же даже не рассказал тебе, какой я вредный и ужасный брат, — усмехнулся Гектор. — Так вот. Когда-то давно — нужно точно посмотреть в книге — наш предок перешёл дорогу не тому волшебнику. Уж не знаю, как он умудрился найти неприятности в Норвегии, но после его возвращения оттуда, все мужчины в нашем роду не доживают до шестого десятка. Предполагали многое, но я склоняюсь вот к чему: его проклял некромант. Только они имеют такую силу, способную наложить отпечаток на весь род.
— Но я думала, что всё, что говорят про некромантов — сказки! Разве они существуют?
— Не знаю, — пожал плечами Гектор. — Может сейчас уже нет, а три сотни лет назад — существовали. Это всего лишь моя теория. В конце концов, какая разница, если сделать с этим ничего нельзя?
— Но ведь и опускать руки нельзя…
— Милая, неужто ты думаешь, что никто из остальных мужчин Дагворт-Грейнджеров не пытался снять проклятие? Мы не просто так стали специалистами в тёмной магии и в области зельеварения. Стараясь отыскать способ продлить себе жизнь, рано или поздно станешь специалистом.
— Это как-то несправедливо… Ведь должен же быть хоть один способ это остановить!
— И он есть, — Гектор выразительно посмотрел на Гермиону. — Наш род закончится на мне. Проклятие спадёт с моей смертью.
Гермиона покачала головой. На глаза против воли навернулись слёзы. От того, как просто Гектор говорил о своей предполагаемой смерти, становилось не по себе. Будто где-то в районе солнечного сплетения вырос терновник и постепенно разрастался, цепляясь колючками, по всей области грудной клетки.
— Это просто ужасно. Должно же быть что-то, может, все остальные что-то упускали…
— Гермиона, — он впервые назвал её по имени, и Гермиона вздрогнула, — я уже давно с этим смирился. И, честно сказать, до твоего появления я не видел в жизни особого смысла. Но теперь я надеюсь достойно встретить смерть, передав тебе свои знания.
Гектор осторожно протянул руку и неловко погладил Гермиону по ладони. В этом жесте было столько поддержки, что Гермиона всё-таки не удержалась и заплакала.
***Сменив цвет волос и накинув мантию-невидимку, девушка покинула поместье и вновь отправилась в Лютный переулок. Выглядел он сегодня также уныло, как и всегда. Осознавая, что полнолуние приближается с каждым днём всё ближе и ближе, Грейнджер сделала вывод, что просто так искать Грейбека, бродя по Лютному, — очень глупо. Нужно действовать решительнее.
Обойдя егерей, валяющихся на улице, она выбрала одного, который казался самым бодрым. Девушка склонилась над ним, взяла его за руку и с тихим хлопком трансгрессировала.
Оказавшись с егерем в пустынном магловском переулке, Гермиона навесила вокруг них чары, отвлекающие внимание.
— Энервейт! Силенцио! Легиллеменс! — скомандовала ведьма.
Погрузившись в сознание молодого егеря, Гермиона старалась узнать о нём как можно больше. Его звали Алек Бэддок, но все егеря, водившиеся в Лютном, звали его исключительно — Ал. Он не был глупым и в довольно короткий срок заработал себе неплохую репутацию. Ал занимался добычей редких ингредиентов и никогда не брал «грязные» заказы, типа убийств, избиений и пр. И выпивал он, кстати, хоть и часто, но до беспамятства — никогда. Что ж, для него это будет хорошим уроком. Выяснив, какое задание у парня было назавтра, Гермиона осторожно выскользнула из его сознания.
Она вытащила палочку из кармана потрёпанной мантии егеря, забрала её себе и перенесла парня под здание полицейского участка, находящегося неподалёку от переулка, в который она ранее трансгрессировала. Девушка долго раздумывала над тем, куда лучше перенести егеря, но в конечном итоге решила остановиться именно на этом варианте. Ведь в лесу парень должен был ориентироваться гораздо лучше, чем в магловском Лондоне, из-за особенностей профессии. А если бы он вдруг натолкнулся на коллегу и вернулся в неподходящий момент со стёртой памятью, это могло сильно помешать её плану.
Гермиона срезала с его головы несколько волос и выпрямилась, направляя палочку на егеря:
— Обливейт.
Постучав в окно полицейского участка и отойдя на приличное расстояние, девушка дождалась, пока выйдет коп и увидит егеря. После этого она со спокойной душой трансгрессировала к поместью и отправилась спать. Она довольно быстро справилась с сегодняшними планами и решила пожертвовать временем на записи в пользу сна.
***Новый день начался прекрасно. Черри не пришлось будить Гермиону: та сама поднялась как можно раньше, быстро привела себя в порядок и села за записи. Её отчёты раз за разом становились всё длиннее, и львиная доля написанного была о Гекторе. Вчера Гермиона позволила себе проявить эмоции. По какой-то странной причине, она знала, что Гектор не станет насмехаться над её переживаниями и не осудит её за слёзы. И она не ошиблась в своих предположениях.
Знал бы он ещё и о том, что творилось в душе Гермионы. Проклятие рода Дагворт-Грейнджер действительно закончится на ней. Но помимо Гектора пострадают ещё и настоящий сын Деифоба — в существовании которого девушка уже практически не сомневалась, — и отец Гермионы. И даже несмотря на то, что она для них чужая, Гермиона решила искать способ снять проклятие. И, конечно, теперь у неё был шанс познакомиться и с дедом, и отцом, представившись их родственницей. И никто не мог ей запретить это сделать. Важно было не упустить момент, когда отец и мать будут работать над ребёнком. Нельзя было позволить родиться ещё одной Гермионе Грейнджер. Если Джин забеременеет на пару месяцев позже, то Гермиона навсегда останется одной единственной Гермионой Грейнджер на этой планете.
Ведьма покачала головой. Вся её миссия в прошлое напоминала больше какую-то спасательную операцию. Она задумалась над тем, как часто волшебникам удавалось путешествовать во времени вот так, как она. Ведь никаких записей об этом не было. Она и сама никому и никогда не планировала рассказывать о том, какая интересная у неё судьба. Скорее всего, если и существовали такие же путешественники во времени, как она, то они тоже предпочитали затаиться. А может быть Дамблдор был одним из них? В конце концов, его действия часто вызывали у неё недоумение.
Зачаровав блокнот, ведьма закинула его в бездонную сумку и отправилась на завтрак. В столовой уже было накрыто, но Гектора на его привычном месте во главе стола не оказалось. Гермиона пожала плечами и уселась на своё место — по правую руку от Главы рода.
Домовики удивляли Гермиону каждый день, стараясь по изменениям эмоций на её лице определить, что именно нравится хозяйке. Та же, в свою очередь, тонким вкусом не отличалась, а после года странствий по лесам она и вовсе забыла, что такое
