Читаем без скачивания Собака Вера - Евгения Николаевна Чернышова

Я тогда просто ушел. Вышел из всех чатов. Страшно захотелось исчезнуть вместе с млекопитающими, и я исчез. Я и раньше-то избегал лишнего общения. Я любил дело. Столько-то мешков корма, фруктов, овощей, сена (бывало и такое) отвез-привез. По стольким-то точкам волонтеров развез. Столько-то приютских собак и кошек пристроил. Я и машину купил, и научился водить, чтобы было удобнее помогать.

Работа моя с собаками тоже закончилась.

Я мог бы, конечно, уйти в помощь тем, кто пока жив, но я абсолютно не почувствовал в себе на это сил. Во мне снова все заморозилось будто. Как тогда, когда картонный глобус по школьному коридору мои одноклассники пинали. Ну, это уже совсем другая история. Может быть, потом запишу.

14 ноября 2017

Сегодня рядом с переполненной урной нашел зонтик. На улицах грязно, помойных голубей развелось несметное количество. Раньше никто особо не задумывался, что голуби – это по сути те же крысы, только с крыльями. И вот оказалось, что обычные дворовые кошки влияли на популяцию голубей тем, что на них охотились. Правда, орнитологи говорят, что они и ценных редких птиц убивали, кошке же все равно, она Красную книгу не читает. Не читала.

Не сказать что за три года в экологии ничего не сдвинулось, многое в природе медленно, но верно катится в тартарары. Все хорошо понимают, что это начало конца. Мы сидим на самом краешке. Слишком много вариантов того, что может случиться. Поэтому и сирены регулярные. Теперь уже никто и не вспомнит, из-за чего их стали включать два года назад.

При этом удивительно, но многое в жизни почти не изменилось. Так уж он устроен, человек, умеет приспосабливаться и отодвигать главные неприятности на потом. Почти все так же работают кафе и магазины, ездят машины, на входе в метро раздают бесплатные газеты. На обложках газет по-прежнему всякие нелепые вещи типа «В Петербурге пчелы облюбовали фонарный столб».

Правда (об этом тоже много говорят), если начнут вымирать птицы или насекомые, вот тогда нам крышка. Я это буквально вчера слушал в интервью какого-то очередного эксперта. В экосистеме произойдут необратимые изменения, говорил он. Как будто сейчас они обратимые.

16 ноября 2017

Сегодня рядом с «Владимирской» мне в голову чуть не прилетел ботинок. Это такой привет от Стерегущего.

За два года каждую мало-мальскую площадь, каждый свободный пятачок у метро облюбовали эти персонажи. Постэпидемное явление Петербурга: юродивые и кликуши. Никто толком не знает, откуда их столько взялось. Они стоят, шатаются, машут руками, трясутся и громко рассказывают, что конец света близко, и перечисляют все его подробности. По мне, так это совсем не оригинально, такие мысли сейчас у каждого в голове. Иногда они падают, гнутся всем телом и корчатся на земле. На это вообще смотреть невозможно. Правда, тот, что на «Владимирской» тусуется, мне нравится. Настоящий громила, выше двух метров ростом, огромный, широкий, как шкаф. Этот по земле кататься не будет. Одет он во что-то неприметное и мятое – какие-то грязные брюки со следами былого великолепия стрелок, рубашка неопределенного цвета. На голове старая шапка-петушок. Но зато он всегда обут в черные лакированные, до блеска начищенные туфли. Большую часть дня он просто стоит и смотрит в сторону церкви. Иногда поднимает пудовый кулак и грозит кому-то. Каждый час оглашает что-то на их кликушечьем. И иногда внимательно всматривается в ограду церкви, снимает одну туфлю и швыряет туда. Я это случайно заметил, а потом пару раз специально приходил наблюдать. Местные кликуши и уличные музыканты, которые там ошиваются, прозвали его Стерегущим. Они же ему эту туфлю приносят обратно.

Глава 12

2009

Квартира Вани

– Это что?

– Это ром, мой друг.

– В канистре?

– Не будь ханжой. Восхитительный ром.

– Мы все здесь поляжем.

– Но сначала воспарим.

– Иван, в вашем доме всегда так хорошо.

– Я рад.

– «Тайна третьей планеты…»

– Рюмки, рюмки.

– Рюмки закончились, есть кружки.

– Откуда эта бормотуха?

– Не пил, но осуждаешь?

– Просто хочу выжить.

– Выживешь.

– «Расы и континенты…»

– И не ослепнуть.

– А что такого ты тут не видел?

– Мы на крышу полезем?

– Ну, за вас!

– Этот ром мне знакомый привозит прямо с завода. Просто не разлитый в бутылки.

– Страшный человек этот твой знакомый.

– Ванек, ну?

– «Все это только сон тукана…»

– Кто со мной курить?

– Курить – здоровью вредить. – «Я-я-я-я нервный… Я верный, пока…»

– По второй.

– Ух, ну и дрянь.

– Ты что его чистоганом-то пьешь? Вот кола, смешивай.

– О-о-о, кто пришел!

– Стременную!

– Стременная – это когда провожают, дурак лохматый.

– Выпивай.

– Что за дрянь такая?

– Опять дрянью обзывают, никто не ценит изысканные напитки.

– И вот мы проходим мимо этой собаки, и она меня кусает, прикинь?

– Тебе надо было тоже ее укусить.

– Кто такой Саша Черный? Я знаю только Бориса Рыжего.

– Ну и как обычно: «Кем вы видите себя через пять лет?»

– И что ты ответил?

– Что через пять лет мы все будем бороться за выживание.

– Думаю, все-таки лет пятьдесят у нас еще есть.

– Не переживай, Темыч нас всех спасет. Как там твой НИИ, кстати?

– Да что НИИ, у него в комнате скоро будет биозавод по переработке пластика.

– «Накатила суть!»

– Это Тема у нас мыслит масштабно, а Катя – гений маленьких вещей.

– Маленький гений маленьких вещиц.

– Иван, в вашем доме всегда так хорошо.

– Я повторно рад.

– Мы на крышу полезем?

– Расскажите о вас, дорогая Арина.

– Я приехала журналистом быть. Катя – филологом.

– Все получилось?

– Ну, я работаю. Новости пишу, репортажи.

– А Катя? Что пишут филологи?

– Конкретно Катя пока ничего. Она только будет в магистратуру поступать. А потом в аспирантуру. А Катя где, кстати?

– Не видел.

– Не видела.

– Мне приснилось, что Нотр-Дам де Пари сгорел.

– Это к материальным трудностям. Или к бурному роману.

– А что по Фрейду?

– По Фрейду все как всегда – подавляемая страсть.

– Мы на крышу полезем?

– Потом.

– Кошечки.

– Собачки.

– Западноберлинские спички.

– Я не сдвинусь.

– А где Катя?

– Они с Артемом пошли за колой.

– Я ее потеряла.

– Что-то их уже два часа нет. Куда они пошли? В Кудрово?

– Во, Тема написал, что они гулять пошли.

– Интересненькие прогулки вдвоем.

– Ага, а мы сидим без колы.

– Можно с компотом смешать.

– А что за компот?

– С сухофруктами.

– Худший коктейль в моей жизни. Ром из канистры и компот.

– Мы на крышу-то полезем?

– Давайте прямо сейчас!

– Не-е-е, давай завтра.

– Надо сегодня. Надо сейчас.

– Я и пальцем не пошевелю.

– И я.

– Идем прямо сейчас.

– Отстань.