шарики дронов-диверсантов, готовых в любой момент открыть огонь на поражение.
Вышедший последним сполот оглядевшись по сторонам, слегка побледнел, видимо, представив, что останется от всей их «дипмиссии», если у меня сдадут нервы.
А в том, что пиетета перед «дорогими гостями» у меня нет, да и отправлять на тот свет всяких парламентеров я уже привык, прибывшая делегация точно знала – ролики с пиратскими командами, отправившимися в долгий полет в один конец, с «парламентерами», что пытались меня надуть, протащив на борт запрещенное оружие – все лежало в свободном доступе, как простое и четкое напоминание, кто в доме хозяин.
И, если сполот мои приготовления заметил, то вот Пэм прошла по красной дорожке и даже не глянула по сторонам, явно занятая какими-то своими и, судя по потухшим глазам, совсем не радостными, новостями.
Она даже не обратила внимания на то, что ее команду сперва технично разделили на три части, рассадив по трем разным платформам, а потом и вовсе развезли в разные стороны.
Сама Пэм и тот самый сполот, к моему сожалению, оказались в одной платформе, так что пришлось терпеть присутствие высокородной твари, свысока поглядывающей на мой парк.
Как ни странно, но гости вели себя удивительно спокойно.
Даже сполот, чей снобизм переливался через обвисшую нижнюю губу, был молчалив и демонстративно вежлив.
Он рассматривал мое зеленое сокровище сперва с раздражением, потом интересом, а потом и с удивлением.
И, удивляться было чему, если честно.
Как-то так странно получилось, что вырванный из планеты кусок биома не просто прижился на корабле, но и, в силу каких-то странных изменений, приобрел свойства, которым я только и мог, что радоваться.
Ну, например, мой парк вырабатывал больше кислорода, в семь раз больше, чем ровно такой же кусок на планете.
Пилоты бегали сюда между тренировками, убеждая всех, что отдохнуть полчаса в парке – намного лучше, чем проспать пару-тройку часов у себя в кроватке.
Технари утверждали, что многочисленные мелкие царапины и ушибы быстрее заживают в парке.
Так что у меня в парке, теперь, народ нагло дрых на траве в любых, даже самых труднодоступных, местах.
Да что там говорить!
Чтобы мне привезти сюда делегацию, мне пришлось почти тридцать минут выгонять из парка сладко дрыхнущий после смены, народ!
А ведь у них, так, между прочим, на «Орешке» у каждого своя каюта, из расчета «один человек – одна комната», без подселянтов и соседей!
А они дрыхнут в парке, собаки сутулые!
А некоторые парочки и вовсе…
Думаю, поняли, чем занимаются!
Если так дальше пойдет – придется дронов безопасности перепрограммировать, чтобы они по голозадым из «нелетала» отстреливались, потом снимали возмутителей спокойствия на видео и выкладывали в корабельную сеть.
Хотя, весь мой извращенный человеческий опыт говорит, что, либо найдутся экстремалы, которым именно так будет заниматься сексом намного ярче, либо извращенцы, которым захочется свое хоум-видео выкладывать в сеть почаще…
Люди, блин, такие люди…
Пока выкатывался голопроектор, пока я собирался мыслями, мои гости расслабились, а сполот так и вовсе растянулся на почве, закинул руки под голову и провалился в медитацию, отрешившись от окружающей действительности наглухо.
Пэм, глядя на валяющегося разумного укоризненно качала головой, вместо того, чтобы расслабиться и оглядеться по сторонам, получая эстетическое удовольствие, раз уж в с сексуальным у нее, после гибели супруга, было не очень.
- Администратор Хом… - Пэм чуть склонила голову в мои сторону, давая понять, что готова выслушать все мои предложения. – Я надеялась увидеть Вас в…
- Физической оболочке? – Я улыбнулся. – Увы, некоторое время нам еще придется пообщаться именно вот в такой форме.
- Так значит, это правда – вы – ИСКИН! – Глаза Пэм сверкнули так, что будь они молнией, меня бы точно испепелило!
Меня и еще пару этажей подомной.
- Я – искин. – Почему-то врать и придуриваться рядом с Пэм не хотелось.
Но хотелось ее обнять и дать выплакаться…
- Но, если права одна часть слухов, значит, права и вторая?! – Женщина обошла вокруг меня, как собака вокруг заинтересовавшего ее дерева. – Вам, правда, больше тысячи лет?
- Нет. – Вздохнул я, давая себе зарок разобраться, это кто-же плодит обо мне такие слухи. – Около восьми сотен.
- Какой вы счастливый! – Воскликнула она и почему-то покраснела. – Вы застали самый расцвет цивилизации, с его быстрыми кораблями, новейшими изобретениями, дешевыми расходниками для медкапсул…
- Тера Саю, как бы Вам объяснить… - Я помялся. – Я жил во Фронтире, в том самом Фронтире, до которого, отсюда, пара прыжков, на пару дней. Никакой особой цивилизации, никаких новинок. Мне даже в Центральные миры можно было появляться один раз в пару-тройку лет, хотя у меня и был совместный бизнес…
Что-то снова коротнуло в моих мозгах и я вспомнил свой «чебурековый бизнес», который, по идее, должен был даже после моего исчезновения приносить проценты на счет, номер и пароль к которому знал только я, да мои вголовежители…
- Ну, Центральные миры и сейчас… Выделяются… - Пэм вздохнула и кокетливо намотала на пальчик выбившийся из прически, локон. – Но ведь были же и другие государства.
Я только пожал плечами в ответ – государства остались те же самые. Все так
