Но совершенно другое дело, когда мужчина зарабатывает, как Вова. Там жена, живя с ребёнком в одном доме, может даже не встречать его никогда.
- Ну, мы в доме не жили. Мы жили в квартире.
- Так у вас квартира сто пятьдесят метров была. И там тоже можно было ребёнка не встречать совсем. А если уж всё-таки попадался бы на глаза, то переехали бы в дом. Что, у Вовы нет денег на большой дом с прислугой?
- Есть, но мы никогда не говорили о переезде в дом. Даже мыслей таких не было.
- Ну вот и поговорили бы.
Я испытываю раздражение от маминых слов. Даже аппетит пропал.
- Так что проблема с ребёнком абсолютно решаема. Это если в принципе считать ребёнка проблемой. А для многих женщин дети мужчины от других отношений - не проблема вовсе. Так что я уверена: Вова долго один не будет. А то, может, и сейчас уже не один.
Я прыскаю от смеха.
- Я так и вижу, как новая жена в двенадцать ночи сидит на кухне вместе с его сыном, ожидая возвращения Вовы с ошеломительной должности.
- А не надо сидеть и ждать, - мама пожимает плечами. - Можно лечь спать. Можно собой заняться. На тот же фитнес сходить. Многие женщины найдут, чем себя занять, пока муж зарабатывает миллионы.
Я машу рукой, давая маме понять, что не хочу продолжать тему.
- Я это все к чему, - мама будто не заметила моего жеста. - Ты говоришь, мало желающих женщин выйти замуж за такого, как Вова: трудоголика и с ребёнком. А я тебе говорю, что если он только захочет и пальцами щелкнет, очередь за ним выстроится. Ребёнка этого можно вообще не видеть и дел с ним не иметь. А то, что Вова много работает, так он и зарабатывает соответствующе. И деньги все в семью несет, а не в казино спускает. Вова на работе, его сын с няней, а жена на яхте за Вовин счет. Плохо, что ли?
Я решаю не спорить с мамой. Начнем с того, что родительница в качестве новый жены Вовы описывает классическую содержанку, а Вова на содержанке никогда в жизни не женится. Он их терпеть не может. Вова считает, что женщина должна быть личностью, а не паразитом. Бывший супруг всегда осуждал мужчин, которые, достигнув определенного статуса, меняют нормальных жён на молодых любовниц-содержанок. У меня как-то раз был с Вовой спор на эту тему. Я сказала: мужчины в возрасте меняют жен на молодых дурочек-содержанок ради секса. Ответ Вовы меня просто убил:
- Если с женщиной даже поговорить не о чем, то о чем с ней трахаться?
Мне как жене Вовы, конечно, были очень приятны его слова. Было бы гораздо хуже, если бы Володя относился с пониманием и поддерживал мужчин, которые после долгих лет брака уходят от жен к двадцатилетним любовницам.
Но небольшое зерно истины в словах мамы есть. В браке с Вовой мне следовало окружить себя различными хобби, а не ждать с работы мужа. Для домашних дел можно было нанять помощницу по хозяйству. Даже не знаю, почему я этого не сделала. Просто Вова ведь не всегда столько зарабатывал, как в последние самые тяжелые годы нашего брака. В самом начале он был всего лишь заместителем директора департамента, и зарплата у него была средней. Мы жили в небольшой квартире, и всеми домашними делами занималась я. Когда Вова стал подниматься по карьерной лестнице, мы переехали в большую квартиру, но я продолжила заниматься домашними делами. Не знаю, почему. По привычке, что ли. Вове просто требовалось, чтобы его костюмы были чистыми, а в холодильнике была свежая еда. А кто бы этим занимался - я или нанятая домработница - значения не имело.
Глава 20. Любовница своего бывшего мужа
- Яна, через десять минут срочное совещание у Владимира Александровича, - звонит мне по рабочему телефону секретарь Вовы.
- Хорошо, буду.
После вчерашнего разговора с мамой мне едва ли удается сосредоточиться на работе. Сначала меня не покидал вопрос, правильно ли я сделала, что ушла от мужа. Потом я решила, что не жалею о своем решении два года назад. А сейчас я занимаюсь тем, что мысленно перечисляю плюсы развода. Как будто сама себя убедить пытаюсь.
Бред.
Конечно, развод с Вовой был одним из самых правильных решений в моей жизни. Ещё никогда я не жила так насыщенно и ярко.
Подкрашиваю губы, провожу по волосам расческой и направляюсь в кабинет бывшего мужа. За длинным прямоугольным столом для переговоров уже сидят два вице-президента и три директора департаментов. Занимаю свое место. Постепенно приходят ещё ещё сотрудники. Рядом со мной опускается моя подруга Аня. Именно ей я имела неосторожность проболтаться, что Владимир - мой бывший супруг. Это было в тот день, когда Вову представили нам в качестве нового руководителя «Олимпа».
- Про тебя уже слухи ползут, - едва шевелит губами, склонившись над моим ухом.
Командировка в Краснодар даром не прошла.
- Какие? - устало спрашиваю. - Мы всего лишь пообедали в ресторане, а потом на корпоративе перекинулись несколькими фразами.
- Этого достаточно, чтобы тебя записали в любовницы босса.
Любовница своего бывшего мужа. Так правильнее.
- Пусть что хотят говорят, - машу рукой. - На каждый роток не накинешь платок.
- А чего вы развелись-то?
Аня, конечно, нашла время, когда поговорить об этом. Она и раньше пыталась, но я уходила от разговоров. За грязными сплетнями подруга замечена мною не была, но я всё равно не хочу посвящать ее в подробности своего брака с нашим начальником.
На мое счастье в кабинет заходит Вова. И не один, а вместе с директором агентства, которое готовит ребрендинг «Олимпа». Бывший муж сразу обрушивает на всех поток поручений, еле успеваем записывать. На меня глядит так же, как на остальных. Ни словом, ни жестом не выдает того, что между нами происходит.
Но когда совещание заканчивается, Вова обращается ко мне:
- Яна Дмитриевна, задержитесь не на долго.
Десять любопытных пар глаз опускаются на меня. Меня спасает, что я остаюсь с Вовой не наедине, а вместе с директором агентства. Втроем мы принимаемся обсуждать цветовую гамму нового логотипа «Олимпа». Сейчас он зелёный. Директор агентства предлагает полностью уйти от зеленого цвета, а я считаю, что его частично нужно сохранить.
- Фиолетовый цвет - это цвет аристократов,
