Может быть, это случилось бы и без того, если бы их пути с Максом ди Анджели пересеклись раньше. Если бы она встретила его еще будучи ученицей маэстро Донетти, может быть, она и тогда оказалась бы не в силах противостоять его роковому обаянию.
Я не должна допустить, чтобы это случилось со мной, твердо сказала она себе; я должна изо всех сил противостоять этому. Обнаружить его привлекательность было плохо само по себе, но сегодня, слушая его рассказы о детстве, она поняла, что начинает сочувствовать ему. После этого оставалось совсем немного, чтобы проявить к нему интерес. Влюбиться.
Нет, нет и еще раз нет! У нее впереди вся жизнь; когда-нибудь, совсем скоро она снова будет петь. Она не позволит, чтобы глупое романтическое увлечение безнравственным человеком принесло ей боль, а, может быть, и уничтожило ее; а он, в лучшем случае, может вступить лишь в случайную связь с ней из мимолетного любопытства, а потом уйти своей дорогой.
Несмотря на все эти строгие поучения в собственный адрес, она тщательно оделась к ужину, выбрала платье, которое, она знала, идет ей, расчесала волосы до блеска, и едва дождалась момента, когда нужно было спускаться вниз.
Он стоял на террасе со стаканом в руке, глядя на заходящее солнце, которое опускалось над сельским пейзажем с его пышными зелеными лугами и покоем, и когда она вошла, повернулся к ней.
— А, Линнет, — сказал он, и тон его был небрежным и деловым, от чего она вздрогнула. — Я рад, что вы спустились чуть раньше. Это даст мне возможность поговорить с вами с глазу на глаз.
Что-то в его голосе, во всей манере вызвало в ней холодок. С глазу на глаз? У них был целый день для этого. Что же нужно было ему сказать сейчас, чего он не мог сказать тогда? Может быть, предостережение Дины дошло до него и он собирается предупредить ее, чтобы она не придавала слишком большого значения тому обеду, который был всего лишь обедом? Линнет похолодела от стыда. Нет, кричало ее сердце, не нужно портить воспоминания об этом очаровательном дне. Я знаю, что мне не на что рассчитывать!
— На следующей неделе я устраиваю ужин — в пятницу вечером, — сказал он. Я пригласил людей, которые важны для меня, поэтому я хочу, чтобы вечер удался — вы понимаете меня?
— Да, — медленно сказала Линнет. Неужели это тот же человек, который улыбался ей за столом в розовую клетку всего несколько часов назад? Который обращается к ней теперь таким равнодушным, деловым тоном. — Да, я понимаю, но какая роль отведена мне?
— Садитесь, выпейте, и я объясню вам. — Он поспешно указал ей на стул, но непринужденность покинула ее, когда она села со стаканом в руке. Не очень потеплела и его манера.
— Я хочу, чтобы вы помогли Дине с приготовлениями. У нее выдался трудный год, и хотя она не подает вида, я знаю, что она устала. Только, пожалуйста, постарайтесь сделать это незаметно, Я не хочу, чтобы она подумала, что я не доверяю ей. Как вы думаете, сможете ли помочь да еще присматривать за Косимой?
— Конечно, смогу, — быстро сказала она, почувствовав почти облегчение от того, что это было все, о чем он хотел сказать, хотя ее и задела холодность его тона. — Разве я не говорила вам, что считаю себя недогруженной? Буду рада помочь. Во всяком случае, прислуга у вас чудесная, и я действительно разбираюсь в этом — я выросла в отеле!
— На эго я и рассчитывал, — сказал он ровным голосом. — Я буду вам благодарен.
— Мне не нужна ваша благодарность, Макс, — сказала она спокойно, задетая тем, что он посмел упомянуть об этом. — Жаль, что я не знала об этом раньше. Я могла бы во многом облегчить участь Дины, и я предпочитаю быть полезной.
Холодное безразличие в тоне ее голоса вторило его манере, но душа ее кричала. Ну, почему? Сегодня днем они были почти друзьями. Почему он тогда не обратился к ней с этой просьбой? Зачем этот возврат к осторожной, осмотрительной атмосфере ее первых дней в «Кафаворите»?
— Хорошо, — коротко сказал он. — Значит, решено. — Он осмотрел ее с головы до ног официальным, оценивающим взглядом, каким рассматривают товары в витрине магазина. — Естественно, я надеюсь, что вы будете и на ужине.
— Эго… Разве это обязательно? — засомневалась она. — Я хочу сказать, я лишь работаю здесь…
— Липнет. — он оборвал ее, нахмурившись и подняв руку, ладонью от себя. Хватит. Вы знаете, что половина самой грудной работы приходится на сам вечер приема. Поэтому приходите и постарайтесь быть очаровательной. И куплю себе новое платье. Счет можете прислать мне.
— В этом нет надобности. Вы платите мне больше, чем достаточно, и я не истратила почти ни копейки, — гордо отпарировала она.
— Давайте не будем начинать этот глупый спор сначала, — сказал он, и на лице у него отразилась скука. — Видите ли, все женщины будут в дизайнерских туалетах. Понимаете, о чем я говорю? Я не хочу, чтобы вы выглядели или чувствовали себя хуже.
Все старания, которые она приложила в тот вечер, чтобы хорошо выглядеть, платье, которое она так тщательно выбирала и в котором гак хорошо чувствовала себя, — все это было проигнорировано. С таким же успехом она могла бы натянуть на себя мешок. Да и как он мог восхищаться тем, как она выглядит, когда он привык видеть дорого одетых женщин, которые покупали свою одежду в салонах ведущих дизайнеров? Она вспомнила леггинсы и тунику медного цвета, в которых была Джоанна в тот день, когда они виделись в последний раз туалет был настолько просто и элегантен, что Линнет даже в голову не пришло, сколько это может стоить. Теперь она знала, что подобный сдержанный шик стоит кучу денег. Она также знала теперь, что женщинам круга Макса ее собственный гардероб казался не более, чем дешевыми тряпками Но ему не нужно было так безжалостно подчеркивав эго Не нужно было ему так унижать ее! Подумать только, что сегодня днем он ей почти нравился! Это послужит тебе уроком, мрачно подумала она, машинально, не ощущая вкуса, отпивая кампари, наблюдая, как плавится красное солнце, превращая день в лиловые сумерки, и не замечая этой красоты.
— Макс хочет, чтобы я присутствовала на ужине, который он дает в следующую пятницу, — позднее сообщила Линнет Дине как бы мимоходом. — По правде, я не понимаю зачем.
— Ну конечно, вы будете на приеме, — тут же сказала Дина, сразу опрокинув все надежды получить поддержку с ее стороны. — Вы живете здесь! Что же вы думаете — вы должны будете сидеть в своей комнате, как гувернантка из того романа викторианских времен… «Джейн Эйр», что ли?
Линнет застенчиво засмеялась. Аналогия была неудачна, ведь героиня романа Джейн по уши влюбилась в своего нанимателя, и последствия этого были катастрофическими!
