— Сам нос под фартук засунь, — с вызовом отозвался Япет. — Тоже, раскомандовался. Сколько хотим, столько и будем болтать!
Номер первый что-то недовольно заворчал, но спорить не стал. Другое дело, он тут же наддал темп, и Жители послушно прибавили шагу. Теперь Артуру приходилось переходить на бег не раз в полчаса, как прежде, а через каждые двадцать шагов. Очень скоро он почувствовал знакомое неудобство в правом легком. А еще у него побаливало горло, да и нос начало закладывать. Похоже, заклинание, которому научил его младший хранитель, мало-помалу сходило на нет.
— Даже если бы ты ухитрился срезать с меня кабальную бирку, это бы не особенно помогло, — сказал Япет. Он без видимого усилия бежал легкой трусцой рядом с Артуром. — У Мрачного Вторника есть главный свиток, в котором помечен индивидуальный контракт каждого Жителя и указано, кто сколько заработал и задолжал. Так что срезанная или уничтоженная бирка попросту сама собой восстановится. Ну разве что один из других Дней надумал бы выкупить все наши контракты. А этого нам уж точно никогда не дождаться. Начнем с того, что наши Дни «предоставили» нас Мрачному… Хотя правильнее было бы сказать — продали, предали, заложили…
— И все-таки должен быть выход, — пробормотал Артур.
По крайней мере, он-то не был повязан никаким договором. Впрочем, какое это имело значение, если он быстрым шагом удалялся от малейшего шанса спастись. А еще он был до предела измотан, и одно легкое уже отказывалось работать, так что второе чуть не лопалось, трудясь за двоих… и из носу текло. Все, о чем он был способен думать, — это как бы еще раз поставить одну ногу впереди другой. Вот и все далеко идущие планы.
— Кстати, — сказал Япет. — Где ты раздобыл такой замечательный насморк? В Среднем Доме он принес бы тебе целое состояние!
— Я же говорил тебе, я смертный, — шмыгнул носом Артур. — Я простудился, вот и все.
— Вот как, — задумался Япет. — Простудился. А ты умеешь передавать свой насморк? Может, ты смог бы подкупить надсмотрщика…
Артур лишь безнадежно покачал головой. Передать насморк? Разве что чихнуть на того же Япета… чего Артур делать вовсе не собирался. Он вообще никак не мог взять в толк, с какого перепуга Жители так ценят недуги смертных, так стремятся ими обзавестись. Они ведь даже больными себя не чувствуют. Может, болезни для них… что-то вроде косметики? Некий шарм придают?
Еще полчаса спустя холодная сырость облаков перешла в форменный дождь, и бригада ненадолго придержала шаг, натягивая плащи. Дождь моросил безостановочно, и время от времени в нем попадались крупные, тяжелые капли. Одна из них упала Артуру на руку и обожгла кожу, скатившись с шипением наземь. Но, как и порез, причиненный щупальцем жгруна, ожог прошел буквально на глазах. Даже шрама не осталось.
«Пустотный дождь… — сообразил Артур. — Да уж. Этого мне только недоставало…»
Жгучие капли падали раз в несколько минут. Большинство попадало на снабженный капюшоном плащ Артура. В стабилизированной грязи оставались оспины. Артур, одуревший от усталости, все это едва замечал. Он все еще тащился вперед, но больше благодаря Япету, который едва ли не тащил его на себе.
Однако, даже невзирая на поддержку товарища по несчастью, они все больше отставали от бригады. Пламя мерной свечи, которую нес номер первый, то и дело пропадало из вида. А номер одиннадцатый превратился в зыбкую фигуру, еле видимую сквозь пелену дождя.
— Все, больше не могу, — выдохнул Артур, когда и эта фигура окончательно растаяла впереди. — Ты ступай… Я отдохну и попробую вас догнать. Вот спрячусь за этим мусором от надсмотрщиков — и полежу…
Япет опустил мальчика наземь возле очередной груды покореженных выброшенных деталей. Артур прислонился к колесной паре и опустил голову на колени. Беспомощно вытер нос рукавом и вяло подумал о том, а не возобновить ли заклинание… Но даже и на это у него не было сил.
Спустя некоторое время до него дошло, что Япет по-прежнему стоит рядом.
— Иди! — прошептал Артур. — Я как-нибудь придумаю, как вас догнать… Еще не хватало, чтобы тебя ошпарили!
— Если хорошенько подумать, — медленно проговорил Япет, — приходишь к выводу, что порция пара — гораздо меньшее зло, нежели дальнейший спуск в Яму. Жители, попавшие сюда, все как один предпочитают плыть по течению. Они полны отчаяния и покорны судьбе. А ты хотя бы говоришь о надежде. И ты не закабален. В тебе дремлет какое-то могущество… В общем, я надумал рискнуть вместе с тобой. Так что отдыхай, а я покараулю. Посторожу. Прикрою. Постою на стреме. Буду охранять, присматривать, бдеть, наблюдать, патрулировать, ходить дозором…
Япет говорил и говорил, но Артур уже не слышал его. Голос Жителя постепенно уплыл куда-то далеко, в иную вселенную. Секунду спустя Артур уже спал.
… Еще не проснувшись как следует, он услышал характерное жужжание. И гудение рельсов. Япет тряс его за плечо.
— Артур! Артур! Проснись! Что-то едет по рельсам!
Артур резко сел и немедленно закашлялся. Это был выматывающий кашель, зарождавшийся глубоко внутри. И он длился и длился. Ни дать ни взять, его тело вознамерилось избавиться таким образом от ядов, напитавших его за время путешествия вниз.
Не переставая кашлять, Артур запустил пальцы в ноздри и в рот. Дождался краткой передышки между двумя приступами — и пробормотал слова, которым научил его хранитель… Чтобы с ужасом убедиться — ни на кашель, ни на прохудившийся нос заклинание не подействовало. Все! Это был финиш. Конец, погибель, могила. Его ждала смерть в этой жуткой Яме. И больше ничего…
Но тут кашель прекратился, как выключенный, и нос мигом просох. Артур глубоко вдохнул, наслаждаясь тем, как легко и свободно работают легкие. Потом глянул на часы, все еще тикавшие задом наперед. Если верить их показаниям, спал он часа три.
— Надо прятаться! Укрываться! Хорониться! Ховаться! — волновался Япет.
Артур вскинул голову, чтобы посмотреть вдоль рельсов вверх. Ему на щеку, чуть-чуть промахнувшись по глазу, тут же шлепнулась большая капля с частицами Пустоты. Ругаясь, Артур смахнул ее, не обращая внимания на свирепое жжение. Натянул капюшон и посмотрел снова.
Сверху по рельсам приближались два мутных огня. Они были не ярче его «штромового» фонаря и находились на расстоянии фута один от другого. В общем, нечто слишком слабенькое и неправильно расположенное, чтобы оказаться прожектором поезда. Да и жужжание показалось Артуру слишком уж тихим. Не говоря уже о пении рельсов. Под полноразмерным локомотивом с вагонами они бы звучали не так. Тем не менее Артур торопливо спрятался за кучей обломков. Они с Япетом скорчились за брошенной вагонной полкой. Ее обивку давно разъело, конский волос торчал во все стороны, точно перья какого-то уродливого растения. Они засунули фонари в ступицу большого паровозного колеса и прикрыли сверху стальным листом. После чего молча замерли в полной темноте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
