— А гоблины?
— Старшие расы начали ходить сюда в поисках фей больше тысячи лет назад, и тогда по эту сторону граничных гор не было ни одного гоблина. Все жили в прибрежных герцогствах, — хмуро сообщил Ов, до этого молча прислушивавшийся к разговору.
— Как-то не верится, — задумался герцог, — а как же дриады? И драконы… ведь жили же у них в долине преданные слуги и помощники? Неужели они разом всех их выгнали?
— У дриад тогда были древни… — обречённо пробормотал Эз и тяжело вздохнул.
— А драконы в те времена никого к себе не приводили, — добавил эльф, — а пройти через сверкающую долину не может никто, кроме фей.
На некоторое время все притихли, идти между окаменевшими заклинаньями было не очень легко, хотя дорожка была немного расчищена и кое-где даже присыпана обычным песком.
— Таэль… — не выдержал молчания напарницы Хатгерн, когда остановил отряд на небольшой привал, — у тебя закончились вопросы?
— Нет, но сейчас мне не хочется их задавать, — бледно улыбнулась она, и тихо попросила присевшего неподалёку огра, — Изор… будь рядом с Харном.
— Ладно, — еле заметно кивнул мохнатый великан, и герцогу очень не понравилась его исполнительность.
И намёки тени не понравились. Настолько сильно, что Харн решил немедленно выяснить, чего она так опасается, и почему больше не надеется на свои силы.
— Таэльмина… — начал он непростое объяснение, и оскорблённо замер, рассмотрев жест молчания, который делал ему проводник.
И не просто намекал или предупреждал, а приказывал герцогу молчать так властно, словно именно дракон был командиром отряда. Однако возмущённому такой наглостью Харну не удалось сказать в ответ ни одного из тех слов, какие тотчас пришли ему на память, так как неожиданно начал греться браслет напарников.
Мгновенно вскочив с места, Крисдано выхватил оружие и принялся пристально обшаривать взглядом причудливые скалы, силясь отыскать того, кто пытается приблизиться к нему с недобрыми мыслями. Но не обнаружил никого чужого.
И не только он, ни один из встревожившихся спутников не почувствовал ничего враждебного, хотя пользоваться обычными для них способами никто не решился.
— Мин? — оглянулся на напарницу герцог, но она только растерянно пожала плечами.
— Показалось. Идем дальше, где-то недалеко избушка?
— Хорошо, — помедлив, решил герцог и заметил откровенное облегчение во взгляде тени.
С этой минуты он шёл молча, не задавая никому вопросов, зато мысленно задавал их самому себе, силясь понять, с какого момента Таэльмина ведёт себя так непривычно. Ведь она совершенно не походит на тех знатных девиц, у которых настроение, вкусы и желания меняются десятки раз в день, причём совершенно независимо от каких-то заметных другим либо существующих на самом деле оснований.
Его напарница совершенно другая… и раз она изменилась так внезапно, значит на то была важная причина. И сколько он не проверяет, вывод напрашивается только один — что-то насторожило её именно в сверкающей долине. Или немного раньше, на склонах гольдских гор. И стало быть, тени неприятны именно гольды… ну так они и ему самому не нравятся. Ведут себя так, словно самые главные в этом мире и имеют право диктовать всем остальным свои желания и законы. А драконы, хотя и не поддаются их напору, но почему-то не осаживают наглецов так решительно, как от них можно было ожидать.
И это тоже загадка… и Харн почти уверен, что тень знает на неё ответ, но вынуждена молчать… и это самое неприятное. Значит опасается, как бы её слова не дошли до недобрых ушей, но где тут эти уши? Сколько они идут не встретилось ничего живого, даже птиц не видно. В таком случае остаются его спутники… ну так им герцог и изначально не доверял до конца. И отлично знал, что далеко не все из них питают к ним с тенью дружеские чувства, а кое-кто возможно даже вынашивает недобрые замыслы.
Потому и требовал со всех клятву на крови, и хотя теперь не совсем уверен, что она подействует в этом месте, зато каждый преступивший её когда-то должен будет уйти с запретной тропы, и тогда возмездие непременно его догонит. Но разумеется… значительно приятнее было бы обнаружить тайного врага заранее, пока он ещё не нанёс свой подлый удар.
Избушка предстала перед ними внезапно, строители укрыли её в тени оранжевых скал, похожих на лепестки огромного цветка. Она была небольшой, столовая, умывальня и несколько крошечных спален, как пробурчал Ов, в этот раз их отряд в три раза больше чем самые крупные из прежних.
Типары в избушку не пошли, устроились на улице, в пристройке для дров, а дракон быстро и ловко поставил для себя походный шатёр и растянулся на меховом одеяле с самым неприступным видом.
— Неплохо бы дойти сегодня до следующего домика, — тихо предложил вампир, сидевший в сторонке от стола со своим бокалом, — до темноты успеем пройти больше половины.
— Мы своими ногами идём… — сердито фыркнула Мейсана, — и сегодня уже по лабиринту нагулялись.
— А зачем нам так торопиться, раз мы уже тут? — решил проверить свои подозрения Хатгерн, — ну ведь спали же феи много лет, поспят ещё денёк.
— А мы не к ним так спешим… — вдруг заявил Меркелос и усмехнулся с отчаянностью стоящего на краю пропасти самоубийцы, — мы от погони уходим… если я всё правильно понял.
— Чего только не привидится со страху, — едко фыркнул Ганти, — но обычно люди стараются свои недостатки не показывать.
— Тут нету ОБЫЧНЫХ людей, — и не думая умолкать, зло оскалился советник, — и все это понимают… и враги тоже.
— А кто у нас враги? — задумчиво уставилась на шпиона тень, — ты уже вычислил? Ведь это твоя самая сильная сторона, заранее просчитать, с кем и как выгоднее дружить.
— Раз он заговорил, — нехотя буркнул Ительс, — значит случайно сел не в ту коляску.
— Да нету тут ТОЙ коляски! — взорвался Меркелос, — разве вы ещё не понимаете… все мы обречены! Я только теперь всё понял… Обманул он меня.
— Кто именно? — заинтересовано прищурился вампир, и его мальчишеская фигурка напряглась, как тельце ласки.
— Лайзрен, разве непонятно, — прямолинейно заявила Уатель, — толстяк только с русалом без нас общался. Потому и не стал ничего рассказывать… обмануть нас не позволил бы фейл. Вон как он сейчас светится… значит ваш предатель правду говорит.
— Так может нам и правда попытаться уйти подальше? — встревожился Изор, — чем ближе к лесу, тем в большей мы безопасности.
— Почему? — засомневалась Мейсана.
— Ни один безумец не додумается использовать там магию, — сухо пояснил Селайвен, — а вот сонливость начинает одолевать ещё возле последней избушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
