уже были на этаже.
Тут же захлопнул за собой дверь.
Все! Безопасность! Зомбарь стальную дверь не проковыряет, так что можно быть спокойным.
Свет в квартире не горел, но, впрочем, я и так знал, что и где тут — бывало, что заходил. Олег частенько просил с компом помочь разобраться, а я обычно не отказывал.
— Олег! Эй, Владимирович! Ты дома?
Ответом мне было какое-то невнятное мычание со стороны комнаты.
Ура, дома!
— Можно я зайду? Тут что-то странное на лестнице!
Ответа не было, но если б он был против, то точно бы озвучил. Может, в сортире человек… Может, потому и не подошел к двери?
Я ухватился за эту мысль, как за спасительную соломинку, и шагнул вперед.
Внезапно пол под ногами заскользил. Под дверью на ламинате была какая-то лужа, и я плюхнулся задом прямо в нее. Машинально выставил руки, и противная липкая дрянь тут же перепачкала ладони и пальцы.
Черт, что это? Надеюсь, не дерьмо… У Олега кошак был, и он частенько жаловался, что тот гадил где хотел.
Я поднес ладонь к лицу и почувствовал резкий металлический запах. Вообще у меня с обонянием полная жопа, после «коронованого» вируса я ни черта не чувствую запахов. Ну как… только резкие совсем, как сейчас.
И так пахнуть могла только кровь.
С трудом поднявшись, я нащупал рукой на стене выключатель. Резко вспыхнувший свет неприятно ударил по глазам.
Оказалось, что весь коридор сейчас залит огроменной лужей крови, но при этом кровь свернулась уже давно.
Я попятился назад к двери, пытаясь нащупать на ней задвижку замка, совершенно забыв, что там, на площадке, меня может ждать зомби.
В этот момент в проеме двери, ведущей в спальню, показался Олег. Похоже, резкое изменение освещенности сработало как триггер, вот он и пришел.
— Олег, здесь… — начал было я, и тут же осекся.
Бледный до синевы, он стоял, шатаясь, и глядел на меня. Шея, плечи, грудь форменной рубашки были залиты кровью, уже успевшей побуреть.
Увидеть его таким я совершенно не ожидал, глядел на него, боясь пошевелиться. А он вдруг вытянул руки, на которых я заметил след укуса, негромко заурчал, шагнул ко мне, так и стоявшему в полном ступоре.
Но тут на помощь пришла все та же лужа, за минуту до этого уронившая меня на пол. Скользкий пол сыграл с ним ту же шутку, что со мной, и Олег или, скорее, то, что недавно им было, с размаху упало на пол. А с меня будто бы оцепенение слетело, которое охватило сознание в тот миг, когда я его увидел. Я понял, что вновь могу шевелиться, могу двигаться.
В первую очередь в который уже раз дернул молнию на куртке. Черт! Похоже, эта гадина зажевала куртку, а значит, открыть ее быстро нечего и думать.
Быстро оглянувшись, я понял, что с оружием или хоть каким-то его подобием тут полный швах.
В прихожей не оказалось ну просто вообще ничего, даже отдаленно способного сойти за оружие.
Олег все еще ворочался в луже, никак у него не выходило подняться. И я решился. Одним прыжком преодолев разделяющее нас расстояние, я попытался наступить ему на спину, чтобы сделать потом еще один прыжок и добежать до кухни. Уж там-то были как минимум ножи.
Однако такие приемы, как я пытался провернуть, срабатывают только в кино. Ну, или же чтобы их выполнить, нужно иметь хоть какую-то подготовку.
У меня не получилось. Я сделал один-единственный шаг, и моя нога, которой я толкался, предательски проскользнула по полу в последний миг, а вместо эффектного пируэта с приземлением на спину врага я на него рухнул всей своей тушей.
Зомби знатно оживился и задергался, пытаясь перевернуться и ухватить меня.
Не выдержав и заорав благим матом, я, сам себя не помня, оказался под стенкой, отпихнул тянущиеся ко мне культяпки и, плюнув на гордость, как был, на карачках метнулся в сторону кухни.
Рука твари все же успела ухватить меня за кроссовок, но хвала лентяям — я не шнуровал ботинки после захода домой к Пешему, и мой «Lowa» просто остался в руке Олега-зомби, а сам я благополучно заполз на кухню.
Да только облегченно вздохнуть и поискать, чем можно отбиться, чрезмерно активный покойник мне не дал — он отбросил мой кроссовок, категорически отказавшись его грызть, пополз вперед, вслед за мной.
Благо в скорости передвижения он здорово мне уступал. Казалось, руки и ноги его плохо слушаются, работают с некоторым опозданием.
Я же огляделся в поисках чего-то, что может помочь мне спасти мою собственную жизнь.
Первым предметом, попавшим мне под руки и на глаза, оказалась табуретка-лесенка. На пике популярности таких вот табуретов одного шведского магазина местные умельцы наладили производство собственных аналогов, только потолще и понадежнее.
Вот конкретно эта, наверное, весила килограмм пять.
Я бросил взгляд по кухне. А получше ничего нет?
Ножи! Ножи вижу! Вон они, на стенке висят рядом с плитой. До них метра два, может, два с половиной.
Да только Олег уже практически дополз до меня.
Я не успею однозначно — он схватит меня за ногу и все, что ему останется — лишь подтянуться и цапнуть. И тогда все, пиши пропало.
В отчаянье ухватив табурет за две ножки и прямо так, сидя на полу, я ударил им Олега сбоку, стараясь, чтобы острый угол табурета попал точно в голову и именно туда пришлась вся сила удара.
То ли из-за адреналина и паники, охватившей меня, то ли еще почему, но удар, нанесенный из такой неудобной позиции, все же сработал.
Я свалил Олега на пол и он на мгновение замер, дав мне фору.
Далее я подтянул ноги, уперся коленями в пол, а спиной в кухонную тумбу, снова размахнулся, обрушив табуретку на голову ретивого мертвеца.
Уже никаких сомнений в том, кто был передо мной, не было — по всем признакам Олег был мертв. По всем, кроме одного — он шевелился и все еще не оставлял надежды добраться до меня и укусить.
На голове зомбака было две рассеченных раны, глубоких — мои удары сорвали с черепа куски кожи, и они сейчас висели неопрятными кровавыми лохмотьями, еще больше увеличив сходство Олега с киношными зомбаками.
Он все еще не «подох» — ворочался, попытался приподняться на руках, но я не позволил.
Уже полноценно встав на ноги, я вновь размахнулся своим «оружием».
Угол табурета обрушился на череп мента, теперь уже я целился острым углом в область виска.
