ситуацию. И вам, и Борменталю. Оружие надо своё иметь.
– А в чём затруднения? – раздался вдруг голос егеря.
Никто не заметил, когда он вышел из транса и присоединился к компании. Анатолий Викторович вкратце рассказал ему, как ребят доставили на аэродром налегке, как обломалась надежда добыть оружие у Саратовского филиала и как имеющиеся в наличии стволы будут нужны самому майору и его бойцам.
Михаил Георгиевич неодобрительно покачал головой:
– Вот уж прости, но это не дело – отправлять людей в такую командировку и не снабдить всем необходимым. Я бы этому вашему Борменталю шею за такое намылил.
Он помолчал, раздумывая о чём-то.
– Ну вот что! – Бородач вновь заговорил, как видно приняв какое-то решение. – У меня тут не комитетский арсенал, но кое-что сделать можно.
Он снял с противоположной стены «Сайгу», подсумок с магазинами и протянул всё это Долгорукову.
– Как тебя… Всеволод, кажется, так? – Получив утвердительный кивок, егерь отдал ему карабин в руки. – Вот держи. Он заряжен. В подсумке ещё два полных магазина и один неполный.
– Дядь Миш, ты уверен? – усомнился в действиях бывшего наставника майор. – Знаешь ведь правила.
– Толик, успокойся! – отмахнулся тот. – Тебе ли говорить о соблюдении правил?
Он кивнул на сложенные у стены ящики и, подмигнув Варе, покинул комнату. Намёк хозяина дома заинтересовал оперативников, и они поспешили изучить принесённую «волкодавами» тару.
– Armbrust, – прочёл Всеволод немецкую надпись на одном из ящиков.
– РПО-А, – озвучил аббревиатуру другого ящика Тимохин. – Ёшкин матрёшкин! Это же «Шмель»!
– Вам эти названия о чём-то говорят, мои эрудированные друзья? – спросил Ашас, которому всё услышанное ничего не объясняло.
– Конечно, говорят, – просветил его Александр. – В этих двух ящиках немецкие РПГ, а в этих наши огнемёты.
– Ух ты! – воскликнул впечатлённый эмиссар. – Солидно!
– Я бы даже сказал, чересчур солидно, – нахмурился Всеволод, оборачиваясь к майору. – Анатолий Викторович, а это не слишком? Вы ведь с такой артиллерией тут половину заповедника сожжёте.
– Долгоруков, не гони волну! – осадил его Сулинов. – Я что, по-твоему, дурнее паровоза, в лесополосе таким оружием пользоваться?! Вы эти штуки с собой туда возьмёте. – Он кивнул в сторону висящего на стене ковра. – А уж там их можно использовать, не опасаясь лесных пожаров.
– Как туда?! – воскликнула поражённая Варвара. – Но ведь правила запрещают граничарам проносить в мир граней вещи из нашего мира.
– Всё верно, лапка, запрещают, – подтвердил за майора вернувшийся в комнату егерь. – Но видишь ли, порой бывает, что выполнить главную задачу руководства невозможно без нарушения некоторых правил. И нам приходится идти на эти нарушения зачастую не только ради выполнения своей задачи, но и чтобы банально выжить самим. Понимаешь?
Он остановился перед девушкой, доверительно глядя ей в глаза.
– Уж это-то они как никто другой понимают, – ответил за неё майор. – Помнишь, я тебе рассказывал про засаду в «Гэлакси»? Мне двух рук не хватит, чтобы по пальцам перечислить все их нарушения, совершённые в том кафе. Я уж не говорю о том, что даже сам факт их появления там был самым главным нарушением! Причём нарушением не правила, а прямого приказа. Верно я говорю, Воронюк?
Варя только тяжело вздохнула, не решаясь ответить командиру, и лишь исподлобья взглянула на инициатора упомянутого нарушения. Тимохин же, нимало не смущаясь, только пожал плечами, как бы говоря: «Подумаешь, велика важность. Ведь всё обошлось».
– Ну и ладно, – примиряюще проворчал Михаил Георгиевич. – Не будем ворошить прошлое, сравнивая, чьи грехи тяжелее. Подумаем лучше о будущем, тем более что судьба этого самого будущего сегодня ночью окажется в ваших руках.
Он протянул Варе принесённую старую винтовку с оптическим прицелом.
– Ух ты, трёхлинеечка! Антиквариат же, – восхитился Александр, любуясь оружием. – Давно мечтал пострелять из такой. Можно, а?
– Увы, приятель! – разочаровал его егерь, передавая винтовку девушке. – Репутация лучшего стрелка в вашей группе принадлежит Варваре Андреевне. Так что ей и карты в руки. Вот только извините, Варенька, патронов к ней маловато. – Он протянул вслед за винтовкой небольшой узелок. – Поиздержался я за сегодня боеприпасами. Почитай с самого утра мне монстры разные покоя не дают. Всё лезут и лезут, только успевай отстреливать.
– Ничего страшного, – заверила его Варвара. – Огромное спасибо! Обещаю, что ни одного патрона зря не потрачу.
– Охотно верю, лапка, – улыбнулся ей дядя Миша, отчего Варя вновь залилась румянцем.
– Ну а тебя, – егерь обернулся к Тимохину, – с пустыми руками тоже не оставлю. Вот держи, это, конечно, не винтовка, не карабин, но всё-таки какая-никакая, а огневая мощь в руках будет. – И он протянул ему ракетницу с горсткой осветительных патронов. – Зазря только не шмаляй, бережно обращайся.
Огорчённый парень ничего не сказал, только иронично угукнул, принимая «огневую мощь».
– Всё, извините, други сердечные, больше ничего нет, – развёл руками дядя Миша, адресуя извинение Ашасу.
Тот с пониманием кивнул, всем видом изображая, что ни разу не в претензии. Майор довольно хмыкнул, одобряя поступок бывшего наставника. Вооружать эмиссара было бы в его представлении неразумным и неосторожным поступком.
– Ну, пора! – Михаил Георгиевич хлопнул в ладоши, призывая к вниманию. – Больше тянуть нельзя. Пора идти. Все дальнейшие приготовления, пожелания и прочее побоку! Нас ждут на той стороне. Анатолий?
– Во внимании.
– Петруху оставляю на тебя, присмотри за ним. Он пёс умный, тебя знает, я с ним попрощался уже. Алиска ещё скучать будет, ну да орешками прикормишь. Добро?
Сулинов кивнул, а Всеволод на минуту даже огорчился. Он всегда хотел свою собаку. Бородач погрозил ему пальцем и указал на висящий ковёр. Так что пока оперативники в очередной раз уставились на копию шедевра изобразительного искусства, егерь и майор молча, так как слова им уже были не нужны, пожали друг другу руки, обнялись и резко разошлись, закончив прощание.
Сулинов покинул комнату, отправившись к своим бойцам, а старый егерь, присев у одного из ящиков с гранатомётами, скомандовал оперативникам:
– Вскрывайте тару и разбирайте стволы. Поможете мне их затащить.
– А зачем вытаскивать? – спросил Всеволод. – Разве не проще их прямо в ящиках занести?
– Проще, – с улыбкой подтвердил бородач, но тут же добавил: – Однако ящики слишком современные, не подходят для того мира, не место им там.
– А стволы прям-таки подходят? – сыронизировал Тимохин. – Для дикого средневековья оружие с реактивным снарядом самое обыденное дело. Никто не удивится и не испугается.
– Зря хохмишь, – сказал Михаил Георгиевич, откидывая крышку ящика и беря в руки один из гранатомётов. – Стволы ваш майор специально для меня готовил, так что они будут вполне гармонично смотреться.
– Ух ты! – раздался восторженный вскрик Ашаса.
Остальные промолчали, но с неменьшим восторгом рассматривали извлечённое на свет оружие. Современный гранатомёт был так обработан неизвестными умельцами, что его хоть сейчас можно было положить на музейную витрину, и никто бы не усомнился, что это исторический
