перемигиваетесь, это, в конце концов, неприлично! — Кристина шмыгнула носом и принялась за второе пирожное. Лола едва слышно вздохнула, но промолчала. — Федька, скажи мне, как ты понял, что любишь Лолу?
Федор Дягилев поперхнулся чаем, долго и сосредоточенно вытирал стол салфеткой, потом пожал широкими плечами.
— Ну как-то… как-то так…. Вдруг взял — и понял.
— Теодор, не включай дурачка! — отвлеклась Крис от пирожного.
— Он влюбился в меня с первого взгляда и стесняется в этом признаться, — пришла на помощь мужу Лола.
— С первого взгляда? — изогнул бровь Федор. — Вот прямо в тот момент, когда ты сбила мой мотоцикл своей машиной?
— Ну или со второго, — невозмутимо парировала Лола. — Когда я поцеловала тебя на сцене «Ла Скала».
— Ой, какая у вас интересная история! — воскликнула Кристина. А потом вздохнула. — Какие вы счастливые. И везучие. Что встретились. Что полюбили друг друга. А не как… я… — Крис снова всхлипнула. Уткнулась носом в плечо сидящего рядом Федора, и он привычно обнял девушку за плечи.
— У тебя тоже обязательно будет своя счастливая история, — Лола подсела ближе и погладила Кристину по руке. — Вот увидишь.
Кристина подняла голову и посмотрела на сестру.
— Знаешь, сейчас настало самое подходящее время, чтобы рассказать о том, что я какое-то время была влюблена в Федю.
— Да ладно?! — дружным потрясенным хором отозвались супруги Дягилевы.
— Хотите сказать, что ни о чем не догадывались? — Федор решительно помотал головой. Лола задумчиво смотрела на кузину. — Ой, ну перестаньте! Не пугайтесь вы так!
— Пожалуй, я запрещу тебе обниматься с моим мужем.
— Нет, ты этого не сделаешь, — Кристина демонстративно прижалась к плечу Федора, и он по привычке снова обнял ее. А Кристина невесело рассмеялась и добавила: — Простите меня за то, что дразню.
— Значит, это неправда? — с облегчением вздохнул Федор. И Кристина снова рассмеялась. Обернулась и потрепала Федора по волосам.
— Самую капельку. И не переживай, это было чисто платоническое чувство. Просто ты… ты был единственным из всех знакомых мне людей, которого… которого, мне кажется, я могла бы полюбить. Если бы Лола не успела сбить тебя первой. — Кристина погладила зятя по щеке. — Все хорошо. Правда. Не переживай. Лолу я люблю все равно больше.
— В вашей семье все чокнутые! — шумно выдохнул Федор.
— Кроме мамы, — мурлыкнула Лола. А потом снова коснулась пальцами руки Кристины. — Кто он, Крис? Кто тот человек, которого ты смогла полюбить?
— Он… — Кристина села ровно и уставилась куда-то перед собой. — Он…
— Судя по твоим слезам, он редкостный мудак, — закончил за Кристину Федор.
— Нет! — энергично запротестовала Кристина. — Что ты, нет! Он удивительный. Умный. Порядочный. Красивый. Смелый. И вообще…
— В чем тогда проблема, я не понимаю… — неуверенно начал Федор.
— Проблема в том, что я его люблю, а он меня — нет.
— Он слепой? Он женат? — Федор и Лола задали свои вопросы одновременно.
— Он не женат. Но это отнюдь не значит, что он должен был полюбить меня, — Кристина сцепила пальцы в замок и уставилась на них напряженным взглядом. — Я дожила до двадцати пяти лет, прежде чем поняла одну простую истину. Смазливая мордашка не дает никаких гарантий в том, что ты будешь счастлива в любви.
* * *
— Как ты думаешь, это правда?
— Что именно?
— Ну, то… что сказала Крис?
— По поводу того, что она была влюблена в тебя?
— Ну да…
— Это льстит твоему самолюбию, признайся.
— Признаюсь — это меня ужасает.
Лола рассмеялась — и положила руку мужу на грудь, прижавшись щекой к плечу. А потом смех сам собой стих.
— Даже если там и было что-то — от Крис можно ожидать всего, чего угодно, скажу честно — то это давно прошло. Влюблена Крис сейчас — и влюблена, судя по всему, отчаянно.
— Думаешь, в этот раз все серьезно? — Федор накрыл своей ладонью руку жены, погладил обручальное кольцо.
— Ты ее такой, как сегодня, когда-нибудь видел?
— Нет. Но ведь я… Ты ее знаешь гораздо дольше и лучше.
— Именно. И такой я Крис никогда не видела. Понимаешь, — Лола завозилась, устраиваясь удобнее под боком у мужа, — несмотря на наше родство и на то, что мы много времени проводим вместе, я иногда просто не догадываюсь, что творится у Крис в голове. Я ее очень люблю. Но, знаешь, временами мне кажется, что она… немного не от мира сего. А еще — что она совсем холодная в плане эмоций. Как будто в их семье весь темперамент достался Шу и Рю, а на Крис не хватило. Чистопородный норвежский флегматик. Чего стоит эта ее легендарная фраза: «О каком сексе вы говорите, когда это время можно потратить на полноценный сон!». За ней кто только не ухаживал. Включая крупных бизнесменов из сотни «Форбс» и арабских принцев. Я как-то спросила Кристину об очередном ее таком поклоннике. Знаешь, что она мне сказала? «Мне от природы, в силу моей гендерной принадлежности, не досталось того, на чем я бы с удовольствием вертела эти ухаживания». И эта ее нарочитая грубость… Нет, я понимаю, почему и откуда это, но… А сегодня я вижу ее рыдающей. В истерике.
— По-моему, не было истерики, — неуверенно возразил Федор.
— Была. Ты ее пропустил. И потом, ты на Крис всегда действуешь как слоновья доза успокоительного, — Лола хмыкнула и потёрлась носом о плечо мужа. — А там все было. Я даже испугалась в какой-то момент. Что происходит? Как это вообще возможно: Крис, для которой сон важнее секса, рыдает взахлеб о каком-то мужике.
Федор помолчал, поглаживая руку жены на своей груди.
— Судя по всему, это какой-то выдающийся экземпляр.
— Зная Крис, я готова ко всему.
— Думаешь, она таки поддалась уговорам шейха?
— Думаю, мы это рано или поздно узнаем.
* * *
Она думала, что это просто. Глядя на Лолу и Федора, нельзя было думать иначе. Крис была уверена, что в жизни именно так и случается. Созданные друг для друга люди просто встречаются — и сразу понимают, что они созданы друг для друга.
Господи, как глупо. Так простительно думать Веронике!
