не сожжёт мой паспорт и полис.
Но додумать не успеваю. Вода в ванной прекращает шуметь, а, значит. пора морально готовится к новой встрече с Валерией.
Только новая встреча с Тигром оказывается куда более впечатляющей.
— С л-лёгким паром, — слегка заикаюсь, когда он появляется в проёме двери.
Обнажённый, если не считать обёрнутого вокруг бёдер полотенца. Апполон во плоти. Но лучше. В десятки раз лучше какого-то божка из греческого пантеона.
И я застываю, не в силах оторвать взгляд от мощной груди, по которой стекают прозрачные капли. Нервно сглатываю от мысли, что попробовать его на вкус должно быть невероятно вкусно.
Пугаюсь собственных мыслей.
Смотрю, как перекатываются рельефные мышцы под тёмной загорелой кожей. Как капли воды впитываются в край полотенца. Как Тигр одним движением зачёсывает назад короткие, подстриженные по последней моде волосы.
Кто там ищет идеал мужчины? Вот он, перед вами.
Красивый истинно мужской красотой, уверенный, властный, жёсткий, но справедливый. Знающий жизнь во всех её проявлениях. Потрясающий любовник.
И всё это хищник. Тигр.
Мужчина, который идёт не к своим вещам.
Он идёт ко мне.
И несмотря на то, что Тигр только что из душа и по идее должен бы не пахнуть ничем, меня с разбега, словно носом о стену, окунает в тяжёлый древесный аромат. Тот, который я почувствовала, впервые его увидев.
Тот, который навсегда останется у меня в сознании, как сила и мощь.
— Я в душ.
Собственный голос мгновенно превращается в писк. Я пытаюсь прошмыгнуть мимо этого образца идеального хищника.
Но Тигр ловит меня за свободную руку.
— А как же слово “член”? — выдаёт с опасным прищуром.
И пока мой мозг строит ассоциации и ищет смыслы, полотенце улетает куда-то в сторону кровати.
А моя рука касается чего-то очень горячего, стоячего и пульсирующего.
Глава 22
— Слово. О другом речи не было.
Но он уже сжимает моей рукой свой… пах? Достоинство?
— Теория должна подкрепляться практикой.
— Не в этот раз.
Пытаюсь убрать руку, непроизвольно сдвигаю чувствительную кожу и всем существом ловлю его горячий, довольный выдох.
— Видишь, красивая, у тебя получается.
Чёрт! От него пышет жаром. Какие-то тонкие вибрации передаются от Тигра мне, заставляя всё тело мелко дрожать то ли в панике, то ли в предвкушении. Почему-то рядом с ним эти чувства всегда идут рука об руку.
Низ живота тянет желанием. Он передаётся ниже и глубже, заставляет всю меня превратится в комок жарких, противоречивых эмоций. И все они сейчас сосредоточены в моей ладони, которая лежит на…
— Член, красивая. Четыре буквы, три согласные, одна гласная.
— Это перебор.
Пытаюсь быть строгой, но голос предаёт. Сами интонации гораздо больше похожи на те, как когда я стонала, не в силах сдержаться перед его напором.
— Разве? — усмехается.
И двигает моей рукой вверх-вниз.
— Мы опоздаем, — в голос добавляется паническая нотка.
Я просто не могу с ним. Не после того, как увидела Валерию, явно настроенную на продуктивные выходные. Не тогда, когда в любой момент ожидаю найти Тигра в её постели.
И оказаться посмешищем для всей почтенной публики.
А то, что он её якобы не хочет — так себе аргумент. Никто не мешает захотеть в любой момент.
А дальше будет “я делаю только то, что хочу”.
И никакие деньги не спасут меня от разбитого сердца и идиотских ожиданий.
— Подождут.
С опозданием осознаю, что он больше не удерживает мою ладонь. Но убрать вот так теперь кажется… невежливым?
Боже, что творится в моей голове.
— Ты же не оставишь его так? — произносит Тигр с насмешкой.
И я действительно не могу, чувствуя, как от любого моего микродвижения под пальцами всё напрягается. Прикусываю губу, опускаю взгляд.
И в тот же момент Тигр вытаскивает мою губу из захвата моих же зубов. Ласково проводит по ней большим пальцем, вырывает жаркий вздох.
— Выбор, красивая, — усмехается хрипло. — Ты же это любишь.
— Люблю?
Сознание заволакивает алым туманом, я почти ничего не вижу. Все мои ощущения сосредоточены на большом и пульсирующем органе в ладони.
— Либо доводишь дело до конца, либо произносишь слово “член”. Только убедительно, красивая. Чтобы я поверил, что ты усвоила урок.
— Почему урок?
Осмелев, двигаю рукой вверх-вниз, как он показывал. Наслаждаюсь хриплым полурыком. И тем, что теперь и Тигру требуются несколько секунд, чтобы ответить.
— А у меня школа для хороших девочек. На добровольных началах.
Боже, да что я исполняю-то!
— Нет!
Разжав руку, отскакиваю от него не целый метр. Мотаю головой.
— Это слишком. Для меня. Правда. Я…
И именно этот момент выбирает Валерия, чтобы застать всю красочную экспозицию.
Она замирает на мгновение в дверях как бы нашей спальни. Раскосые глаза скользят с меня на мои руки, перескакивают на Тигра.
И только тогда её зрачок расширяется, заполняя радужку.
— Алексей… Глебович. Кажется, вам нужна помощь.
И это полный сюр. Потому что быстрее, чем я успеваю опомниться, Валерия захлопывает дверь, поворачивает замок и оказывается перед Тигром.
— Ты запретил мне звать тебя. Но не запретил это.
И эта… особа с ослабленной моралью недолго думая встаёт на колени. Серьёзно? Вот так сразу? Наплевав на то, точ я всё ещё здесь?
— Эй!
— Погуляй, девочка, — усмехается Валерия перед тем как податься ближе.
И упирается в махровую ткань полотенца.
— Вы с ума сошли? Это, вообще-то, наша спальня. И мой… жених.
— Да брось, кто поверит, что Тигр поведётся на это, — она кивает в мою сторону, поднимает взгляд и просит с намёком. — Пожалуйста. Позволь.
И меня бьёт под дых, когда он наклоняется, чтобы намотать на запясть едлинный светлый хвост.
Нет. Не может быть. чтобы он повёлся на откровенную провокацию. Не при мне же, в конце-то концов.
— Оставлю вас, — горько усмехаюсь.
В душе муть и обида. К чему были все эти красивые слова, если по факту он не откажется от на всё согласной красотки?
Уравнять Тигра и Пашку мне не хватает смелости, но параллель проскакивает. И от этого вдвойне обидно, потому что Тигра со всеми его заскоками я считала другим.
Но что теперь. Деньги тянутся к деньгам, уверенность к уверенности, а мартовские кошки тащатся от опасных хищников. Причём взаимно.
Открывая дверь ванной, слышу полувсхлип, но не имею никакого желания проверять, чем занимаются эти двое.
В современном, отделанном по последней минималистической моде душе я встаю под струи горячей, обжигающей кожу, воды. Из керамической белой лейки льёт идеальный тропический душ, ванную заволакивает паром.
А я стою, бездумно изучаю швы в крупноформатной плитке и думаю.
Вот
