своего мужа и Ирку на берегу под ивами. Я впоминала и его руки на загорелом, молодом теле и эти чертовы грудки, что стали моим кошмаром. Я говорила о своей тоске и одиночестве когда работала дворником и убирала бесконечный снег. Толковала о том, что я не могу верить ему. Мне до сих пор не ясно кого он обнимает по ночам меня или красавицу Марго.
Сергей молчал, застыв неподвижно словно статуя из камня. А когда я выдохлась и взглянула на него, то испугалась. Передо мной был вмиг постаревший мужчина. Он как будто стал меньше ростом, резкие морщины тянули уголки красивых губ вниз. Но самыми страшными были его глаза. Мертвые.
Он неловко поднялся с кровати. Одевался медленно, рассеянно, движения были рваными словно его разбил паралич. Шатаясь молча пошел к двери, на пороге обернулся.
— Рит! — начал он, но затем беспомощно махнул рукой и вышел.
После этого разговора мы не виделись неделю. Сергей меня избегал. И если честно, то я почувствовала облегчение.
Но однажды рано утром прибежала Юлька, она голосила как по покойнику и упрекала меня в том, что отец спивается.
Я поехала к нему на работу. Новая секретарша, та самая Алиса, которая когда-то привезла Сергея домой, встретила меня неприветливо и враждебно. Я хмыкнула оглядев ее с ног до головы. Стандартный набор одежды для работницы старающейся быть сексуальной. Тесная юбка с разрезом, блузка в облипку, туфли-лодочки на высоких шпильках и конечно же очки на кончике хорошенького носика, под стеклами которых длинные, тщательно накрашенные ресницы смотрелись просто густыми опахалами.
Секретарша Алиса пыталась меня задержать, но я грубо оттолкнула ее и стремительно зашла в кабинет Сергея.
Продолжение девятнадцатой главы
В кабинете все было знакомо и привычно. Кремовые жалюзи на широком окне, которые я выбирала сама в позапрошлом году. Картина с прибывающим парусником и горой блестящего золота на палубе, которая по феншую обещала удачу в делах и богатство. Ее я заказывала местному художнику, когда начиталась дешевой китайской мудрости и свято в нее верила.
Сергей сидел за широким столом и усердно клацал кнопками старенького калькулятора, тоже некогда купленного мной. На скрип двери он даже не поднял голову.
— Я же просил тебя Алиса, мне не мешать! — со злостью пробубнил он, не отрываясь от своей работы.
— Ты бы еще счеты деревянные взял, Морозов! — насмешливо сказала я, садясь на стул стоящий справа от стола.
Он вздрогнул и медленно поднял голову. Чисто выбритое, немного осунувшееся лицо, свежая рубашка, мрачный холод черных глаз.
Что-то Юлька напутала, не похож он человека который неделю без просыпа пьет горькую.
— Марго? Что вас привело ко мне? — голос ровный, равнодушный.
Меня словно водой холодной окатило. Вот как? Марго значит? От злости захотелось швырнуть в него старенький калькулятор. Но к счастью дверь открылась переключая мое внимание.
На пороге стояла девушка Алиса, примерная секретарша года. Верхние пуговички белой блузки растегнуты. Ножка в разрезе тесной юбки картинно, эффектно отставлена. Классика жанра просто!
— Сергей Леонидович, вам что нибудь нужно? — в голосе притворная покорность и смирение рабыни желающей угодить хозяину.
Мужчина за столом устало потер виски, отодвинул бумаги в сторону.
— Нет, А-л-и-с-а! Мне ничего не нужно! — буквально по слогам прорычал он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Алиса фыркнула и вышла. Но дверь оставила приоткрытой ровно настолько, что-бы наш разговор был слышен в приемной.
Теперь раздраженно фыркать пришла моя очередь. Резко поднялась и пошла к вешалке за шкафом, где должен был висеть пиджак мужа. Привычку носить в кармане ключи убить было сложно. Так и есть, связка ключей приятно холодила руку. Взяла ее и двинулась к двери на ходу пытаясь вычислить ключ от кабинета. Так, вот этот от калитки, этот от гаража. Длинный, желтый от входной двери дома. А вот этот круглый коротышка явно от кабинета.
Ключ мягко провернулся в замке закрывая дверь кабинета и оставляя нас с Сергеем наедине, без свидетелей.
Он молча наблюдал за мной по прежнему сидя за столом. Брови нахмурены, из под них черные глаза блестят мрачно и обреченно.
— Нам поговорить с тобой надо Серый, давно поговорить надо Сереженька! Возможно этот разговор и запоздал года на три. А может и на больше?
Я остановилась возле стола и внимательно посмотрела на мужчину. Он сидел не шолохнувшись, застыл каменным идолом. Лишь перекатывающиеся желваки на напряженных скулах, указывали на то, что Сергей сильно волнуется.
Долгое молчание повисло между нами. В кабинете было так тихо, что казалось эту звенящую, густую и накаленную тишину можно было резать ножом.
— Ты права Марг…, Рита… Черт! — твердыми и непослушными губами прошептал он.
А затем вскочил резко оттолкнув от себя стул, который с грохотом упал на бок.
— Черт! — поторил он уже громко. — Я даже не знаю как теперь тебя называть! Все запуталось, а мы барахтаемся в этом клубке лжи и еще больше все портим! Ты права, откровенно нужно было говорить нам с тобой еще до того как, — он запнулся и протяжно застонал.
Он метался по кабинету словно загнанный зверь. Мне же напротив стало спокойно и даже весело.
— Всему свое время, вот настал момент истины и правды. Ты готов к нему? Тогда начнем с самого простого вопроса. В последнее время ты с кем спал со мной или же с Марго?
Сергей запнулся, достал из ящика стола сигареты и подошел к окну. Нервно, судорожно щелкал зажигалкой которая упорно не желала давать огня. Выругавшись он отбросил ее, а сигарету сломал раскрошив в руке.
Опять между нами повисла густая тишина. Я смотрела на широкие плечи мужчины, на крепкую спину обтянутую светлой рубашкой, на аккуратно подбритый затылок и на две круглые макушки, которые крутыми спиралями упрямо закручивали черный ежик коротких волос. Грустно усмехнулась про себя, вспомним народную примету. Две макушки — две женитьбы.
Словно почувствовав мой взгляд, Сергей обернулся. Черные глаза смотрят решительно, он глубоко вдохнул, словно собрался нырять в холодную воду.
— Да, я и сам не знаю! Впрочем к чему опять врать! Ты права, мы давно задолжали друг другу правду. Давно задолжали! — он поморщился, — с Марго конечно же… Может Рита и внутри тебя осталась, только для меня она уже…
Он отвернулся и смел рукой с подоконника табачные крошки от растерзанной сигареты.
Я закашлялась, слезы потекли из глаз, лицо налилось жаром, а проклятый кашель никак не хотел отступать.
Сергей подошел и робко протянул мне стакан минералки. Наши пальцы на мгновенье соприкоснулись, но тот час же мы поспешили уклониться от этого.
Холодная вода помогла. Кашель прошел так же внезапно, как и начался. Мне было страшно слушать опять повисшую, осязаемо плотную тишину и я торопясь начала рассказ о том как увидела мужа с Иркой на берегу под ивами, как узнала о том, что дочка в курсе его сладкой любви. Как убежала, а когда вернулась попала в страшный сон. Как его возможно случайная фраза: " Что бы мы без тебя делали Ирка," решила дальнейшую судьбу нашей семьи и дала мне призрачное право на дальнейшую ложь. Поведала я и о кладе в деревянной кадушке. Рассказала о чужом паспорте и о том как решилась стать Марго. Выдохшись замолкла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
