самым довольным образом выразился он. Влияние Дагота на менталитет Аватара проглядывался отчётливо.
Поэтому, подойдя к пареньку, Янгчен погладила его гладкую голову и вызвала ясную улыбку.
— В истории не было случаев, когда кто-то специально заключал договор, чтобы потом его нарушить. Узы — это крепчайшая связь самой души, к которой серьёзно относятся даже самые сильные духи, ведь за нарушение их душа окутается тьмой. Ты поймешь, насколько она важна после того, как найдёшь себе девушку и откроешь пятую чакру, — подёргав паренька за щечку, заставила всего покраснеть. — Кстати… Аанг, приближается день Зимнего солнцестояния, по условиям договора я должна сказать тебе быть осторожным.
— Это ведь день, когда духи способны проявлять невероятную силу в физическом мире? — натужно вспоминая уроки истории, Аанг смутился. — И почему же надо быть осторожным?
— До сего дня ты избегал встречи с Року, способного изменить твоё представление о мире всего парой слов, но теперь он будет способен прийти к тебе лично… хотя я бы на твоём месте не переживала, он не способен причинить тебе физический вред. Ведь ты это он, просто в ином воплощении. Мы все ценим тебя, Аанг.
— Хе-хе.
* * *
— Чёртова тварь, я тебе все чешуйки поотрываю, — летающая в небе гигантская фигура, перекрывающая доступ к целому солнцу своим исполинским телом, одним присутствием ниспускала на покрытые трещинами болотистые равнины несметное давление. Легенды о древних драконах, являющихся самим воплощением огненной магии, вернулись из мира мёртвых, чтобы показать насколько же велики различия с водным собратом — Унаги.
Дракон Фэнг был таким же питомцем Року, каким Аппа являлся для Аанга, различия были только в чистой силе. По этому миру ходили легенды, что драконы передавали свои знания Воинам Солнца, что они также черпают свою всемогущую энергию из светила, и это определённая правда — чем выше поднималось светило нашего мира, тем больше чувствовалось угрозы от этой сбежавшей из мира духов баночки с прахом.
Проблема в том, что он вообще не шёл на разговоры. Анубис не предлагал мне варианты, в которых можно остановиться и поболтать, он прямо говорил — победи! Но его мотивация была мне непонятна, даже если я пытался о чём-то спросить, как-то не раскалять конфликт, он поступал одним образом.
Разозлившись на меня по какой-то неведомой причине, Фэнг позволил с ходу вкусить всю ярость драконьего искусства — раскрыв свою чудовищную пасть, покрытую рядом острейших зубов, он образовал не просто какой-то поток сдавленной стихии, как это делал Унаги, а испустил из себя смачный столб пламени, прорвавший пространство со звуком отрывающейся от земли ракеты-носителя.
— Как красиво, — словно настоящее солнце ударило протуберанцем разных цветов — синего, красного и фиолетового. Огромная машина смерти, сражающаяся на дистанции. Меня в очередной раз поразили люди, которые должны были охотиться и убивать их, как я уже не один раз размышлял, но драконов можно победить исключительно разрушительными заклинаниями и исполинской мощью, вроде взрывов и огромных молний, но что же проделывать с землей?
С ней не перехватить этот огромный огненный столб, который нёсся на меня, и уж точно не захочется его чем-то блокировать. Да уж, если бы не первая чакра, которая заставляла мыслить максимально адекватно даже в такой критичной ситуации, я бы стал пеплом.
Пришлось окутывать ноги грязью и отбрасывать себя так далеко, насколько это только возможно, ведь по приземлению на землю, санстрайк образовывал мощный и опасный взрыв пламени, расходящийся по разным сторонам, как какая та бомба. Эта жуткая хрень была опаснее даже встреченного недавно мага взрывов. Нет, она опаснее даже трехглазого наёмника!
Бах-бух-дух*
Моё откинутое тело кубарем прокатилось по земле за пределами той платформы из грязи, которую я создал, и в секунду сжал кулаки, чтобы превратить висящие на шее бусы в продолговатое копье, напоминающее собой гарпун. Усилие мысли, и снаряд, имеющий просто превосходную баллистику, пронзил небеса по мановению ока оказавшись перед телом исполина.
Вот каким образом магия земли может его победить. Быстрый и смертоносный снаряд, напоминающий гигантскую стрелу драконобоя.
— Смертный, ты показал своё сердце, — вот только копьё просто пролетело мимо, и огромная тварь бросила взгляд на меня. Бесплотность… черта, которая, возможно, делала духа сильнее, чем всё ещё живых драконов, он прямо как Афка мог избежать получения урона. Если обычный дракон опаснее даже мага Воспламенения, то дракон-дух, это какой-то пранк. — Умы этих людей были наполнены желанием общаться и дружить c духами. Им искренне не нравилось, какой устой для них выбрал диктатор, носящий титул Хозяин Огня. Ты показал, что стоишь не на стороне духов и мира.
— Фэнг, передай своему Хозяину, что мы ещё можем договориться, — проблема в том, духи зачастую просто следуют какой-то воле и мало думают. Это Афка отличается разумом, но большая часть реально плохо соображает.
— Нет, если ты на стороне нации огня, значит, на стороне тех, кто убил моего Хозяина!
Вот чего он так взъелся! Похоже, он, как и его хозяин, были весьма категоричны в вопросе, на чью сторону встать — то, что я сделал с тысячей повстанцев, могло быть равносильно самому глубокому удару по чести. Это напоминало мне Киоши, которая не была согласна ни на какие компромиссы, если Року и его питомец унаследовали те же взгляды, это было максимально плохо.
ВШУХ*
Сделав выдох, моё запущенное в небо копьё рассыпалось и превратилось в песок ровно в тот момент, когда дракон собрался опять заготовить пламя. Если дух бесплотный только в момент избегания удара, то во время атаки должен становиться нормальным, верно? Так я думал до момента, пока железный песок тоже не прошёл мимо тела, из которого уже в следующий момент обрушился луч огня.
Что вообще происходило? Неужели я боролся с существом, которое идеально понимало, как использовать преимущества своего тела, и даже выходило за разумные пределы. Или… это я слишком слаб?
— Какой же ты безумец, — но меньше всего я ожидал услышать голос охреневшей от недавней ситуации Азулы. Казалось, она должна была просто сбежать, когда увидела в небе фигуру самого
