— Ты что творишь?! Совсем крыша съехала?!
— А что я творю? — изобразила она невинность. — Приятно провожу время, только и всего.
— Не прикидывайся дурой! — больно сжал он ей локоть. — Хочешь испортить мне вечер?
— Ничего я не хочу! Отстаньте! — пыталась она вырваться. — Занимайтесь своими делами, а я займусь своими!
— Какими ещё своими!? Твою налево! — выругался он, прибавив ещё несколько эпитетов о собачке — девочке во время периода совокупления. — Ты принадлежишь моему племяннику! Ясно тебе?!
— И где ваш племянник?! А? Где? Куда делся? Не знаете… — наконец вырвалась она. — И не смейте меня больше трогать! Ясно?! — теперь грозила она. — Иначе такой скандал устрою, век не отмоетесь!
Милли знала, понимала, осознавала, что в корне не права. У дяди праздник. Эд занимается наблюдением. Но почему о ней никто не думает!? Странный псих её накрыл. Жалость к себе подкатила так не вовремя!
Крафта же не интересовали её душевные муки. По крайней мере, не здесь и не сейчас. Он весь напрягся, покраснел… И не известно, чем бы это всё кончилось, если бы не подошёл мэр с дочкой.
— Вот вы где, мои дорогие Крафты! — расплылся в улыбке Платинум. — А мы везде вас ищем! Альберт, — по-свойски обратился он к правителю, — нужно обговорить кое-что по официальной церемонии. Не против, если мы с вами отойдем? А девочки пока пообщаются.
Крафт всем своим видом выражал недовольство, но за мэром пошёл. Милли и Миа остались вдвоём.
Художница заметно похорошела за последнее время. Подкормки в Яме не прошли даром. А может болезнь отступила. В любом случае неестественная худоба ушла. Сутулая спина немного выпрямилась. Огромные светлые глаза задорно блестели. Миа надела голубое платье из нежной ткани. Фасон не по моде Септимуса и поэтому ей очень шёл. Девушку сейчас если и нельзя назвать красивой, то милой и хорошенькой точно можно.
— Меня теперь почитают, — похвасталась Миа, обращаясь к Миланье.
— Ну мы же тебе говорили с Кайлой, что когда тебе признают за границей, то и на родине по-другому запоют. Несколько твоих выставок в Империи прошли успешно, вот и результат.
— Меня приглашают к вам, в Империю, — поделилась Миа.
— И как? Поедешь?
— Обязательно! Здесь мне дорога заказана, а у вас распущенные нравы. Нужно же мне найти мужа! — ответила она на вопросительный взгляд Милли.
— Но… Зачем тебе муж? — осторожно начала Миланья. — Вся философия Корсики, что для женщины муж — точно орден — это же бред! Выйти замуж просто чтобы выйти — путь в никуда.
— Тебе легко говорить! У тебя-то муж есть! И у Кайлы тоже! Но раз вы смогли — а вы обе такие же, как я, значит и у меня есть шанс. А для этого я поеду в Империю.
— Э… Ну, как знаешь. — и откуда она знает про Кайлу? — В любом случае в творческом плане в Империи больше возможностей.
— Вообще я могла бы выйти за Эда, — ни с того, ни с сего заявила Миа. — Мы оба не от мира сего. И приземлённые личности нас не понимают. Нам бы было хорошо вместе… — мечтательно закрыла она глаза. — Но он никогда с тобой не разведётся, к сожалению. Хоть ты этого и заслуживаешь. Ведёшь себя как шлюха при всех. Но с тобой безопасно. Чувствуешь себя защищённым. Это и я, и Эд знаем. Ему, как сироте, это очень важно. Так что не слушай Крафта. Эд с тобой не разведётся.
И Миа отошла в сторону.
Миланья застыла. Не ожидали она подобного от художницы. Видать, болезнь никуда не ушла, просто затихла. И что это за рассуждения про Эда? Миа все эти годы влюблена в её мужа? Тогда почему она так тепло с ней общалась? Они с Моей столько вместе пережили! И вот, здрасте!
У Миланьи застучало в висках. Похоже, теперь её очередь сходить с ума. Слова Мии её расстроили. Не хватало ещё делить с художницей мужа!
— А ведь я предлагала дружбу. — раздался мерзкий скрипучий голос из-за спины. Ну почему всегда одно и то же! Милли сразу узнала, кто это, даже не видя. И что за привычка подкрадываться и пугать людей?
— Миссис Таун, — Милли повернулась на звук. — Вы что-то хотели?
Вид старушки ни сколько не удивил. То же чёрное платье, только на этот раз ткань, похоже, шёлк. Та же нитка жемчуга, только сейчас тройная. Опять тросточка, опять молчаливый страж рядом. Наверняка тоже с именем Кевин. Но Милли не хотелось ничего знать. Только этой дамы сейчас не хватало! Как бы побыстрее от неё отделаться?
— Раньше хотела, — заявила дама. — Но ты отказалась. Упустила шанс. Что ж, пеняй на себя, — усмехнулась она, — теперь будем разговаривать по-другому. Пойдём, Кевин.
И дама, опираясь на руку стража удалилась.
Да, этот тоже Кевин. Но Милли эта информация не казалась интересной.
Девушка растерялась. Как дальше поступить — совершенно не понятно. Она по-прежнему была одна. И, чтобы хоть как-то себя занять, Миланья отправилась танцевать.
Движение успокоило. Она нашла себе партнёра. Молодого выскочку, что-то постоянно шептавшего ей на ухо. Но Милли не воспринимала смысл сказанного. Какое-то неприятное склизкое чувство появилось после встречи с дамой. Чувство прочно поселилось и никак не хотело уходить. Милли силилась понять, почему — но ответа не находила.
Протанцевав три танца, пара остановилась. Партнёр хотел было увлечь её и на четвёртый круг, но тут появился Эд.
— Уступишь мне красавицу? — задорно попросил Эдик.
— Она обещала танец мне! — грубо ответил партнёр и как бы начал напирать на Эда грудью.
— Так. Стоп. — Милли встала между молодыми людьми, рьяно кинувшись на защиту. — Это мой муж, — кивнула она в сторону Эда, — так что извини.
Парень хотел было возразить, но Миланья так агрессивно на него посмотрела, что он сразу сдулся и смылся.
Радостный Эд подхватил жену и повёл её в круг вальсирующих пар.
— А здорово ты это придумала! Всех отвлекла! — заявил Эдик, плотно прижимая Милли к себе.
— Чего? — не поняла она.
— Ну ты же специально очаровывала тут всех. За тобой целый табун бегал. Я
