Несомненно, подумал Нед, окончанием ее фразы, которое она никак не могла подобрать, было сукин сын. Он хотел бы услышать эти вульгарные слова, произнесенные изысканным тоном дочери герцога. Но, увы. Ее словарный запас леди ее подвел.
— Самонадеянный хам, — закончила она. — Мы поженились потому, что я сказала «да».
— Я убедил тебя встретиться со мной наедине. Нас застали вместе, потому что я…
— Я встретилась с тобой наедине, Нед. Почему, господи, почему, по-твоему, я это сделала?
Чувство неловкости в нем нарастало. Он покачал головой, не отводя от нее глаз.
— Это был брак по расчету и…
— Господи, да замолчишь же ты, наконец! — фыркнула Кейт. — Меня воспитали в практичном отношении к браку, Нед. Мне не нужно объяснений в любви. Я не хочу, чтобы ты клялся мне здесь в вечной преданности и неземной любви, даже если ты и сделаешь это, я все равно не поверю. Я просто хочу… — Она умолкла и отвернулась. Ее волосы взметнулись вместе с ней — серебристая волна, окутавшая ее плечи.
— Что ты хочешь?
Полуобернувшись, она взглянула на него. И в то же мгновение — даже несмотря на то, что ночная мгла скрыла от него выражение ее лица, — он осознал правду. Он не хотел, чтобы она отвечала. Он не хотел слышать, что бы она ни сказала.
— Тебя, — спокойно ответила она. — Я просто хочу тебя.
Он почувствовал эхо трех лет обид и страданий в ее голосе и неловко переступил с ноги на ногу.
— Это был не совсем брак по расчету, — тихо проговорила она. — Я вышла замуж…
— Ты вышла замуж за маленького костлявого господина, — сухо перебил ее Нед. — За самонадеянного хама. — И очевидно, гораздо большего сукиного сына, чем представлялось Неду ранее.
Она слегка улыбнулась:
— В общем, да.
— Ты никогда не просила меня о большем. — Единственный раз в жизни, когда она его о чем-то попросила, так это о том, чтобы он не уезжал. И он не послушал ее тогда.
Похоже, дела обстоят здесь не самым лучшим образом. Она так легко приняла презрение Харкрофта. Она была готова отдаться Неду — и, проклятье, одна мысль о том до сих пор приводила его в возбуждение, — даже несмотря на то, что он причинил ей боль. Она словно согласилась с тем, что не может требовать от их брака ничего, кроме праха былых надежд.
Неужели это он виноват во всем этом?
Похоже, что да.
— Просто приди ко мне в постель, — сказала она с глубоким вздохом.
Если бы он был любым другим мужчиной, он бы непременно так и сделал. Он безумно хотел ее. Однако, невзирая на то что она никогда и ни о чем его не просила, он услышал мольбу в ее голосе. И не важно, что бы Кейт ни говорила, она не заслуживает бесстрастного соития в темноте.
Нет. Он не может вести себя как все мужчины. Он должен быть лучше, сильнее, должен держать себя в руках. После того как он причинил ей боль, он обязан дать ей нечто большее, чем несколько минут со спущенными до колен штанами.
— Когда я возьму тебя снова, Кейт, ты не будешь предлагать мне себя из чувства долга, или обязательств, или как еще это можно назвать. — Он провел пальцем по ее подбородку.
Она затрепетала от его прикосновения и сделала шаг назад.
— Ты не будешь вздрагивать, когда я тебя касаюсь. И ты не скажешь, что это не имеет отношения к любви. Ты никогда не скажешь мне этого.
И что не менее важно, он будет держать себя в руках — будет контролировать те жаркие, неумолимые желания, что она пробуждала в нем. Он сможет доверять себе в ее присутствии, он будет абсолютно уверен, что в следующий раз снова не скатится в пучину хаоса и неподвластных ему страстей.
Кейт окинула его пристальным взглядом, ее серые глаза казались серебряными в тусклом лунном свете. Ее губы приоткрылись, однако она не произнесла ни слова, а лишь смотрела на него. В ее взгляде странным образом слились невинность и соблазн, желание и боль. Кейт влекла его к себе, словно соблазнительная морская сирена, не имея ни малейшего понятия об острых скалах, грозивших ему гибелью, стоит ему поддаться ее зову.
Он отдернул палец от ее подбородка и незаметно вытер его о брюки.
— Совсем недавно ты сказала мне, что наш брак, словно сухой осенний листок, может сорваться и улететь при малейшем порыве ветра. Если даже легкий ветерок способен его разрушить, то что, по-твоему, случится, если я просто использую тебя?
Она внезапно облизнула пересохшие губы.
— В этом случае ты всего лишь найдешь во мне пользу. — Ее голос был низким и хриплым.
Нед мог бы в две секунды повалить ее сейчас на кровать, раздвинуть ее колени своими бедрами. Он бы обнял ее, прижал и ворвался бы в нее, дав выход всему накопившемуся, всему, что удерживало его на месте. Кровь пульсировала у него в ушах — не громко, но эти тихие настойчивые удары звучали в нем словно шум волн, разбивающихся о скалистый берег. Их было невозможно остановить или не заметить.
Однако Нед уже почти стал специалистом по повороту вспять морских приливов.
— Я не буду этого делать.
Ее глаза блеснули, он протянул руку и дотронулся до ее щеки. Она закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением. Он хотел взять ее, хотел яростно и отчаянно, хотел ощутить ее тело в своих объятиях. Но вместо всего этого заставил себя погладить ее лицо рукой — нежное, ласковое прикосновение. Его большой палец дотронулся до ее губ, и он начертал им поцелуй на их податливой мягкости.
Она не разомкнула губ, но он ощущал ее аромат — лавандовая вода и еле заметные нотки розового мыла. Он коснулся ее щеки и нарисовал этот почти воздушный поцелуй на ее шелковистой коже.
И прежде чем Нед успел задуматься о том, что делает, он наклонился и коснулся ее губ своими губами. Она была нежной и мягкой, и, несмотря на яростное и темное желание, горевшее в нем, его поцелуй оказался простым и незамутненным, как полуденное летнее солнце. Кейт ощутила тепло яркого солнечного лучика и нежное дыхание легкого ветерка. Однако он, напротив, чувствовал лишь темное, отчаянное влечение. Нед оторвался от нее, словно ее губы обжигали, оторвался прежде, чем желания овладели им. Он оставил Кейт скорее обещание поцелуя, чем по-настоящему поцеловал ее. Нед выпрямился, едва она встала на цыпочки, чтобы дотянуться до него.
И прежде чем его инстинкты взяли свое, прежде чем он схватил ее руками за талию и прижал к стене, как ему бы страстно того хотелось, Нед повернулся к ней спиной и вышел из комнаты.
Глава 7
Кейт почувствовала дуновение холодного воздуха, ее ночная рубашка резко взметнулась и опала — она открыла глаза, еще недавно наслаждаясь этим нежным, почти воздушным поцелуем, чтобы увидеть, как ее муж удаляется из ее спальни.
