радуются. Можешь посмотреть записи на панели, если интересно.
— Это же замечательно! — обрадовалась Миланья. — Теперь вы спасёте так много жизней! Наведёте порядок. Да, не сразу, да, будут проблемы. Ну и что? Вы справитесь! Я уверена! Но… Почему мне кажется, что вы грустите? Новость-то хорошая.
— Новость замечательная. Но не единственная. Хауса и всех его наследников пришлось уничтожить. Безвременно погибли при трагических обстоятельствах.
— И? Начать плакать? Вы вроде бы не страдаете подобными глупостями. Я — тем более. Между прочим, если бы они победили, они бы нас тоже уничтожили.
— Зная Хауса, уверен, он бы нас не просто убил. На последок замучил бы так, что легенды ужасов потом слагали. А мы правителя и его семью тихо мирно прикончили. Потом особняк с телами подожгли, чтобы естественней выглядело.
— Прекрасно! — захмелевшая Милли наигранно подняла чашку вверх, изображая радость. Часть коньяка чуть выплеснулось ей на голову, но она не обратила внимания. — Народ покарал мучителей. Что не так?
— Да перед тем, как сдохнуть, Хаус поведал кое-что. Мы его попытали немного, он и раскололся.
— Так. Стоп. — стукнула она кулаком по подлокотнику. — Вы же сказали, что не издевались ни над кем. Нехорошо! — пьяно погрозила она пальцем.
— Какие издевательства? — негодовал лорд, всплеснув руками. — Мы, что, варвары? Немного сыворотки правды — и Хаус выложил всё что знал и не знал.
— Аааа! — многозначительно протянула Милли.
— И поведал Хаус много чего интересного. Оказывается, объединились они с другими областями не сами по себе. Их кое-кто надоумил. И оружием, и деньгами поддерживал, и взаимодействовать друг с другом заставлял. Сами-то правители не сильно склонны к контакту. Однако мы на опережение сыграли и планы попортили.
— И кто же этот кто-то?
— Хаус не знает. Ни лица, ни голоса его не слышал. Он общался с ним сообщениями или письмами через курьеров. Данных об этой таинственной личности нет. Только вот угадай, как требовал к себе обращаться этот "кто-то"?
— Владыко. — сразу поняла она.
— Именно! А это значит, мы отрубили лишь одно из щупалец нашего врага. Сам же гад спрятался и притаился до лучших времён. Ничего не закончено! — сокрушенно вздохнул лорд.
— Ну не закончено, — Милли встала и подошла к бутылке, которую дядя уже успел забрать и поставить рядом с собой. — Ну и что? Подумаешь! Не в первый раз вам с трудностями бороться. Не вы ли мне говорили, что у таких, как мы, всегда будет много врагов. Одним больше, одним меньше — справимся! Да отдайте вы уже! — Милли с силой выдернула бутылку у дяди, которую он схватил и не желал отпускать.
— Тебе уже хватит! — протестовал лорд. — Плохо будет!
— Не будет! — она, шатаясь, вернулась на место и с упоением наполнила чашку божественной коричневой жидкостью. — Я прекрасно переношу алкоголь. И не спорьте! Сегодня станем праздновать. И хватит унывать! Вы — победитель. Ещё никто никогда в истории Септимуса не совершал ничего подобного! У вас теперь две области, а не одна. Уверена, мэр и король выдадут все необходимые бумаги, постановления, законы и прочее. Вы народ за собой повели, а уж с продажными аристократами тем более справитесь. За вас!
Милли подняла тост и выпила. Дальнейший вечер прошёл гладко. Ей удалось хоть немного, но успокоить лорда. Крафт расслабился и принялся рассуждать на иные темы. А именно: почему она до сих пор не беременна и когда ему ждать наследника. В планы Миланьи роды в обозримом будущем не входили, однако она не стала спорить. Пусть лорд разглагольствует. А она всё равно будет делать так, как ей нужно.
Последующие события шли чётко по плану Крафта. Лорд не первый десяток лет занимался политикой и прекрасно знал, как и что делать. Где подмазать, где отступить, кого приблизить, кому угрожать, с кем договариваться, а кого гнать в шею. Он добился нужного ему разрешения от короля, хотя ранее подобного никто никогда не делал. Нарушить вековые устои консервативной Корсики — серьёзный шаг. Многие шептались за спиной великого лорда, выражая недовольство. Однако вслух никто ничего не сказал: с волей короля не поспоришь. Помочь добиться желаемого помог мэр: Платинум с одной стороны очень боялся. Происходящие события пугали новизной, дерзостью, напором. А с другой безумно желал угодить начальству, ведь Крафт обещал платить налог в два раза выше положенного. С каждой области. Такое положение вещей сольно укрепляло позиции мэра, как успешного управленца и верного министра. Так, связи и деньги, очень большие деньги, сделали своё дело. Высочайшим указом область покойного Хауса переходила в полноправное владение к Альберту Крафту.
Для официальной передачи полномочий приготовили особую торжественную церемонию. В доме мера планировался приём, плавно переходящий в банкет, а потом в бал, где Крафта и наградят, передав управление новой областью.
Дядюшка готовился к этому событию точно девушка к первому свиданию. За всё переживал, всё старался проконтролировать, перепроверить. Какой костюм он наденет, какую рубашку ему сошьют, что за туфли подобрать и как их начистят, какие запонки придумать — всё его интересовало. Мало того, что он весь свой образ продумал до мелочей, так ещё и Эдика с Милли замучил. Но если с племянником проблем не возникло — Эд послушно соглашался на любой костюм, выбранный дядей, то Миланья не собиралась пускать лорда в своей гардероб. Крафт настаивал, чтобы она надела чёрное платье и даже уже заказал пошив. Однако Милли, прекрасно понимая, чем вызвано подобное желание — Элис часто носила чёрный, рьяно запротестовала.
— Я надену то, что надену! — безапелляционно заявила девушка, — И попрошу вас впредь не возвращаться к этому вопросу! Крафт, — сказала она более мягко, — я буду выглядеть великолепно, обещаю. Не стоит волноваться, правда.
Лорд, конечно, всё равно волновался. Но от невестки отстал — спорить с ней бесполезно.
В назначенный час автомобиль с Крафтами въехал во двор мэра. На этот раз Милли не находилась за рулём, а сидела сзади вместе с мужем, на месте пассажиров. Сегодня управлять нельзя — статус не позволяет. Да и нажимать педали в длинном бальном платье — так себе удовольствие.
Из остановившейся машины первым вышел Крафт. Подбежавший лакей открыл дверь, и дядюшка выплыл во всём своём великолепии. Гости, скопившиеся на длинной полукруглой лестнице, ведущей к крыльцу, буквально замерли
