чтобы наладить с ним контакт? — спросил один из представителей делегации.
— Великолепно. Вы попали в самую точку. Если же вы ответите ему преимущественно в словах аудиального или тактильного языка, он просто увидит вас далекими непонятным и решит, что вы лишь смутно осознаете его точку зрения.
В этот момент в сознании египетского профессора словно вспыхнул свет.
— Я только что поняла одну вещь, сказала она. — Я поняла, как можно использовать это в работе со студентами. Если я хочу говорить убедительно, я должна разнообразить интонации, включить больше занятий, основанных на системе вопрос — ответ для студентов, предпочитающих аудиальный канал. Я должна предоставлять разнообразную визуальную информацию и иллюстрировать то, о чем я говорю, для студентов-визуалов. А для тех, кто предпочитает воспринимать мир кинестетически — через активное действие, ощущения и эмоции, — мне нужно включить в курс обучения больше заданий, связанных с групповой работой, проектами, презентациями и так далее.
Но еще более удивительно — это то, что я осознала новые возможности в общении со своей семьей, — ее голос потеплел.
— Что вы имеете в виду? — поинтересовался ее сосед.
— В ходе этого семинара я поняла, что в любом контексте у меня преобладает визуальное восприятие. Мне важно то, что я вижу, я горжусь тем, как я выгляжу. Моя квартира всегда чиста и прибрана. Все лежит на своих местах. — Она на минутку задумалась. — Мой муж и сын немного другие. Иногда, хотя я их очень люблю, они выводят меня из себя. И теперь я лучше понимаю, в чем наше отличие.
— Продолжайте, — попросила группа. — Мой муж замечательный человек. Он все делает правильно. Он ест свой ленч дома и готовит его сам, потому что университет, где я работаю, находится слишком далеко от дома, и я не приезжаю домой на ленч. И по его мнению, он все делает правильно. Он моет посуду и убирает ее на место. Проблема заключается в том, что он ставит посуду не на те места, и мне приходится все переставлять, когда я возвращаюсь домой (я люблю, чтобы все стояло на своем месте). И он не представляет, как правильно мыть стеклянную посуду, поэтому я часто перемываю ее заново.
И мой сын, — продолжала она, — ему шестнадцать, и я очень его люблю. Но его комната похожа на лагерь беженцев. Одежда валяется на полу, рядом разбросаны книги, вещи, как он находит то, что ему нужно, — ума не приложу. Но, чтобы не затягивать эту историю, перейду к главному. Я часто высказывала им, что я об этом думаю, и, к сожалению, я заработала себе репутацию ворчуна. Но сейчас у меня появилась одна идея. Я попробую применить то, что поняла на этом семинаре, и дам вам знать, что из этого вышло. Я пришлю вам всем электронные письма и расскажу, что случилось.
Около месяца спустя ведущий этого семинара и другие участники получили следующее сообщение по электронной почте:
Мои дорогие друзья!
Когда я приехала домой после столь долгого отсутствия, мой сын и муж встречали меня в дверях. Мы обнялись и поцеловались, и я была очень рада увидеть их снова. Как только я вошла, я сказала, что хочу поговорить с ними. Мой муж тут же ответил, что если разговор касается порядка в квартире, то лучше его не начинать. Несмотря на широкие плечи моего мужа, которые загораживали всю перспективу, я ясно видела, что квартира нуждается в серьезной чистке.
Я ответила, что, если они сядут на диван и уделят мне три минуты своего времени, я больше никогда ни слова не скажу им на эту тему.
— Что значит «ни слова», — удивленно спросил муж, — ты больше не будешь ворчать по поводу беспорядка?
— Не буду, — ответила я.
Они уселись и замолкли, с интересом ожидая, о чем же я скажу.
— Представьте, — начала я, но тут же исправилась. — Нет, как бы вы чувствовали себя, лёжа в постели утром выходного дня. Вам удобно и комфортно, вы в мире с собой и с этим чудесным утром.
Я на мгновение замолчала, посмотрев на их лица, и заметила, как они начали расслабляться и удобно устраиваться на диване, проникнувшись моими словами.
— У вас нет никаких дел, и вы можете делать то, что хотите, целый день. Ваша кожа чувствует прохладу чистых и свежих хлопковых простынь. Вы потягиваетесь и чувствуете, как ваши мышцы расслабляются, позвоночник распрямляется, и вам очень уютно в постели.
Они не говорили ничего, но выглядели так, словно находятся в раю.
— Вы чувствуете аромат свежесваренного кофе, который только что приготовили наши соседи, живущие этажом ниже, его запах принес через окно прохладный утренний ветерок.
В этом месте мой муж слегка потянул носом воздух, а сын облизал губы.
— Я приношу вам завтрак в постель, вашу любимую еду, и вы медленно и с удовольствием смакуете каждый кусочек, наслаждаясь ее вкусом и ароматом. Вы еще больше расслабляетесь, вам приятно и комфортно.
— М-мммммммм, — протянул мой муж.
— И, — продолжила я, — что бы вы почувствовали, если бы вы, лежа в своей постели, наслаждаясь чувством гармонии, расслабления и внутреннего спокойствия, ощущая дуновение утреннего ветра, аромат кофе, вкус пищи и прохладу хлопковых простынь, почувствовали кое-что еще. Если бы между вами и простынкой, чистотой и прохладой которой вы наслаждались, лежали бы тысячи крохотных колких крошек от хрустящих тостов.
— Черт, — воскликнули они одновременно. — Ты все испортила. Все было так хорошо. Как ты могла?
Они оба отодвинулись от стенки дивана и стали чесать свои спины.
— Мы действительно представили себе все это, а ты все испортила.
— Именно так чувствую себя я, когда я возвращаюсь домой и вижу беспорядок.
Я немного помолчала, давая им время поразмыслить над моими словами.
Я не могу сказать, что теперь они совершенно точно знают, что в моем понимании означает слово «порядок» и как, по моему мнению, должна выглядеть квартира. Но они очень стараются. Я спрашиваю себя, как это возможно? И мой ответ прост. Раньше я, конечно же, общалась с ними на одном языке, мы говорили по-арабски, но я в первый раз обратилась к ним по-настоящему, на их языке.
Первичный источник: Шилаг Деллер.
3.08. Аппетитное блюдо
В последнем году прошлого века президент Соединенных Штатов и его вице-президент путешествовали по Нью-Мехико с целью сбора средств. Было время ленча, и они сильно проголодались. Наконец, они приехали в небольшой городок. Там была только одна большая улица, на которой располагались несколько магазинов. Там же можно было пообедать.
Как только мужчины сели, к
