Даже если я их и приняла, они уже давно смыты в унитаз, а мои гормоны и так в полном раздрае из-за того, что я выжгла метку Уэйда.
Блять.
Когда я открываю дверь, Призрак стоит на почтительном расстоянии. В П-О-Р-Я-Д-К-Е? — спрашивает он.
— Не особо, — признаюсь я со слабым смешком. — Видимо, мой желудок еще не был готов к настоящей еде.
Призрак с пониманием кивает, затем указывает на кровать в углу, а потом на меня.
На этот раз я не спорю.
Матрас простой и жесткий, но по сравнению с моим гнездом из мерча на диване он кажется раем. Я натягиваю на себя одеяла, снова дрожа, и Призрак приносит те, что были на диване, чтобы убедиться, что я укрыта со всех сторон и мне тепло.
— Извини за... ну, ты понимаешь, — бормочу я, неопределенно махнув рукой в сторону ванной, прежде чем снова спрятать руку в кокон из одеял. — Не самое лучшее первое впечатление.
Призрак твердо качает головой. Б-О-Л-Е-Е-Ш-Ь, показывает он. Н-Е... Т-В-О-Я... В-И-Н-А.
— И всё же. Стыдно.
Он снова качает головой и поднимает палец — подожди — прежде чем пойти к кухоньке. Сквозь полуприкрытые веки я наблюдаю, как он наполняет мой стакан свежей водой, затем открывает ящик и достает два чистых кухонных полотенца. Ополоснув их под краном, он возвращается к кровати и протягивает мне одно из них.
— Спасибо, — неловко говорю я, вытирая лицо, пока он сворачивает второе полотенце и кладет мне на затылок. Прохлада приносит мгновенное облегчение. — Ты слишком добр.
Он в замешательстве склоняет голову, затем протягивает стакан воды и качает головой, словно я сошла с ума, раз считаю это чем-то особенным. Я жадно пью, а когда заканчиваю и чувствую себя чуть больше похожей на человека, снова зарываюсь в одеяла. Он садится на диван, явно намереваясь снова нести вахту.
— У тебя разве нет дел? — обеспокоенно спрашиваю я, потому что мысль о том, что он будет сидеть и смотреть, как я сплю, вызывает слишком сильную неловкость. — Хоккейные тренировки или... чем там еще хоккеисты занимаются днем?
Уэйд всегда очень четко давал понять, что занят хоккеем. Я до сих пор уверена, что он был занят еще и девушками, но доказательств у меня никогда не было. Только предчувствие.
Из-под маски Призрака вырывается фырканье. Не совсем смех, но достаточно близко, и я ловлю блеск веселья в его глазах. Он снова показывает жестами: Н-И-Ч-Е-Г-О... В-А-Ж-Н-О-Г-О.
Я в этом немного сомневаюсь, но решаю не настаивать.
— Мне просто нужно закрыть глаза на несколько минут, — говорю я, зевая и утыкаясь лицом в подушку.
Последняя мысль, промелькнувшая у меня перед тем, как я проваливаюсь в сон: моей внутренней омеге очень, очень нравится, как пахнет эта подушка.
Потому что она пахнет Призраком.
Блять.
Глава 16
ТЕЙН
Что-то не так с Призраком.
Наша связь стаи, которая обычно ровно гудит в моей груди, кажется натянутой до предела, как слишком туго натянутые гитарные струны, готовые вот-вот лопнуть.
Что бы он ни рассказал нам о Валеке и туннелях, это была не вся правда. Но когда Виски усомнился в том, откуда моему брату знать, что в технических туннелях никого нет, я поддержал его без колебаний.
Правда куда сложнее.
Призрак проводит в этих туннелях больше времени, чем кто-либо другой. Словно фантом, блуждающий по недрам арены. Если бы там внизу была омега, он бы знал. И если бы кто-то увидел там омегу, он бы это отрицал. Его скрытая дикая природа яростно защищает то, что ей дорого, если ее спровоцировать, и кое-что в этой ситуации имеет все признаки того, что Призрак перешел в режим защиты.
Но больше всего мне не дает покоя его футболка.
Она не просто порвалась в драке. Она исчезла. А Призрак скорее умрет, чем покажет свои шрамы на публике. Так что, хоть в этом и нет никакого ебаного смысла, я могу лишь предположить, что он отдал ее кому-то.
Кому-то, кого он защищает.
Мой телефон вибрирует. Тренер требует, чтобы я зашел к нему в кабинет. Он звонил уже дважды за последний час, а я избегал его, пытаясь привести мысли в порядок.
Но не могу же я бегать от него вечно.
Когда я толкаю дверь, Тренер мечется за своим столом, словно злой красный краб.
— Твой брат, — выплевывает он, явно помня нашу недавнюю перепалку по поводу слова «приемный». — Что, блять, произошло с Валеком?
— Как я уже говорил. Валек исследовал туннели. Призрак был там. Они застали друг друга врасплох, и дерьмо вышло из-под контроля.
— Вышло из-под контроля, — глаза Тренера сужаются. — До такой степени, что наш новенький крайний нападающий получил сотрясение мозга еще до своей первой тренировки.
— Валек его спровоцировал.
— Точно так же, как его спровоцировал Дэниелс?
— Именно так.
Тренер долго смотрит на меня, а затем с тяжелым вздохом опускается в кресло.
— Отмени тренировку. И пресс-конференцию. Я не собираюсь сегодня выставлять то, что осталось от этой команды, перед камерами.
Я не спорю. Просто киваю и поворачиваюсь, чтобы уйти.
— Бельмонт.
Я замираю у двери.
— Наведи порядок в своем доме. Что бы там ни происходило с Призраком... исправь это. Пока эта команда не разрушилась.
Я не утруждаю себя ответом. Просто выхожу, позволяя стеклянной двери закрыться за мной.
Мои костяшки сбиты в кровь от ударов о стены. Мой брат не отвечает на сообщения. И где-то в этих туннелях кроется секрет, который он защищает ценой своей жизни.
И я собираюсь выяснить, что это.
Глава 17
ЧУМА
— Ты думаешь, она настоящая, — говорит Виски. Это не вопрос.
Мы прячемся в пустой переговорной, заперев дверь и понизив голоса. Остальная часть стаи разбрелась кто куда, и мы воспользовались возможностью поговорить наедине. Валек в больнице, Тейн снова где-то разбирается с руководством, а Призрак всё ещё отсутствует после того, как испарился неизвестно куда.
— Думаю, Валек наткнулся на то, на что не следовало, — отвечаю я. — На кого-то, кого защищает Призрак.
— Омега из снов.
— Та самая, с запахом жимолости. Да.
Колено Виски дергается, от него исходит беспокойная энергия:
— Так каков план?
— Мы найдем её сами. Начнем с того места, где с ней столкнулся Валек.
— Туннели, — он уже на ногах. — Идем.
Технические туннели — это всё, что я презираю: сырость, полумрак и кишащие бактерии, о которых я даже думать не хочу. Но Виски передвигается по ним без усилий, а мне ответы нужны больше, чем комфорт.
Он резко останавливается, поднимая руку, чтобы остановить и меня. Я врезаюсь в него сзади, но он, кажется, даже не замечает этого, вместо этого указывая на темное пятно на бетонном полу.
— Кровь.
Я подхожу ближе, осматривая мазок. Относительно свежая. Скорее темно-красная, чем коричневая, и всё еще слегка липкая там, где я осторожно трогаю её носком ботинка.
В коридоре явные следы беспорядка. На полу на боку валяется огнетушитель. Куски гипсокартона усеивают пол там, где кто-то пробил дыры до самого бетона. Повреждения складываются в картину, соответствующую жестокой борьбе. Два альфы, дерущиеся в тесном пространстве.
— Это произошло здесь.
— Ага. Блять, точно, — Виски поднимает огнетушитель, осматривая слегка помятый металлический цилиндр. — Это не стиль Призрака.
— Нет, — соглашаюсь я. — Призрак использует кулаки, а не оружие.
— Так кто проломил Валеку череп?
Кривая улыбка касается моих губ:
— Возможно, наша загадочная омега менее беспомощна, чем мы предполагали.
Глаза Виски слегка расширяются:
— Думаешь, она его вырубила?
— Это сходится с уликами.
Виски подходит к дверям старой душевой и осторожно толкает одну из них. Внутри темно и холодно. Никакого пара. Но он делает глубокий вдох, а затем оглядывается на меня.
