— Ты бы прикрылась, простудишься ведь, — Саша не удержалась от реплики.
— Не хочу, пусть все видят отметины, что он на мне оставил.
— Ну ладно, как хочешь, — Саша поняла, что это диагноз, — Просто мы уже все видели, а ты можешь простудиться…
— Не все! — перебила ее рыжая, — Номер 37 еще не выползла из своей норы.
— Ну, — послышалось с галереи, — И чего я там еще не видела?
Рыжая метнулась по двору к ней, но та очевидно издевалась. Номер 37 тоже была рыжая, грудастая, умопомрачительно прекрасная зеленоглазая богиня в ошейнике с крупными изумрудами. Она наклонилась вниз, делая вид, что разглядывает девицу номер 45, а потом с победной улыбкой выдала:
— Ндаааа… А вот на мне он следов не оставляет, бережет.
— А мне нравится! Нравится, что он оставляет следы!
Саша чувствовала себя ужасно, словно в яму с дерьмом провалилась. Эту перепалку прервала высокая, очень белокожая брюнетка с васильковыми глазами в ошейнике из бриллиантов, номер 18.
— Довольно уже, — у нее был характерный английский акцент, — Покричали и хватит. Вы как две торговки рыбой.
Как ни странно, ее слова возымели действие. Рыжая убралась одеваться, а номер 37 сползла вниз к бассейну. Остальные проявляли полное равнодушие к происходящему. Номер 18 обратилась к Саше:
— У нас не всегда такой цирк.
— Бывает и покруче, — добавила номер 37, устраиваясь в шезлонге, — Новенькая? С лица так себе, сисек нет… Ну-ка, что у нас тут? Неслабый ошейник у тебя, номер 44. Чем заработала?
— У тебя тоже неслабый. И заработала тем же, что и все, — ответила Саша и отвернулась.
Что-то уже и на солнце не хочется. Пойти, что ли к себе. А пойти. Поставила свой стакан с недопитым соком рядом с шезлонгом и ушла к себе. Синеглазая брюнетка с укоризной взглянула на рыжую номер 37 и сказала:
— Зачем ты так?
— Пусть привыкает, — ответила рыжая, непонятно, кого имея в виду, то ли номер 45, то ли номер 44.
* * *
У себя Саша присела было поработать, но от всего, увиденного и услышанного внизу, чувствовала себя грязной, надо пойти отскрести дерьмо, в котором она вывалялась. Мылась долго, но ведь с души грязь водой не смоешь. Так что из ванной она вышла с неприятным осадком, зато чистая до безобразия. В гостиной сидела восточная красавица в ошейнике из червонного золота с горящими живым огнем рубинами, и несмело улыбалась. Молоденька девчонка, лет шестнадцать, номер 32, у Саши даже дух захватило от ее красоты, настоящая газель с влажно блестящими глазами, утренняя звезда, услада для глаз, украшение гарема любого падишаха, нежнейшая гурия…
Черт, она поймала себя на мысли, что так и сыпет терминами из дамского романа, но девушка была и впрямь очень хороша.
— Ну что, познакомилась с нашими? — и голос у нее как свирель, и говорит почти без акцента.
— Да уж, — пробормотала Саша, все еще разглядывая гостью.
— Не обижайся, они хорошие.
— Наверное… ты чего хотела?
— Да нет, просто зашла, но если тебе неприятно… — гурия смещалась.
— Нет-нет! Сиди. Ты прости, я не совсем хорошо себя контролирую.
— Да ничего, я привыкла. Вы все сначала нервные, пока притретесь друг к другу. Сколько я тут сцен ревности видела, — она негромко засмеялась.
— Скажи, номер 32, а ты никогда…
Та покачала головой.
— Я не знаю, что такое ревность. Нас так воспитывали. Я бы все равно попала в гарем. Так лучше попасть к молодому красивому и доброму мужчине. Можно сказать, он меня спас… к тому же он так нежен, — глаза восточной газели словно подернулись легкой дымкой, — Да ты, думаю, знаешь.
Да, Саша знала. Память не поленилась подсунуть сладкие до умопомрачения моменты их близости. Пришлось сжать зубы, чтобы воспоминания убрались, всплыла обида. Вот об этом она и спросила гурию.
— А обидно не бывало?
— Обидно…
По тому, как та задумалась, Саша поняла, что бывало.
— Слушай, номер 32, ты тут ветеран по сравнению со мной. Как мне себя вести, если… ну если…
— А? Что-то не слышу? — прикинулась хитрая гурия.
— Ну, если прикажут идти к этому…
— Ах, к хозяину, — протянула номер 32, - Значит так. Слушай сюда. Слушайся беспрекословно, выполняй все, что он захочет. Не смотри на меня так, ты знаешь, что в итоге тебе понравится. Дальше. Молчи, никто из нас не имеет права говорить без разрешения. Если захочешь что-то сказать становишься на колени и прикасаешься к его ноге. Если позволит говорить, обращайся к нему «хозяин». Не позволит — молчи. Ну вот и все.
Саша слушала, и ей не верилось, что вот это происходит наяву. На колени… «хозяин»… в итоге тебе понравится… Но, к сожалению, все это происходит в действительности.
Надо стереть, уничтожить эту действительность.
Или уйти из нее.
Неожиданно для себя она выпалила:
— А хочешь, я тебе дом построю?
— Как, дом построишь? — не поняла восточная красавица.
— В компьютере. Виртуальный. Дом мечты!
— Дом мечты?
— Да, хочешь, покажу? — и потащила номер 32 к ноутбуку.
Та все еще не могла понять.
— Смотри, видишь, это модель вот этого вот замка, в котором мы… нас держат.
Девушка смотрела во все глаза, потом повернулась к Саше и пробормотала:
— Построишь дом… мне… дом? Мой дом мечты?
Саша с готовностью кивнула:
— Ты расскажешь, где чего должно быть и какое, ведь ты же будешь в нем хозяйкой. А потом мы построим. Вернее, я построю, а ты будешь смотреть!
— Мне дом… У нас была такая нищая семья, отец умер, а дядин двоюродный брат хотел продать меня соседу. Сосед был неприятный тип, но он готов был платить, а я лишний рот… У соседа уже было две жены и шесть наложниц. Он не был богат, теперь я это понимаю, но нам тогда казалось… Я и мечтать не могла, что когда-нибудь у меня будет свой дом. Дом… — снова повторила девушка, а потом лицо ее сморщилось, и она заплакала.
Саша присела рядом, обняла ее, стала гладить по спине, утешая:
— Ну что ты, что ты, не надо…
В комнату внезапно влетела стальная дама с двумя еще такими же.
— В чем дело?
— Ни в чем, — Саша не поняла, что это вообще.
— Почему номер 32 плачет, что вы с ней сделали, номер 44?
— Я? — ничего себе, заявления, Саша опешила, — Ничего, просто предложила построить модель дома мечты в компьютере, а она растрогалась.
Стальная выдохнула, взглянула на обоих тяжелым взглядом и ушла, уводя тех двоих.
— Что это сейчас было? — спросила Саша.
— А, просто на меня дважды покушались. Одна из девиц.
— Да ну? Кто?
— Той девушки здесь уже нет, — ответила номер 32, - Ну, ты говорила, что мне дом построишь? А я потом тебя научу танцевать, по-нашему…
