на какой-то вопрос, ухмыляюсь.
Последние лет десять я законопослушный добропорядочный бизнесмен, решающий деликатные проблемы богатых и знаменитых. Но в тот момент, когда этот кретин в соплях, слезах и крови начал оскорблять красивую, захотелось забыть про принципы.
Жаль, Игорёха опередил. Я бы с удовольствием показал уроду, что становится с теми, кто использует женщин. Особенно таких красивых, нежных и беззащитных.
С нежной, бархатной кожей, полными — кажется, нажми и брызнет кровь, — губами, копной блестящих без всяких салонов, густых тёмных волос.
Блядь.
Отойти бы и спустить пар. С той же опытной шлюхой Леркой или с любой другой из стреляющих в меня глазами эскортниц.
Этим даже платить не надо, сами с радостью опустятся на колени и исполнят любой каприз. Женщины всегда на меня вешались, несмотря на дурные привычки и любовь к пожестить.
Но не хочу. Этих — нет.
Зато от фантазии, чем мог закончиться урок для красивой, вся кровь бросается в пах.
Огонь я сейчас буду ходить. Только светить вставшим членом не хватало на весь цвет города.
Скривившись, допиваю виски, ставлю бокал на поднос проходящего мимо официанта.
Хватит, пять минут вышли.
Только Олеся находит себя сама.
Сначала от бассейна слышится испуганный вздох, на который реагируют все мои рецепторы. Потом громкий всплеск.
А потом тело опережает мысли, я в полторы секунды оказываюсь у бассейна и рыбкой ухожу под воду.
Умеет плавать? Не умеет?
Да похрен. Яркий, разрывающий миг страха, когда тёмная макушка уходит под воду заканчивается только когда она оказывается в моих руках.
Сильным гребком вытаскиваю нас на поверхность воды. Одной рукой держу трясущуюся Олесю, которая захлёбывается кашлем, другой балансирую в воде.
Сука. Уничтожу тварь, которая её тронула.
А в то, что это случилось просто так, не поверит даже клинический идиот.
Не тогда, когда у кромки бассейна довольно усмехается Лерка и уже сравнялась по цвету с белыми скатертями бывшее начальство красивой. Бывшее — потому что я сейчас выйду и…
— Тигр? — раздаётся слабое, и я вмиг переключаю внимание. — Ты… я… успел! — выдыхает она и расслабляется в моих руках.
Глава 25
Удар о воду заставляет ахнуть. И тут же в рот и нос заливается вода. Я не могу дышать, пытаюсь сглотнуть, но и в горле уже вода.
Больше не знаю, где верх, а где низ. Беспомощно машу руками, пытаясь выплыть, но почему-то не получается.
Лёгкие горят, паника сжимает сердце.
Дурацкие каблуки скользят по дну бассейна, в котором меня, похоже, и похоронят.
Воздуха совсем не остаётся, я бьюсь, но без толку.
И в тот момент, когда собираюсь сдаться, меня подхватывает и выносит на поверхность.
Кто? Что?
Всё равно.
Меня рвёт водой, она выливается из носа, ушей и даже глаз. Я боюсь перестать трепыхаться и продолжаю сучить ногами, лишь бы не снова под воду.
Только не туда. Я ведь так и не научилась плавать.
Вокруг тишина или мне просто так кажется. Потому что я кашляю так, что, кажется, выкашляю лёгкие. И останавливаюсь только когда горло начинает саднить.
Вдох. Боже, каким же сладким может быть воздух!
Я дышу с открытым ртом и цепляюсь…
А в кого я цепляюсь?
Чуть повернув голову, встречаюсь взглядом со своим спасителем.
— Тигр. Ты… я… успел! — шёпотом, потому что говорить я пока не могу.
— Ты звезда новостей, красивая, — усмехается он.
А в тёмных глазах тревога и, с каждым мгновением проступающее всё сильнее, желание убивать.
Меня? Но я ведь не сделала ничего такого.
Хотя позорище на уикенде у Звягинцева вполне сойдёт за “такое”.
— Здесь ещё никого так откровенно не топили.
Он внимательно вглядывается в мои глаза. Его пальцы приподнимают моё лицо за подбородок, отводят прилипшую к щеке прядь волос за ухо.
А совсем того, потому что в этом мне чудится самая настоящая нежность.
Тигр и нежность.
Смешно.
— Т-топили?
— То есть я ошибся и ты сама решила искупаться? — он поднимает бровь.
— Нет, я…
“Получай, сучка!”
— Кажется, меня толкнули, — признаюсь совсем тихо.
И сильнее обнимаю его за шею.
Для этого мне приходится прижаться к мощному телу, которое даже в прохладной воде кажется горячим.
— Сейчас и узнаем.
От этого обещания у меня мороз по коже без всякой воды. А Тигр тем временем плывёт к берегу, не выпуская меня из рук.
Понятия не имею, как это у него получается. Да и не думаю об этом, если честно. Мне просто тепло и уютно. Потрясающий, конечно, переход от “страшно и страстно”, но что есть, то есть.
Мне правда хорошо в его объятиях. Тем более я позволяю себе расслабиться на каких-то несколько секунд, пока ноги не нащупывают дно бассейна.
Но Тигр не даёт мне встать.
Он подхватывает меня на руки ещё до лестницы, ведущей наружу. Поэтому я могу насладиться всей глубиной реакции окружающих.
— Алексей Глебович, мы разберёмся, — подскакивает зампред. — Обещаю, виновные будут наказаны.
— В курсе. Сам накажу.
И Звягинцев, который вроде как круче и влиятельнее Тигра бледнеет на глазах. А вместе с ним бледнеют половина из сгрудившихся у край бассейна мужчин.
Зато все присутствующие дамы явно готовы прыгнуть и не в бассейн, чтобы оказаться на руках у мокрого Тигра. Так и вижу, как он выходит из бассейна со мной в объятиях, а светлые брюки и поло облепляют тренированное тело хищника.
Впрочем, Валерия не наслаждается. Встретившись со мной взглядом, она криво улыбается и растворяется в толпе. В отличие от Стеллы, самой бледной из всех, которая даже не пытается сдвинуться с места, когда мы проходим мимо.
Тигр едва не толкает е плечом, но Стелла, кажется, даже не замечает.
А я окончательно прихожу в норму.
— Меня можно отпустить, — едва слышно шепчу ему в шею. — Всё хорошо. Я сама.
— Сама ты оказалась в бассейне.
Его голос напряжён, чувствуется, что Тигр дико зол. Поэтому я предпочитаю помолчать, тем более от моего веса у него нет отдышки даже после подъёма на второй этаж.
Горло всё ещё першит, но сильная шея под руками, по которой можно якобы случайно провести пальцами — лучшее лекарство.
Я прислушиваюсь, но дом тих и спокоен, с улицы не слышится никакой музыки. Веселье вдруг переходит в разряд похоронного. И глядя на желваки, гуляющие по лицу Тигра, я убеждаюсь, что так оно и будет.
Только вряд ли он найдёт виноватых даже так. Обвинить Валерию? Так судя по выражению лица Стеллы, виновата как раз моя почти бывшая начальница. Только пугается она зря, подавать
