учи, кого над кем ставить, молод еще… – Десятник обернулся на начавшего шевелиться Матвея. – А этого убрать отсюда! Лекарей послушать, так и вовсе воевать нельзя, на военном совете им делать нечего!
– Антон! – окликнул Мишка маячившего неподалеку своего адъютанта. – Помоги лекарю Матвею, отведи его и устрой где-нибудь!
– Слушаюсь, господин сотник! – донеслось в ответ.
– Вот так, значит. – Егор снова занял свое место на бревне. – Давай, Михайла, излагай, чего ты сказать хотел, вижу же, что приготовился.
«Перетопчешься! Еще не хватало, чтобы ты, как председатель, мне слово предоставлял! А вот хрен тебе!»
– Еще один советник не высказался, – напомнил Мишка. – Илья Фомич, что скажешь?
– Э-э… Мысля Семена Варсонофьича, конечное дело, неправильная, и приказы исполнять мы обязаны. Но! – Илья назидательно вздел указательный палец. – Мысля его полезная! Полезная именно для воинского дела, хотя сам он этого, по всему видать, и не разумеет! – Илья хитро прищурил один глаз и, выдерживая артистическую паузу, оглядел удивленных слушателей.
– Это чего это я, дырка сзаду, не разумею? – пробурчал Семен Дырка.
– А того, Семушка, что ныне-то у нас сентябрь, а еще совсем недавно июль был!
– Да неужто правда? Вот удивил!
– А ты не спеши, Семушка, не спеши. Я тебя сейчас еще больше удивлю! Июль-то у нас чем примечательным выдался? А тем, что мы в поход удачно сходили, и в добычу взяли немалое число людишек да коней! А сентябрь чем интересен? Тем, что хлеб с полей уже убран, и та часть его, что на продажу пойдет, у хороших хозяев уже и обмолочена! Понятно?
– Больно витиевато излагаешь… советник, – недовольно пробурчал Егор. – И при чем тут дела воинские?
– А при том, – Мишка, для экономии времени, решил ответить вместо Ильи, – что холопов и коней в зиму кормить надобно! А товары, кои в обмен на зерно нового урожая купцами приготовлены, лежат на складах и в ладьях возле Пинска!
– О! – Илья снова ткнул указательным пальцем вверх. – Мудёр у нас сотник! Враз все прозрел! Товары надобно отбить, да на зерно и сторговать! А для того, само собой, надобно к Пинску идти, что приказу господина воеводы никоим образом не противоречит! Фаддея же к огневским нашим… гм, друзьям я бы приставлять поостерегся – не дай бог кого убьет или покалечит ненароком. А вот, скажем, ратника Арсения… Семушка, да ты не боись, Сюха муж смысленый и не злой совсем, но при случае совет дать или, скажем, приободрить очень даже способен. Ведь так, Егорушка?
– Знаю я ваши приободрения, дырка сзаду! Сами управимся! Ишь, учить меня они будут…
– Арсений пойдет с тобой! – безапелляционным тоном перебил его Егор. – И не где-нибудь, а рядом с тобой, на твоем насаде!
– Да у меня там и места нет…
– Найдешь!
– Да что ты мне тут…
– А может, и несколько отроков Арсению в помощь дать? – прервал препирательства Мишка. – Вот, вместе с поручиком Демьяном? Для ободрения, так сказать, и во избежание? Демьян ободрять тоже умеет!
– Тьфу, дырка сзаду! Едрить тя вдоль хребта…
– Вот и договорились! – миролюбиво «согласился» Мишка. – Демьян, как только ратник Арсений знак подаст, или сам непорядок заметишь, будь готов и команды от меня не дожидайся.
– Слушаюсь, господин сотник! – Демьян плотоядно оскалился в сторону Семена Дырки. – Сделаем в лучшем виде!
«Адмирал Дрэйк» в ответ ограничился лишь бурчанием – ругательным по интонации и неразборчивым по содержанию.
«Не забыть бы ночных караульных проинструктировать. Дырка запросто может попытаться своих людей втихую увести – дисциплина, подчинение и риск ему поперек горла, он за добычей с нами поперся, а не воевать. И что делать, если огневцы и впрямь дезертировать намылятся? А то и делать, что положено делать с дезертирами! Блин, союзнички, спи теперь вполглаза из-за них!»
– Итак, господа Совет, подведем итог! Советник Дмитрий Лукич – за то, чтобы идти к Пинску, ибо таков приказ. Советник Василий Михалыч – за то, чтобы идти к Пинску, ибо клятвопреступников надо карать. Советники Кузьма Лаврович и Демьян Лаврович – за то, чтобы идти к Пинску, ибо это укрепит стойкость пинчан и смутит полоцкое войско. Советник Артемий Исидорыч – за то, чтобы идти к Пинску, ибо так можно отвлечь внимание ворогов от подходящего к Пинску воеводы Корнея. Советник Илья Фомич – за то, чтобы идти к Пинску, ибо добыча, там взятая, не только нам будет полезна, но и всему княжеству Туровскому – осенний зерновой торг состоится, несмотря на войну.
– О как! – изумился Илья Мишкиной интерпретации собственного высказывания.
– Мнением советника Матвея Корнеича пренебрегаем, ибо к обсуждению воинских дел он, по своей лекарской сути, неспособен!
– Угу, верно сказал! – согласился Егор.
– Предложение Семена Варсонофьича отвергаем как противоречащее полученному нами приказу! Понеже оный Семен из села Огнева, – Мишка перешел на «протокольный» тон, – от предложения своего явственно не отказался, того ради приказываю поручику Демьяну с его людьми за огневцами надзирать и при неповиновении поступать без жалости и сомнений, вплоть до лишения живота…
– Да ты что?!!! – вскинулся Семен Дырка.
– Молчать!!! – гаркнули в три голоса Мишка, Дмитрий и Демьян, а Егор молча так двинул «адмирала Дрэйка» локтем, что тот слетел с бревна.
– Поднять! – скомандовал Мишка.
Дмитрий и Роська, поднатужившись, вздернули задыхающегося от удара в грудь Семена в сидячее положение.
– Вплоть до лишения живота, – продолжил Мишка с того места, на котором его прервали, – буде огневцы дадут к тому явный повод! Уцелевшие после того будут привязаны к скамьям для гребцов и понуждаемы к бодрой гребле кнутами, по примеру того, как сие делается на греческих ладьях!
– Вот, вот… именно! – снова поддержал Мишку Егор. – А не умышляй зловредного!
– А теперь глядите сюда! – Мишка выставил для всеобщего обозрения карту, нарисованную им на куске парусины. – Здесь изображены земли, пребывающие ныне под рукой великого князя Киевского, и то, как они поделены на княжества. Вот, глядите: это мы – княжество Туровское, а вот здесь сам Туров. Вот так протекает Припять, и вот здесь стоит город Пинск. Понятно?
– А Погорынье наше где? – поинтересовался Кузька.
– Вот тут! – Мишка провел угольком две кривые линии. – Это Горынь, а это Случь, а между ними наше Погорынье. Мы сейчас прошли вот так: от впадения Горыни в Припять, против течения, в сторону Пинска. Сейчас мы сидим где-то вот здесь. Если ветер все так же будет противным, нам до Пинска еще дня два выгребать, а может, и больше… Семен, что скажешь?
«Адмирал Дрэйк» ответил не сразу – сначала, потирая грудь и зло косясь на десятника Егора, поднялся на ноги, потом потоптался на месте, видимо, раздумывая: ответить на вопрос, обидеться и устроить скандал или вообще уйти. Неизвестно, к чему привели бы его эти размышления, но Егор поймал Семена за полу рубахи и вполне миролюбиво произнес:
– Ты, Семка, ладейщик изрядный, Совет твоего слова ждет. Объясни: сколько нам
