Иг откатил тележку вперед и установил ее на нужное место, используя момент всеобщей неразберихи, чтобы приготовиться к спуску. Никто и не заметил, как аккуратно он поставил тележку по отношению к полузасыпанным трубам.
Еще внизу, катая тележку туда-сюда, Иг обнаружил, что две старые ржавые трубы уложены на землю примерно в полутора футах друг от друга и что маленькие задние колеса тележки точно ставятся в этот промежуток. С каждой стороны от колесиков осталось примерно по четверти дюйма свободного пространства, и, когда одно из передних колес дергалось в сторону и пыталось сбить тележку с курса, оно, как подметил Иг, задевало трубу и возвращалось обратно. Было, конечно же, очень возможно, что на крутом спуске тележка стукнется о камень и перевернется, однако она точно не свернет с курса. Не может свернуть с курса. Она будет катиться между двух этих труб, как поезд по рельсам.
Одежки Ига все еще были у него под мышкой, он повернулся и кинул их Терри.
— Никуда с ними не уходи. Все это кончится очень быстро.
— Ну вот, ты сам это сказал, — сказал ему Эрик, что вызвало новую волну смешков, однако не взрыв всеобщего веселья, как можно бы было ожидать.
Теперь, когда настал момент и Иг держал ручку тележки, готовясь столкнуть ее вперед, он увидел на лицах некоторых мальчишек вполне откровенную тревогу. Некоторые ребята, поумнее и постарше, выглядели озабоченно, в их глазах читалось первое осознание, что кто-то, наверное, должен как-нибудь с этими шутками покончить, прекратить их, прежде чем они зайдут чересчур далеко и Иг серьезно пострадает. У Ига мелькнула мысль, что, если он сейчас же не поедет, кто-то может выставить серьезные возражения.
— Пока, — сказал Иг и, прежде чем кто-нибудь смог ему помешать, толкнул тележку вперед и встал на нее сзади.
Это был прямо этюд по перспективе — две трубы, уходящие вниз, равномерно сближаясь к конечной точке, пуля и ствол. Почти сразу с того момента как Иг стал на тележку, он окунулся в эйфорическую почти-тишину единственными звуками были визг колес и стук стальной рамы. Снизу на него мчалась Ноулз-ривер, ее черная поверхность сверкала алмазными вспышками солнца. Колеса со стуком уходили то вправо, то влево, ударялись о трубы и возвращались назад, как Иг и предвидел.
Прошли какие-то секунды, и магазинная тележка уже мчалась слишком быстро, чтобы Иг мог что-нибудь сделать, кроме как просто держаться. Он не мог остановиться, не мог слезть. Он никак не предвидел, насколько быстро она будет ускоряться. Ветер хлестал по его голой коже с такой силой, что она буквально горела, он чувствовал себя вспыхнувшим Икаром. Тележка обо что-то ударилась, о какой-то большой камень, и левая ее сторона оторвалась от земли, и это было, пожалуй, все; он неизбежно должен был перевернуться на этой огромной фатальной скорости, его голое тело пулей улетит вперед, земля обдерет с него всю кожу, его кости будут раздроблены в неожиданном взрывном ударе, как были раздроблены кости индейки. Однако левое переднее колесо зацепилось за верх трубы и вернуло тележку на место. Звук вращения этих колес становился все выше и пронзительнее, дикий сумасшедший визг.
Подняв глаза, Иг увидел конец тропы, место, где трубы сходились в конечной точке, а дальше — грунтовой откос, с которого он полетит в воду. На песчаной косе, рядом со своими каяками, стояли те девушки. Одна из них указывала на него. Хей-диддл-диддл… Иг перепрыгнул луну.[13]
Тележка с визгом сорвалась с труб и взлетела над откосом, как ракета, покидающая пусковую установку. Затем она ударилась об откос, и Иг взмыл в воздух, и небеса для него отверзлись. Солнечный день поймал Ига, словно он был небрежно брошенный мяч, и мгновение держал нежной хваткой, а затем стальная рама тележки ударила его по лицу, и небеса его отпустили, швырнули во мрак.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
У Ига остались обрывки воспоминаний о времени, проведенном им под водой, но позднее он решил, что это ложная память, потому что как бы он мог что-либо помнить, если был без сознания?
А помнил он сплошной мрак, и оглушительный рев, и вихревое движение. Его бросило в гремящий поток душ, оторвало от земли и всякого представления о порядке, приобщило к изначальному хаосу. Иг был в ужасе от этого хаоса, был потрясен мыслью, что, может быть, это ждет его после смерти. Он чувствовал, что его уносит прочь, не просто прочь от жизни, а прочь от Бога, от идеи Бога, от надежды, от разума, от идеи, что вещи имеют смысл, что за причиной следует следствие, и так, чувствовал Иг, не должно быть, смерть не должна быть такой, даже для грешников.
Он что было сил барахтался в этом яростном потоке грохота и пустоты. И мрак вроде бы расступился, отшелушился, как луковая кожура, и смутно показался кусочек неба, но затем мрак снова сомкнулся. Когда он почувствовал, что совсем слабеет и безнадежно тонет, его словно что-то подтолкнуло снизу и куда-то потащило. Затем совершенно неожиданно под его ногами появилось нечто более существенное, вроде бы грязь. Еще через секунду он услышал далекий крик и почувствовал удар в спину.
Сила удара сотрясла его насквозь, выбила из него мрак. Его глаза резко открылись, и он уставился в болезненную яркость. Его вырвало. Из его рта и ноздрей хлынула река. Он повернулся в грязи на бок, прижался к грунту ухом и слышал теперь то ли топот приближающихся ног, то ли стук; собственного сердца. Он был ниже по течению от тропы Ивела Нивела хотя в этот первый, еще смутный, момент сознания не знал точно, насколько ниже. Мимо него, в трех дюймах от носа, по илу скользнул кусок черного пожарного шланга. Только после того как он исчез, Иг догадался, что это была змея, ползшая по берегу.
Листья над ним постепенно начали фокусироваться, выделяясь на фоне яркого неба. Кто-то стоял рядом с ним на коленях, держа руку на его плече. Начали появляться мальчишки; они проламывались через пустырь и резко тормозили, увидев его.
Иг не видел, кто стоит рядом с ним на коленях, но был уверен, что это Терри. Терри вытащил его из воды и вернул ему дыхание. Иг опять перекатился на спину, чтобы взглянуть на своего брата, но на него отстраненно глядело худое бледное лицо мальчишки с поразительно светлыми волосами. Ли Турно машинально разглаживал на груди свой галстук. Его шорты были мокрыми хоть выкручивай; Игу не нужно было спрашивать почему. В этот момент, глядя на лицо Ли, он решил, что тоже будет носить галстук.
Прибежавший сверху Терри резко затормозил. Следовавший за ним Эрик Хеннити бежал так быстро, что чуть не сшиб его с ног. К этому моменту количество набежавших мальчишек достигло, наверное, двух десятков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
