— Опомнись, Рахотеп! Что ты говоришь? Нас могут слышать? Это хула на священную особу фараона Верхнего и Нижнего Египта. Знаешь, что тебе будет за такое?
— Уж не думаешь ли ты испугать меня?
— Я только советую тебе быть острожным, брат мой. Давай встретимся где-нибудь в городе и поговорим тайно.
— Нет, Нехези. Ты мой враг и следующая наша встреча будет для тебя последней. Я всажу кинжал в твое горло.
После этих слов Рахотеп развернулся и ушел прочь.
"Я нажил себе смертельного врага, — подумал секретарь фараона. — Уж если Рахотеп что-то втемяшил в свою голову, то это надолго. Но, я действительно не хотел смерти Аны. Я пощадил его, и он умер от копья Небра. Но этот безумец и слушать меня не станет. Нужно быть острожным".
1336 год до новой эры. Первый год правления фараона Эйе. Фивы
Покои Нехези во дворце фараонаПериод АхетМесяц Эпифи
— Мерани! — Нехези позвал жену, как только преступил порог своих покоев. — Мерани! Ты здесь?
— Да, муж мой, — женщина вышла из-за резной деревянной ширмы.
— У нас неприятности, жена.
— Неприятности? Фараон недоволен тобой?
— Нет. Я встретил во дворце моего брата Рахотепа.
Нехези все рассказал жене о разговоре и предал ей свои опасения.
— Это опасно, муж мой. Я кое-что знаю о твоем брате. Он может просто подстеречь тебя на улице и всадить тебе кинжал в спину. Это опасный и враг.
— Но он мой брат. И так на моих глазах погиб Ана. После этого умер мой дядя. Я бы не хотел, чтобы умер и Рахотеп.
— Тебе стоит подумать о себе, муж мой. Ведь ты еще не знаешь одной новости. Я беременна. И скоро ты станешь отцом.
— Правда? — Нехези обнял жену. — Это большая радость для меня, Мерани. Я мечтал о сыне, которого родишь мне ты. Он унаследует и мудрость и мужество.
— Мне приятно, что ты рад этому известию, но мне страшно за тебя. Ты только стал большим человеком в Египте и твое будущее обеспечено. Фараон к тебе благоволит, и уже завтра ты станешь чати, если захочешь. Хотя и сейчас твой пост личного писца фараона достаточно высок. А твое будущее это и будущее нашего ребенка.
— Я сумею обеспечить сына или дочь достаточно хорошо. Но Рахотеп…
— Ты слишком легкомысленный, муж мой. Слишком. Ты столько сделал для фараона и это благодаря тебе он им стал. И теперь ты отступаешь, ибо у тебя на дороге стал твой двоюродный брат? Но он сам объявил тебя своим врагом.
— И что ты предлагаешь, жена?
— Нанеси удар первым. Обратись к Небра и пусть он поможет тебе.
— Нет, нет. Я не стану нанимать убийц. Да и самого Небра нет в Фивах. Он остался в Мемфисе по приказу фараона. И Пэнтоэр с ним. Один собирает сведения о врагах, а второй формирует отряд из египтян.
— Значит они не прибыли в Фивы до сих пор? — удивилась Мерани. — Это плохо! Ведь Рахотеп может нанести удар и по мне, а не только по тебе. А если он узнает что я беременна? Он может направить свою месть против меня, чтобы как можно больнее уязвить тебя в самое сердце. Разве я не права?
— Права! И потому я пришел сказать тебе, чтобы ты не покидала покои без сопровождения наших слуг и рабов. У двери стоят пять ливийских слуг с оружием. Им приказано повсюду тебя сопровождать.
— Пять слуг? Ты шутишь, муж мой? Но разве пять ливийцев остановят такого как Рахотеп?
— Но мы во дворце фараона, жена, и не забывай об этом.
После того как Нехези ушел, ибо у него появились дела — его вызвали от имени фараона, Мерани опустилась на кровать и стала думать. И через несколько минут, он вскочила и вызвала служанок.
Вбежали две финикийские рабыни.
— Что угодно госпоже? — спросили они с низким поклоном.
Женщина окинула рабынь взглядом и увидела что, они практически раздеты. Их крутые бедра прикрывали только белые повязки, что не достигали и колен девушек.
— Почему вы снова в такой одежде? Разве я не приказала вам носить ту одежду, что я вам дала недавно?
— Но, госпожа, все рабыни дворца носят такие же повязки что и мы. И мы не решились воспользоваться твоим милостивым даром.
Мерани увидела, что рабыни слишком привлекательны, а она сама в ближайшие месяцы расползется и утратит грациозность и красоту. И Незези может обратить внимание на рабынь. А ей подобная мысль была в последнее время неприятна.
Хотя египетские традиции в этом отношении не были консервативными. Каждый мужчина с положением имел целый гарем женщин, и его первую официальную жену это совершенно не беспокоило.
Но Мерани была особенная. Она не могла терпеть соперниц и считала Нехези только своим.
"Нужно будет убрать этих рабынь. А зачем я сейчас их звала? Так отвлеклась, что позабыла о главном. Ах да. Вспомнила".
— Вы прямо сейчас вдвоем отнесете мое послание в город, дождетесь ответа и тот час принесете его мне.
— Будет исполнено, госпожа…
Мерани желала встретиться с Ки. Вот кто мог посоветовать правильное решение. Но лишь служанки удалились, как в её покои вошла сама царица Египта Анхесенамон.
Она все еще была в богатом придворном одеянии и с укоризной посмотрела на Мерани, что была совершенно голой исключая накинутый на плечи плащ, что скрывал контуры её тела.
— Ты Мерани, жена Нехези? — спросила царица.
— Да, это я великая госпожа обеих земель. Нехези мой муж, а я его жена. Тебе нужен твой муж. Но он ушел по делам службы фараона, великая госпожа обоих земель.
— Мне нужен не Нехези, а мне нужна ты. Если бы мне понадобился он, то я бы легко нашла его.
— Но чем я могла заинтересовать великую царицу? Я только жена Нехези.
— Я знаю, как твои чары действуют на твоего мужа, Мерани. И не стоит тебе прикидываться обычной женщиной и женой. Ты совсем непростая египтянка и тебе известны многие секреты. Я знаю это.
— Секреты? Удивительно мне слушать это великая госпожа. О каких секретах говоришь ты?
— О таинствах братства грабителей могил, Мерани. Мне нужна помощь. И я не могу ни к кому обратиться кроме тебя. Фараон перекрыл мне все ходы. Но осталась ты, и он этого не учел.
Мерани поняла, что царица затеяла опасную игру и хотела вовлечь в неё и её. Выступать против фараона опасно, тем более что карьера её мужа при дворе шла вверх, но и отказать царице было делом опасным. Стоит её выслушать и подробнее узнать чего она хочет.
— Чем я могу быть полезна госпоже обеих земель? — спросила Мерани.
— Ты ведь знаешь, как я проиграла в борьбе с моим дедом Эйе? Твой муж помог моему поражению. Но я не обижаюсь на него. Наоборот. Он верно служил своему господину. И это правильно. Но теперь мы женщины сможем вернуть то, что потеряно. Если ты мне поможешь, то я не останусь в долгу.
— Но чем я могу помочь тебе госпожа? Я не обладаю влиянием на фараона, а мой муж не станет служить тебе.
— Этого и не нужно. Я хотела выйти замуж за хеттского царевича, но Эйе убил его и сам стал фараоном. Он облил меня грязью пред всей страной и сделал предательницей Египта. И многие после этого ненавидят меня. Но я могу стать женой египтянина, которого уважают в стране и свергнуть Эйе.
— Это страшные слова, госпожа. Это хула на фараона, — Мерани побледнела от такого предложения. Царица действовала слишком прямолинейно.
— Я ненавижу его и хочу его смерти! — красивое лицо молодой царицы исказила ненависть. — И я не боюсь в этом признаться. И если ты не захочешь меня предать в его руки, то мы сможем с тобой сделать то, чего я не смогла раньше при помощи могущественных гелиопольских жрецов Ра. Ты станешь мне помогать?
— Могу ли я отказать тебе, великая госпожа?
— Можешь если боишься. Я более ни, словом не обмолвлюсь с тобой об этом с тобой. Но разве ты сможешь отказаться? Ты женщина такого сорта, что и я. И ты любишь опасные игры.
Анхесенамон была права, придя к Мерани. В душе молодой жены Нехези сразу же зажглась искорка азартного игрока. Она любила трудные задачи еще когда грабила гробницы. А здесь такое дело с такими ставками и с такими опасностями. Такое судьба может подарить только раз.
— Я вижу, что ты согласна, Мерани. Согласна мне помогать?
— Согласна, госпожа.
— Но тебе стоит помнить, что нас пока только двое. Двое против Эйе и всех его многочисленных слуг.
— Я это знаю, и меня это не пугает. За кого ты желаешь выйти замуж из египтян?
— А ты сама не догадываешься?
— Догадываюсь. Я вижу только кандидатуру Хоремхеба в мужья и фараоны. Он пользуется большой популярностью и еще не стар. И с ним ты сможешь победить Эйе.
— Это верно. Ты умна, Мерани. И я в тебе не ошиблась. Хоремхеб сейчас не так силен как ранее. Эйе стал слишком популярен. Но если он возьмет меня в жены, то получит возможность овладеть двойной короной. Я нужна ему, а он нужен мне.
