Обычного человека бесплотные или асомато могли убить одним прикосновением. Считалось, что они высасывают душу. Чтобы уберечь от них населённые пункты, между жилыми районами и тенеброй создавались буферные зоны, а чтобы бесплотных не становилось слишком много и они не разбредались дальше положенного, существовали охотники, которые ездили к границам тьмы и уничтожали тёмных тварей с помощью специальных фибральных техник.
Существовали целые рода охотников, которые уже достаточно давно — двести-триста и более лет занимались тем, что ездили к тенебре и истребляли бесплотных. Род Златоустовых был один из таких.
С одной стороны, меня мучило любопытство, хотелось поскорее вживую посмотреть на бесплотных, с другой — было страшновато. Эти твари даже на картинках выглядели жутко. Не верилось, что они существуют в реальности. Но я понимал, что встретиться с ними придётся в любом случае.
Костя был слишком слаб, чтобы участвовать в охоте. Отец потащил его с собой, но это вовсе не значило, что парень имел все необходимые навыки. Скорее, наоборот. А мне кровь из носа надо было продемонстрировать семье, что способен уничтожать бесплотных. Иначе старейшины могли выбрать на роль предводителя кого-то другого. Казалось бы, чёрт с ним, наследство будет моё при любом раскладе. Но внутри что-то не давало покоя. Раз уж мне выпал шанс, упустить его нельзя.
— Я вот что предлагаю, — сказала Ирина. — Мы можем отправиться на охоту через седмицу.
— На праздник урожая? — уточнил Евсевий.
— Да. А что такого? Будет три выходных дня. Как по мне — самое то.
— Вот через седмицу я только «за», — вклинился я. — К тому времени, думаю, уже можно будет ехать. А ещё я хочу осмотреть предприятия нашего рода. Мне нужно знать, что получу в наследство.
Это я считал тоже делом важным. Особенно меня интересовал мир Эпсилон. Про него я пока не нашёл никакой информации. Знал лишь то, что здесь на Земле существуют дыры в так называемые «побочные» миры. Несколько из них имеют пригодные для жизни условия, и потому они активно осваиваются на предмет полезных ископаемых, в том числе тех, которых не существует в обычном мире.
— Это мы позже обсудим, — отмахнулась Ирина. — Так что насчёт двадцать шестого числа? Ты, Евсевий, поедешь?
— Я буду. Остальные — не знаю. Праздник урожая обычно все проводят время семьёй.
— Вот и проведёте, — подытожила Ирина.
Встреча окончилась на довольно прохладной ноте. Чувствовалось, что Евсевий и Ирина на ножах, но вынуждены скрывать взаимную неприязнь и договариваться друг с другом, чего им делать категорически не хотелось.
Когда все ушли, я потребовал у Ирины, чтобы она отдавала мне те восемьсот драхм, которые казна рода ежемесячно выплачивает на моё содержание. Ирина взяла лист бумаги и расписала статьи расходов. Оказалось, что львиную долю пособия сжирает наша элитная гимназии, остальное тратится на продовольствие и жалование прислуге. По итогу я оставался ещё и должен. Ирина на возвращения «долга» не настаивала, но когда мне стал понятен расклад, надежда получить часть выплат, сразу улетучилась.
Леонид собирался переехать к нам завтра во второй половине дня, а у меня завтра после уроков намечалось сразу две драки.
* * *
— Ты что, братик, головой тронулся? — Инесса бежала за мной к палестре. — Хочешь драться с Кириллом? Да он тебя уроет!
— Не ссы, сестра, прорвёмся, — ответил я.
— Ты, кажется, совсем всё забыл. Ты же ни разу не дрался…
— Всё бывает впервые, — перебил я её. — К тому же один раз я всё-таки дрался.
— У Саши не так много сил, а Кирилл занял третье место в прошлом году. Это совсем другое! Даже когда тебя вызвали на поединок, мне пришлось драться вместо тебя. Не помнишь что ли?
— Хвала Мани, нет. Иначе сгорел бы от стыда. В потере памяти есть свои плюсы.
— Ну не надо, не делай этого! Я тебя прошу, — Инесса схватила меня за руку.
— Отстань, сестра. Меня вызвали на поединок, и я не отступлю, — я высвободил руку.
— Как же тебя убедить-то… А с Зоей зачем решил драться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да без понятия. Я ей сказал комплимент, она взъелась и вызвала меня.
— Ах вон оно что! — многозначительно протянула Инесса. — Всё понятно с вами.
— Что понятно?
— Да нет, ничего… Так, мысли вслух.
Нахмурившись, я посмотрел на хитрое лицо сестры, но ничего не сказал.
— И всё же давай ты не будешь драться с Кириллом, — продолжала она настаивать. — Я могу вместо тебя выйти. Это нормально. Не у всех имеются силы. А у меня хотя бы шанс есть.
— Так, Инесса, хватит, — я остановился. — Если хочешь смотреть поединок, иди в зал. Если не хочешь, езжай домой. Сам разберусь, с кем драться, а с кем — нет.
— Да я бы с радостью пошла, но у меня занятия! — воскликнула Инесса, чуть не плача. — Я не могу прогулять, иначе мне влетит. Обещай, что будешь осторожен. Как поймёшь, что проигрываешь, сразу сдавайся. Не хватало ещё, чтобы тебе что-нибудь сломали. Там же нет судей, это не официальный турнир. Драка может и травмой закончиться, а ты только из больницы выписался.
— Хорошо, я сделаю, как ты сказала. Обещаю.
— Блин, я же теперь все сорок минут места себе не найду. Назначили бы на другой день.
— Успокойся, — я взял сестру за плечи и посмотрел ей в глаза. — Слушай, всё будет в порядке. Помутузим друг друга и разойдёмся. Мне в голову стреляли усиленной пулей. Помнишь? Я выдержал. А какую-то драку не выдержу?
— Ладно, поверю тебе на слово.
— Ну всё. Иди учись.
Инессе ничего не оставалось делать, кроме как пойти на урок. Я же отправился в палестру в раздевалку, чтобы приготовиться к поединку.
Мы с Кириллом договорились драться в том же помещении, где несколькими днями ранее у меня состоялся разговор с Григорием Мономахом. Это был один из трёх залов для занятий рукопашным боем. Он как раз пустовал.
Переодевшись в длинные разноцветные шорты и безрукавную майку, я отправился в зал. Тут уже собрался весь класс. Шестнадцать пацанов расселись на лавках в ожидании поединка. Среди них выделялся Кирилл свой массивной фигурой и ярко-жёлтой бойцовской формой.
Он вышел на середину помещения, разминая руки. Я встал перед ним.
— Напоминаю правила, — объявил Федот — княжеский отпрыск из рода Ветровых, которого я постоянно видел в компании Кирилла. — Дистанционные техники использовать нельзя — только защиту первого типа. Поединок заканчивается, когда одна из сторон признаёт своё поражение. Можете начинать.
Он вернулся к скамьям, но садиться не стал, а скрестив руки на груди, принялся наблюдать.
Мы с Кириллом приготовились. Я сконцентрировал внутреннюю энергию в руках, ногах и голове, укрепляя тем самым фибральную сеть. Руками придётся бить, крепость ног давала устойчивость, а в голову чаще всего прилетает.
Кирилл долго ждать не стал, сразу ринулся в бой. Вначале прощупал джебом. Я уклонился. Потом стал работать двойкам-тройками, стремительно напирая на меня. Я закрылся руками и принялся уходить с линии атаки, то и дело пытаясь ударить в ответ. С первых секунд стало понятно, что мой соперник превосходит меня в технике. Да и фибральная сеть на его теле была довольно плотной.
Я ударил. Открылся. Тут же получил в голову. Удар оказался увесистым, чувствительным. Снова ударил — получил в челюсть ребром ладони. Мне не удавалось достать Кирилла — навыков не хватало.
Поняв, что ничего с ним не сделаю, я перестал защищаться и начал лупить его, что было дури. Мы попадали друг другу по предплечьям, лицу, голове. Пару раз я пробил Кириллу в туловище: один раз рукой, второй — коленом. В мозгу звенело, перед глазами расплывались круги.
Кирилл попытался войти в клинч, зажав мою шею — я вырвался. Тогда он обхватил меня за пояс и швырнул через себя. Я даже сообразить ничего не успел, как уткнулся башкой в пол. Если бы не сеть, наверняка бы шею сломал. Я резво вскочил. Кирилл, проводя бросок, тоже шлёпнулся на маты и едва поднялся, как тут же получил живот коленом, а потом — кулаком в челюсть.
