во все стороны простиралось бескрайнее синее море. На небе не оказалось солнца, равномерно подсвеченное от горизонта до горизонта, оно покрывало всё бирюзовым куполом на тон светлее морской глади. Я взлетел над водой и увидел тело, качающееся на волнах. Человек лежал лицом вверх, раскинув руки в стороны. Глаза на узком лице были закрыты, все три. Тот, что посередине лба – тоже. Человек спал.
В этот момент у меня голове вспыхнуло какое-то озарение. Я кинулся к нему, схватил за бледные узкие плечи и стал трясти.
– Проснись! Немедленно проснись, слышишь! Этот мир – одна большая ловушка! Проснись и освободи нас всех!
Мой крик эхом разнёсся над гладью океана, но человек и ухом не повёл. А потом что-то сверху дёрнуло меня, и я открыл глаза.
Спальня. Мандалы.
Глава 8
Не сказать чтобы этот сон был приятным, но всё лучше, чем тот, про воплощение со жрецом. Хотя бы потому, что был лишь моей фантазией. Только о каком блоке он говорил, было совсем неясно. Наверное, стоило сделать перепросмотр перед сном, но вряд ли я в том состоянии был способен на чём-либо сосредоточиться.
День на работе пронёсся быстро, и я побежал на тренировку. А после снова поймал Аржану у выхода из зала. В этот раз она собралась ещё быстрее, и у меня стало складываться впечатление, что она действительно от меня убегает.
– Спешишь? – спросил я, догоняя девушку.
– Да нет, – ответила она.
И вот опять – явно ведь торопилась, а теперь ведёт себя как ни в чём не бывало. Ну и я тогда тоже буду так себя вести.
– Может, посидим немного в «Сабвее»? – предложил я. – Нужна твоя помощь в толковании сна.
– Разве что полчасика, – кивнула Аржана.
Я взял нам по сэндвичу и чашке чая. В этот раз девушка отказываться не стала.
– Не успела поесть перед тренировкой, – пояснила она.
Пока Аржана уплетала сэндвич, я принялся рассказывать сон. Девушка кивала, иногда вскидывала брови и округляла глаза. Словесный комментарий она дала после того, как я закончил с историей, а она с сэндвичем и чаем.
– Ну, этот сон, конечно, внутренний, но не очень глубокий, – сказала Аржана. – Скорее, ты бродил среди собственных построений ума. Есть определённые архетипы: кладбище, возрождение, цикличность. И тот момент, где ты нырнул в воду очень интересный. Это как бы трансформация твоих предыдущих построений в одно более ёмкое – этот мир – ловушка сансары. Слышал о сансаре? Бесконечном круге перерождений?
– Конечно, – кивнул я. – Это из буддизма, кажется.
Катька постоянно мне про эту сансару рассказывала, её на йоге научили. Вот будто мы обязаны постоянно умирать и снова рождаться в этом мире. Это постоянно повторяется и повторяется по кругу. И что цель всякого духовного существа – вырваться из этого круговорота, выйти из сансары. Только вот куда выйти и где мы потом окажемся, толком объяснить не могла. Я пропускал эти рассказы мимо ушей. Даже если всё так, это положение вещей меня вполне устраивало. Игра под названием «Жизнь» с офигенной графикой. Жаль только, опыт после выхода из игры каждый раз обнуляется. Хотя, если вспомнить мой недавний сон про жреца смерти, то и это совсем неплохо. Если все косяки из прошлых жизней помнить, сам себя сгрызёшь.
– Тогда ты, может, слышал и про сон Брахмы или Вишну? – поинтересовалась Аржана.
– Не особо. Это бог какой-то индийский? И что ему снится? – уточнил я.
– А снимся ему все мы, – вздохнула Аржана. – Мир этот снится, люди. Мы все – его сон. А если его разбудить, всё в один миг исчезнет. И мы с тобой, и целый мир. Вот так.
– Чего ж я его тогда будить кинулся? – удивился я.
– Ну, это тебе виднее, – протянула Аржана и вдруг заглянула мне в глаза. – Андрей, у тебя всё хорошо?
Её взгляд был настолько пронзительным и пристальным, что слова застряли у меня в горле, а мысли разбежались. На миг мне показалось, что она знает обо всех моих трудностях: и про ведьм, и про Коляна, и про Оранжевого с Фиолетовым. Показалось, что она сейчас достанет меч и скажет: «Ладно, признаюсь, это была я!»
Но Аржана отвела взгляд и взяла чашку.
Я собрался с ответом:
– Ну, есть, конечно, проблемы. Но не настолько, чтобы рушить этот мир.
Аржана вздохнула и потом, помолчав, словно нехотя произнесла:
– Иногда глубокие внутренние конфликты не выходят на уровень сознания. В любом случае, тебе стоит понаблюдать за своими мыслями и состоянием. Я видела, что сенсей заметил твою рассеянность на тренировках.
Я кивнул.
– А может, это что-то другое значит? В плане, я не знал ведь про этого бога, который спит. И что будет, если его разбудить.
– Да нет, – покачала головой Аржана. – Тут слишком очевидно. Особенно, учитывая те слова, что ты ему кричал. Так что, может, ты и не знал, но слышал точно. Даже я слышала. А подсознание запомнило.
– Вот уж не думал, что у меня такое отношение к миру, – проворчал я.
Девушка пожала плечами и поставила пустую чашку на стол, как точку в нашем разговоре. Мы стали собираться.
Снова попрощались в метро, на этот раз теплее, чем в пятницу. Я сел в поезд и гадал, она на самом деле не верит в магию или верит, но обманывает себя. Или меня? Ну, если верит, ей пора бы признаться, вон я сколько ей рассказал и не стесняюсь. Да из этих снов она обо мне знает больше, чем Катька, которая пять лет со мной прожила под одной крышей! И всё ведёт себя как-то... Боится, что ли?
В эту ночь обошлось без снов. Видимо, организм набирал нужный объем энергии после издевательства неорганов и снов про сансару. Я уже привык к этим «пробелам» в практике сновидений и решил пока поработать в реале. Например, попробовать найти старого некроманта.
Мы устроились с отцом на перекус, когда я завел разговор.
– Пап, у меня есть к тебе одна просьба. Не совсем обычная. Мне нужно найти одного человека.
Отец вопросительно приподнял бровь и посмотрел на меня.
– У тебя, наверное, есть определенные связи, – добавил я.
– Может, и есть, – нехотя согласился отец. – А что за человек?
– Мошенник,
